Исход

Авраменко Александр

— Обратите внимание — перед выстрелом сила свечения увеличилась. Но она не спала и после открытия огня. А потом вдруг всё пришло в норму.

— Энергетическая установка?

— Вероятно. Но может, и устройство связи. Чёрт его знает, до чего могли додуматься, и какие принципы могли использовать эти… хлорно-аммиачные…

…Они вынырнули словно из пустоты: два фрегата и ударный крейсер. Ощетинившись фузионными зонтиками Ф-пушек, раскрыв ракетные клюзы установок. Через мгновение появился ещё один корабль. Немного меньше, чем охранение, не веретенообразный, а плоский, с торчащими отовсюду сенсорами и антеннами приёмников — разведывательный корвет класса «Странник». Приплюснутый, почти в двадцать километров длиной, до отказа набитый самой чуткой и быстродействующей аппаратурой. Во флоте смеялись, что эта штука будучи на внешней орбите способна услышать бульканье унитаза в бункере. Вот и сейчас, едва только корабли вышли из сверхсветового режима, как весь корпус разведчика заструился

маревом высоких энергий — его машины начали свою работу. Корвет должен был по остаточному излучение попытаться определить принципы работы техники агрессивных чужаков, используемый тип оружия, и, по возможности, курс. Откуда прибыл и куда направляется корабль… Командир крейсера нервничал. Вентиляция едва успевала отсасывать клубы табачного дыма в рубке. Экипажу тоже начало передаваться возбуждение командира. Покрасневшие от напряжения глаза всматривались в экраны локаторов дальнего и ближнего обнаружения, механики и мотористы суетились у двигателей и в трюмных ямах. Артиллеристы уже с трудом удерживали напряжённые пальцы от того, чтобы шарахнуть полным залпом. Только куда? В пустоту?

Старпом плеснул в пластиковый стаканчик немного виски, свернув запечатанную сургучом головку.

— Кэп, дёрни для успокоения.

— Ну его к чёрту, Гриша. Быстрей бы сделать дело и уносить ноги. Никогда мне ещё не было так не по себе. Что то тут нечисто.

Майор пожал плечами и молча отправил содержимое стакан в горло. Шумно выдохнул, бросил в рот кусочек сыра из бортового пайка.

— Не вибрируй, Вилли. Видишь, уже команда психует.

Командир словно очнулся — быстрое движение зрачков из стороны в сторону, и верно: движения операторов, раньше спокойные и размеренные сменились хаотичным рваным дёрганьем. Подполковник взглянул на свои руки — пальцы вдруг заходили ходуном и он, неожиданно для себя, вдруг завопил:

— Самый полный, штурман — двадцать вправо, немедля! Ну!

Движки почти мгновенно выплюнули дозу энергии, крейсер шарахнулся в сторону, и вдруг в том месте, где он только что был, возник из ниоткуда столб пламени.

— Успели заметить, откуда?! Просчитать вектор и огонь из всего, что может стрелять! Огонь!

Ещё через миг судно вздыбилось от террават исторгнутой им энергии. Озарились мгновенными вспышками тупорылые зонтики пушек, засвистел испаряемый ими хладагент в огромных холодильниках. С направляющих сорвались ракеты, чтобы исчезнуть в вечной тьме космоса… Но вот вдруг там, куда направили снаряды и боеголовки умные машины, возникло свечение, вначале слабое, потом всё сильнее и сильнее, а затем полыхнуло… Автоматика не подвела. Практически мгновенно рассчитав вектор, откуда была произведена атака, они вычислил точку нападения и нацелили всё оружие туда. Сработали поляризаторы, защищая глаза людей от излучения, а когда всё пришло вновь в норму, в пустоте уже рассеивалось огромное газовое облако…

Командир внезапно успокоился.

— Вроде всё, ребята… Гриша, дай мне выпить, а? У тебя осталось?

В фильтрах ещё выл очищаемый воздух, холодильники остужали низкотемпературную жидкость кожухов Ф-пушек, а экипаж приходил в себя после внезапной атаки и ответного огня, когда подполковник Вилли Танк махнул полный стакан спиртного и обратился к стоящему с открытым ртом старшему помощнику:

— Я пошёл спать, ты уж покомандуй тут, Гриша…

…- И что, никто ничего не заметил?

— Абсолютно, господин полковник. Ни люди, ни аппаратура, ни «Конкорд».

— Ладно мы, обычные флотские раздолбаи. Но фрегат разведки… Они же способны с орбиты внешней планеты сосчитать все волоски на заднице у крысы! Почему же они то прощёлкали?! И как Танк их унюхал? Кто он вообще такой?

— Подполковник Танк, Вилли. Сорок два года. Кадровый военный. По происхождению, как видно, немец. Но жил в Австралии. Вступил в ВКС почти сразу после переселения во время первого набора. Обучался и проходил стажировку на Россе. По возвращении с самыми хвалебными отзывами от учителей получил под командование ударный крейсер «Сигма». На всех учениях получал неизменно самые высшие оценки. Отличный экипаж, ни одного ЧП за всё время службы. Да, вот ещё… Однажды отказался принять на борт направленного к нему лейтенанта-инженера, мотивируя тем, что последний, якобы, испортит всё дело. Впоследствии этот лейтенант был отдан под трибунал за растрату казённого имущества. И ещё… Росс неоднократно просил прислать этого Танка к ним на дополнительное обучение, но командование отклоняло их просьбы, мотивируя острой нехваткой командного состава.

— Интересно. Значит, простой подпол оказался лучше всех этих хвалёных сенсоров и датчиков? А что его медицинская карта? Есть что-нибудь странное, отклонения от нормы?

— Абсолютно ничего, господин полковник.

