Искатель, 2008 № 10
Шрифт:
— Да не шугайтесь вы так, — успокоил их охотник. — Нет его сейчас здесь, ушел уже, видно. Белка бы кошачий дух враз учуяла.
Волкодав и впрямь невозмутимо бежал впереди, опустив к земле массивную морду.
Но вот наконец деревья расступились, и они вышли на край поляны, точнее сказать, лесной прогалины, в самой середине которой стоял приземистый дом, сложенный из почернелого от времени соснового кругляка; рядом с ним располагались хозяйственные постройки: свайный сарай и вешала с сохнущими сетями. Чуть поодаль, ближе к лесу, виднелось еще одно строение,
— Дарья это, — пояснил охотник, — схимница. С отцом Нектарием пустынножительствует. Она да Марья еще с ними. Второй год уже... А мы с Антониной не препятствуем — все веселее. Да и люди оказались хорошие. Ну, пошли дальше — ледник вон там, за моей избой, у самого леса. Белка! А ты марш домой! Здесь ты нам без нужды. Ну?! Домой, сказал!
Волкодав нехотя потрусил к избе, то и дело оглядываясь на хозяина.
— А где же Пасюк и... остальные? — спросил Костромиров, озираясь по сторонам.
— Из тайги, верно, не вернулись еще. Мы как Дмитрия-то обнаружили, сразу побежали вот этого, — Егорыч кивнул головой на труп, — искать. Короче, разделились мы: Антонина с ученым в горы пошли, Пасюк с Бухтиным на восток, а я, стало быть, к реке, на север... Неосмотрительно вышло... Да кто ж знал? У первого-то тела мы не заметили никаких следов. Теперь, однако, сомневаюсь — вернутся ли...
— Так надо немедленно идти за ними! — воскликнул Горислав. — Искать их надо! Вернуть, пока не поздно.
— Как тут отыщешь? — возразил проводник Борис. — Тайга! Этак мы только друг дружку порастеряем, значица.
— Борюн дело говорит, факт, — согласился старый охотник. — Не сыскать нам их. Обождем.
— Да пока мы ждем, — возмутился Костромиров, — их тигр первым найдет! Если они не знают про него, значит, можно сказать, беззащитны...
— Ну, и вовсе они не беззащитны, — проворчал Егорыч, впрочем, без особенной уверенности в голосе. — У Антонины карабин, да и Пасюку вашему я двустволку выдал... Хотя оно, конечно, против амбы-людоеда это все... и-эх... Ладно! Сейчас уложим покойника, тогда покумекаем.
Они обошли избу, и Горислав с любопытством обратил внимание, что позади дома, посреди небольшой утоптанной площадки, из земли торчат два столба с грубо вырезанными на них подобиями каких-то животных.
— Ишь ты! — восхищенно заметил Хватко. — Гляньте-ка, прямо индейские тотемы!
— Сивохи это, — несколько смущенно пояснил Антон Егорович, — Антонина тут камлает... а я не препятствую, пускай.
Сразу за домом охотника начинался крутой подъем на гору, в изножье которой и был выкопан ледник. Егорыч, отвалив в сторону валун, распахнул грубо сколоченную дверь, и в лица повеяло прямо-таки могильным хладом. Поскольку в узкий лаз вчетвером одновременно пройти было невозможно, Горислав с Борисом подхватили импровизированные
— Эй, следователь, — спросил старик, — первого-то сейчас осмотришь или опосля?
— Правда, Вадим, — согласился Горислав, — может, глянешь на всякий пожарный?
— Пускай местная милиция осматривает, — отмахнулся тот, поморщившись. — Небось, не «Уносящий сердца», не убежит. И вообще, это не криминал, а несчастный случай... Кроме того, я в отпуске, между прочим!
— Вот и правильно, — поддержал охотник, пряча усмешку в бороду, — и любезный разговор. А то наехал сразу: «гражданин» да «пойдемтя, пройдемтя»!.. А про Уносящих это вам Борюн успел наплести? Понятное дело! Разве ж он утерпит.
— Попросили, значица, оттого и рассказал. Почему не рассказать?
— Тожа, сказочник, — проворчал Егорыч неодобрительно.
— Почему, значица, не рассказать, — чуть не оправдываясь, забормотал Борис. — Попросили...
— Ска-азочник! — не унимался старик. — Скоро через твои россказни сюда экскурсии начнут водить.
— Антон Егорович, — обратился к нему Костромиров, когда они выбрались на поверхность, — вы давеча сказали, что спелеологов четверо было, вместе с Пасюком. Кто же тогда пятый?
— Это ученый-то? — переспросил охотник, с кряхтением заваливая дверь валуном. — Который сейчас с Антониной? Дык он только вчера вечером к нам прибился. По Бикину доплыл на моторке. Чудной! Право слово, чудной! Снежного, говорит, человека в прошлом годе кто-то здесь видал. У Горелого урочища. От и ему охота с ним поручкаться... сказал, что по профессии он крико... крито... как же это? тьфу ты, поганский царь, забыл!
— Может, криптозоолог?
— Точно! Он самый и есть, — подтвердил Егорыч.
— А про «снежного человека», — полюбопытствовал Хватко, — правда или тоже россказни?
— Болтают всякое, — уклончиво ответил охотник. — Ну, чего? Пошли, что ли, в избу...
Вдруг со стороны отшельничьего барака донесся протяжный металлический звук: «буммм»!
— Это у Нектария, — пояснил Антон Егорьевич, — Дарья по рельсине молотком вдарила. Вроде как звонница у них...
— А зачем? — спросил Горислав.
— На молитву, стало быть, пора.
— И как часто они бьют?
— За сутки два раза — в полдень и в полночь. А мы не препятствуем — пускай себе, нам не мешает...
Костромиров на минуту задумался, а потом хлопнул себя по лбу.
— Антон Егорьевич! Можно попросить этого вашего отшельника, чтобы он еще позвонил?
— Еще раз? — не понял старик.
— Да не раз — пускай бьют непрерывно!
— Зачем? — удивился охотник.
— Ну что непонятного? — нетерпеливо воскликнул Костромиров. — Жена ваша, Пасюк и остальные услышат, поймут — что-то не так, и вернутся!