Искатель, 2008 № 07
Шрифт:
Лена хотела еще сказать про гарем, но ее прервал сигнал тревоги. На панели под широким телеэкраном загорелась красная лампа.
Рауф резко встал, обрадовавшись, что есть повод прекратить этот разговор, и, извинившись, вышел.
По пути в кабину он схватил с миниатюрного прозрачного бара с бутылками «Халфсайз» белую салфетку и вытер подбородок. Почему он всегда потеет в ее присутствии? Он в жизни не потел. Только рядом с ней это происходит.
Кабина была очень тесной. В правом кресле сидел Чомпи и чему-то улыбался. Он поспешил встать, как только вошел
Рауф обратился к пилоту — усатому египтянину:
— Что случилось?
— Мы получили предписание сесть в Кальви, — сказал тот.
— Почему? — спросил Рауф.
Вместо ответа пилот снял со стены крохотный пульт и, развернувшись вполоборота, направил его на небольшой экран справа. Темный экран мигнул, и под значком CNN «Прямой эфир» появились две башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке. Оба небоскреба дымились.
— Видимо, из-за этого все самолеты сажают, — сказал пилот.
Чомпи чуть не заплясал от радости.
Рауф осадил его холодным взглядом. Нельзя было проговориться при наемном пилоте.
Он сказал слуге выйти и спросил у египтянина:
— А сколько нам осталось до Сан-Тропе?
— До аэропорта Канн Монделео? Где-то двести километров.
— Так мы можем проигнорировать их указание и лететь куда надо?
— Я могу попросить повторить предписание. За это время мы долетим. Но нам могут не разрешить посадку. Пробовать?
— Да, — твердо сказал Рауф.
Роман успел выехать в сторону аэропорта до того, как закрыли движение на Манхэттене. Алена с ним не поехала. Она хотела забрать свою машину и решила дождаться, пока потушат пожар. Алена кивнула в сторону кафе за два квартала до зоны оцепления и сказала, что посидит там.
Роман улыбнулся, радуясь, что девчонка сама решила «соскочить с хвоста», и, быстро чмокнув ее в губы, сел в остановленное им за секунду до этого такси.
Роман приехал в аэропорт Ла Гардия, когда по радио сообщили, что рухнула первая башня. Таксист сделал погромче и от изумления попытался отдать Роману вместо сдачи причитающиеся за проезд деньги. Роман махнул рукой и вышел.
По договору его «Миг» был заправлен и прошел техобслуживание, но Федеральный диспетчерский штаб дал указания экипажам всех воздушных судов, находящихся в небе над США, посадить самолеты.
Роман пошел осмотреть «Миг».
На все квадраты, даже в частной зоне и VIP, парковали «боинги» и «аэробусы». Огромные машины в необычно тесном порядке садились на взлетную полосу. Было такое ощущение, что все самолеты мира направили в один аэропорт.
Несколько раз рядом с аэропортом очень низко пронеслись военные истребители.
Роман забрался в кабину, отключил передатчик и осмотрел кнопку системы антирадара. Все было заделано на славу, не сковырнешь. Да и, скорее всего, снят весь прибор.
В душе Роман начинал звереть от собственной беспомощности, но внешне оставался спокоен. Нужно было использовать это время, чтобы придумать, что делать дальше.
«Итак, сигнал дан. «Две башни». Это у них вроде как взведения курка. Мол, вот, началось. И как началось. Во всем мире
Роман открыл сумку и достал компьютер в желтом кожаном чехле. Открыл его и осмотрел. Внешне никаких серьезных повреждений не было. Только карточка беспроводной связи вылетела. Роман осторожно засунул ее обратно. Нажал на кнопку питания и изумился. Ноутбук начал загружаться как обычно.
Через несколько минут у него были точные координаты места, откуда будет дан сигнал «Затмение солнца», и цифровая черно-белая фотография, сделанная со спутника. Одинокая вилла в обрамлении пятиугольника стриженых кустов.
Кроме того, он подсадил компьютер террористов на программу удаленного доступа, которая давала ему возможность со своего ноутбука следить за всем, что происходит на их экране. На данный момент компьютер, с которого, как он предполагал, будет дана команда, был включен, но никто на нем не работал.
Роман машинально поднял левую руку и вспомнил, что часов нет. Посмотрел на приборный щиток, где неумолимо вздрагивала тонкая секундная стрелка. Времени в обрез, но успеть долететь до Европы было можно. Решать нужно немедленно.
Роман еще раз взглянул на часы. Закрепил на планшетке ноутбук так, что, если он его открывал, получался экран вместо правого монитора. Потом осмотрелся. Был идеальный день для полетов.
Весь технический персонал обслуживал непрестанно приземляющиеся лайнеры.
Роман вылез из кабины, переоделся. Потом отключил тормоза передвижного трапа. Опять залез в кабину и оттолкнул лестницу ногой в сторону. Быстро надел шлем и сам себе пожелал «ни пуха».
Естественно, он не стал связываться с диспетчером, чтобы получить инструкции на взлетной полосе. Ему нужно было пропустить всю процедуру, на которую, если бы ему и дали добро, у него все равно не было времени. Ибо, получив инструкции по выруливанию и благополучно добравшись до стартовой позиции, требовалось связаться с другим диспетчером, который следил за выездом на полосу и давал добро на разгон. После отрыва от земли, километров через пять, самолет поступит в ведение диспетчера выходящих рейсов, что отвечает за стадию вылета и находится в каком-нибудь окружном терминале, а потом — в ведение путевых диспетчеров или «центров», которые выведут самолет на нужную высоту. На все это не было времени.
Кроме того, как только самолет взлетает, с него поступают сведения о номере рейса и высоте на радар диспетчера. Но только в том случае, если этот самолет зарегистрирован как вылетающий или садящийся. Все остальные считаются неопознанными. Роман хорошо знал это. И именно на это рассчитывал.
Глава 26
Все вышло достаточно просто и удачно. Роман рассчитал примерное время круга, который делало звено «эф-пятнадцатых», и взлетел у них на хвосте, с опозданием менее чем в полминуты.