— Всё страньше и страньше… Отзовите ка мне эту «Сигму» под любым предлогом. Я хочу видеть этого офицера… И, желательно, побыстрее.

— Они сейчас на дежурстве, но через неделю оно заканчивается, и как только корабль прибудет на Базу, предписание будет у него на столе.

— Отлично, Боб. Далеко пойдёшь…

Глава 15

Михаил с гордостью смотрел

на сына, стоявшего правофланговым в первой шеренге. Серый кадетский мундир с высоким воротником шёл ему изумительно. Впрочем, для любого родителя его ребёнок всегда самый лучший, самый красивый. Но в Олеге удивительным образом смешались чеканная восточная красота его матери, обусловленная веками генетического отбора, когда выживали только самые красивые. И сила и уверенность его отца, прошедшего через горнило расовых войн ещё на старой Земле. Двенадцать лет, ещё четыре года, и парень получит первый крест в погоны, станет офицером. Альви, конечно, была против того, чтобы отдавать сына в военное училище. Ему же всего пять лет, твердила она. Да и то, Королёв и сам не раз чесал в затылке, когда пролистывал новый Устав подготовки. Действительно, начинать военное обучение в пятилетнем возрасте?! А имеет ли он с женой право выбирать ребёнку судьбу? Может, подождать, а уже потом, когда парень станет совершеннолетним, он сам решит, быть ему военным или остаться гражданским? В армию то его возьмут в любом возрасте, вот только никогда ему не подняться в звании выше старшины… Но методики готовили далеко неглупые люди. И ещё — им помогали россы со своей невообразимой медицинской техникой. Именно они доказали, что терра хомо, человек земной имеет невообразимые адаптивные способности. И тренировки нужно начинать как можно с раннего возраста. Иначе потом будет поздно. Организм станет воспринимать нагрузки уже не адаптируясь, а пойдёт на износ. А чтобы никому не было обидно, или случайно не взять на службу человека, не имеющего никаких способностей и возможностей к такому обучению, те же россы предоставили специальную методику проверки. Благодаря ей офицером мог стать только человек, которому, как говорится, на роду было написано стать военным. Жаль только, что отсев был колоссальный, один из тысячи проходил тесты и признавался годным к обучению. Так что, им с Альви повезло, можно сказать… И вот он стоит на плацу училища среди почётных гостей, а перед собравшимися в чётком строю застыли квадраты курсантских рот. И его сын, его первенец, правофланговый! Отличник, будущая защита человечества!.. Прогремела над плацем последняя команда, и вдруг строй рассыпался, а вместо серьёзных не по годам кадетов возникла толпа двенадцатилетних мальчишек…

— Жена, принимай мужчин!

В свои тридцать два Альви выглядела на двадцать. Такая же стройная, такая же красивая. Михаил невольно залюбовался ей, как делал это каждый день на протяжении двенадцати лет супружеской жизни. Да и то сказать, если брак счастливый, то годы не так сказываются на партнёрах, и наоборот… Супруга выбежала в гостиную с кухни, на которой хлопотала, готовя к приезду сына что-то очень вкусненькое.

— Олежек, мальчик мой! — Воскликнула она и прижала сына к груди.

Ещё бы — целый год не виделись… Вытерла рукой слёзы в глазах, а парень, уже чувствуя ответственность, как мужчина, неловко бормотал: «Ну что ты, мама, не надо. Не плачь. Я же дома…»

Потом был праздничный обед, над которым так трудилась Альви. В Управлении ради такого случая Михаил дали выходной, вещь практически неслыханная в последние дни. Над человечеством сгущались тучи, с каждым днём отсчитывая часы до начала Войны. Первой войны с негуманоидами. Причём, неизвестными до этого дня. После того, как патруль прижучил лазутчика, Флот только и занимался тем, что раскидывал по всем векторам масс-детекторы, поскольку ничем другим чужаков засечь было нельзя. Самое плохое, что ни тип движителя, ни возможности их оружия, ни принципы связи люди не знали. Впрочем, россы тоже ничем не могли помочь, поскольку не сталкивались ни с чем подобным. А глокхи… Глокхи держали свой вечный нейтралитет, предпочитая уходить от ответов. Оставалось только надеяться на силу оружия, выучку экипажей, и отчаянность расы. Но это ещё только будет, а пока семья Королёвых сидела за праздничным столом и радовалась каникулам сына… Звякнул звонок.

— Папа, я открою?

— Не стоит, сынок. Я сам. Ты ешь давай, мама старалась.

— Уже не могу… Не лезет.

Уныло пожаловался сын, распуская ремень брюк, но через мгновение слетел со стула, вытягиваясь по стойке смирно. В комнату вошёл флаг-майор СБ вместе с маленькой девочкой, по виду, чуть младше Олега.

— Добрый вечер, молодой человек! Здравствуй, Алёнушка! Ну, как, принимаете к столу гостей?

Девочка присела в книксене, здороваясь, Альви тоже заулыбалась — сослуживца мужа Семёна Горовца она знала давно и хорошо. А дочка частенько оставалась с ней, когда её отца посылали куда-либо по служебным делам. Осенью флаг-майор овдовел, его жена умерла от лучевой болезни, полученной ещё на Земле. Даже инопланетная медицина не смогла ничего сделать, и практически половину зимы маленькая Иоланта, или Ёлка, как её звали другие дети в школе, прожила с Королёвыми. Глядя на девочку Альви не раз тайком вздыхала, мечтая ещё о детях, но, почему то не получалось. Нужно бы слетать в столицу, провериться, но всё некогда… Для Олега же явление Иоланты Горовец было неожиданным, поскольку они появились в городке уже тогда, когда он поступил в училище. Ну а во время каникул ему было не до девчонок, поездки по разным местам планеты, курорты, словом, он и дома то практически не был и почти никого из соседей не знал…