Искатель, 2002 №3
Шрифт:
— А как тогда получится?
Прищепкин на минуту задумался и окутался дымом.
— Мы вмонтируем в кейс, который с деньгами будет, пеленгатор. И с его помощью найдем бандитов, где бы те ни прятались.
— Какой пеленгатор? — живо спросил Сергуня.
— Да вроде того, что в радиоспорте использовались. Помнишь, соревнования раньше такие проводились: «Охота на лис»? Пеленгаторы, то бишь «лис», рассеивали по лесу, а «охотники» в наушниках их искали. Кто больше соберет.
— Значит, нечто вроде такой «лисы» нам и нужно. Понятно. Однако
— Да, специалист минут за десять, наверно, сгоношит, — согласился Прищепкин. — До вечера прибор должен быть у нас в руках. Однако сумеем ли мы им воспользоваться? Нужно иметь тренированный слух. Ведь как определяется направление поиска? По силе сигнала: чуть тише, громче. Мы же будем не в лесу, а на машине в городе, и нам придется здорово пропетлять, если начнем проноситься мимо нужных поворотов. Поэтому необходимо привлечь настоящего охотника на «лис». Если учесть, что секции радиоспорта вместе с ДОСАФами, под крышей которого они существовали, канули в прошлое, то эта задача несколько осложняется, но к назначенному сроку все равно осуществима.
— Сделаем. Ну что, обзваниваю ребят?
— Действуй! — решительно ответил Прищепкин. — Плохо только, что Бисквита пока нет… Ладно, опробую патроны с перчиком. Стопроцентно, говорят, вырубают. В общем, на тебе организация изготовления пеленгатора, «модернизация» кейса и инструктаж Болтутя — микрофон ему наш, кстати, на мобильник пристегни. Но только пусть не забудет выкинуть, если придется пойти на непосредственный контакт с вымогателями. А я займусь розыском квалифицированного «охотника».
В 14.00 серый после бессонной ночи Михаил Викторович Болтуть нервно слонялся у входа в магазин. Машина Прищепкина с «охотником», Сергуней и Шведом на борту, приткнулась к тротуару Красноармейской метров за пятьдесят до перекрестка. Так как ближе к светофору припарковаться не удалось, то директор был виден только «охотнику» Вите, сидевшему на штурманском месте, то есть справа от Георгия Ивановича.
У Болтутя зазвонил мобильник — его микрофон передавал на «громкую связь» установленного в машине приемника.
— Деньги при тебе?
— Да, — ответил Болтуть чуть дрогнувшим голосом.
— Все? — вымогатели были предельно лаконичны.
— Все.
— Ну-ну, — предостерегающе протянул лиходей. — Бери на стоянке такси и поезжай к универсаму «Москва».
На перекресток Прищепкин выезжать не стал, выждав несколько минут, он развернулся и рванул в сторону «Москвы» окольным путем: за окрестностями — дабы засечь хвост «в зародыше» — обязательно должен был кто-то наблюдать.
Прищепкин не проехал и половины пути, как мобильник Болтутя вновь запищал:
— Поворачивай оглобли к «Трудовым резервам»!
— Водитель, извините, я передумал. Везите меня к стадиону, —
Прищепкин чертыхнулся и резко, нарушая правила, вынужден был поворачивать. «То ли еще будет!» — пробормотал он в ответ на яростный жест «имел я тебя» водителя подрезанной «Волги».
Но до стадиона Болтуть не доехал.
— Где находитесь?
— Проезжаем пивной ресторан.
— Немедленно тормозни, вылезай из машины и стой на краю тротуара! Еще раз повторяю: на краю тротуара! — скомандовали ему.
Прищепкин матернулся. Они уже были у самого стадиона, но так как подъезжали с противоположной стороны, то до ресторана им оказалось два квартала плюс светофор. И хотя Прищепкин проскочил на «красный», все равно опоздали: Болтуть оказался уже без кейса.
— Мотоциклист на ходу вырвал! — прокричал он притормозившему Георгию.
— Прямо, как можно быстрей! — вступил в дело «охотник», прижимая наушники.
Они пролетели несколько кварталов.
— Ой, кажется, маху дали! — вскрикнул Витя. — Надо было налево!
Завизжала резина. Едва не угодив под встречный самосвал, Прищепкин резко развернулся. Через квартал повернул.
— Ну?
— Пока прямо, — пробормотал Витя, напряженно вслушиваясь. Его лицо сморщилось так, что стало похоже на печеное яблоко. — Они остановились. Быстрей!
Если бы Прищепкину заранее сказали, что ему придется гнать по центру города со скоростью сто сорок кэмэ… Может, ну этого Болтутя в баню?
— Тише! — скомандовал Витя. — Теперь не проскочить бы!.. — Еще тише! Направо! — Они свернули на тихую улочку частного сектора. — Здесь!
Прищепкин оглянулся по сторонам: никого не было.
— Где «здесь»?
— Сигнал совсем близко. Стой!
Прищепкин тормознул у обочины. Швед и Сергуня с пистолетами наизготовку вылетели из салона. Следом выскочил «охотник» и сразу наткнулся на валявшийся в траве кейс. Буквально наступил на него. А рядом — бледно-зеленая россыпь упаковок «долларов». Ну конечно, они решили проверить. С досады выбросили и «куклы», и кейс, который сам по себе стоил баксов сорок. Из-за трусости Болтутя — откуда миллион у бедной церковной мышки?! — вымогателей они упустили. Теперь занесенный над Артемом нож мог опуститься.
— Если с пацаном что-нибудь случится, ей-богу сдам этого «корейко» Отделу! — пробормотал Прищепкин.
И случилось-таки. Бандиты отрезали Артему мизинец и передали матери. Неизвестно, как протекал разговор между Леной и Михаилом Викторовичем, но тот прибежал к Холодинцу, покаялся в слабодушии и неискренности, чуть ли не на коленях упросил продолжать дело, спасать приемного сына.
— Может, отдать им деньги и дело с концом?
— Артем мальчишка смышленый, и бандиты, скорее всего, это оценили. Зачем им такой свидетель?.. И, получив миллион, они его все равно могут убить. Тем более теперь, когда у них будут основания опасаться мести за палец. Разве не так?