Исход зверя

Головачев Василий Васильевич

– Я требую… – повысил голос Калошин.

– Требовать будешь у себя дома, наместник, – перебила его верховная жрица. – Здесь я хозяйка! И будет по-моему! Девица останется у меня. Пускай Пашин придет за ней сюда, если захочет. Обратно ему не выйти. Алтарь я ему тоже приготовлю. Что-нибудь еще, наместник? – сменила тон Евангелина. – Девочку покрасивше не желаете? У меня тут целый гарем. Или, может быть, я подойду?

Черная Графиня вдруг сняла шаль, сбросила с себя монашеское одеяние и осталась в одном белье.

Хрис получил самый настоящий

удар по сознанию, возбудивший его плоть до болей в животе. В глазах позеленело. Он с трудом удержался от беспамятства, согнулся, закрывая глаза рукой.

Раздалось короткое ругательство. Призрак Всеволода Марьевича исчез. Евангелина засмеялась, как ни в чем не бывало набросила на себя одежду, посмотрела на Хриса оценивающим взглядом.

– Ты не раздумал полакомиться силой, старик? Что, если я дам тебе глоток ниргуны?

Хрис открыл глаза, недоверчиво посмотрел на верховную жрицу. Она предлагала ему стать любовником! Глоток ниргуны превращал любого деда в добра молодца и старуху – в юную деву. Правда, на очень короткое время. Но кто же откажется стать молодым хотя бы на час, на полчаса, на несколько минут?..

– Согласен! – хрипло выговорил стосорокалетний маг.

– Идем, – поманила его Черная Графиня, увлекая за собой. Вынырнувшая из воды прозрачно-водяная голова старухи на змеином туловище проводила их слепым взглядом и снова скрылась под водой.

Глава 20

Лиха беда – начало

Олег Петрачков позвонил в половине восьмого вечера, когда Курыло уже собирался ехать домой.

Сначала Виктор Михайлович не узнал его голос: с Олегом Петрачковым он не виделся уже лет двадцать, с тех самых пор, как они закончили одну и ту же аспирантуру и разошлись в разные стороны. Однако услышав свою кличку – Врыло, сопровождавшуюся знакомым кудахтающим смехом, Виктор Михайлович сразу вспомнил приятеля и по-настоящему обрадовался.

– Олег?! Петрачков?! Рад тебя слышать! Откуда ты узнал мой телефон?

– Мир не без добрых людей, – хохотнул Петрачков. – Год назад в Москве был проездом Саня Чмут, он встречался с Тонькой Коркиной, она и сообщила о твоем местонахождении. Кстати, я тоже здесь всего на один день, самолет ночью вылетает в Сургут, но пара часов у меня есть. Может, встретимся, вспомним былое?

– С удовольствием! Давай ко мне домой, жена будет рада, с внуком познакомлю.

– Нет, Витя, лучше на нейтральной территории, не готов я к домашним встречам. Да и не поговоришь при жене по душам.

– Хорошо, – не без колебаний согласился Виктор Михайлович. – Тогда подъезжай к гостинице «Космос», прямо к центральному входу, посидим в их ресторане «Млечный Путь», кухня там очень даже приличная.

– Буду через тридцать-сорок минут.

Петрачков повесил трубку, а Курыло еще с минуту сидел, улыбаясь, приятно удивленный звонком старого приятеля, вспоминал прошлые встречи, знакомства, атмосферу мечты и подъема, царившую в СССР вопреки стараниям его поводырей, затем вызвал секретаря:

– Костя,

я через полчаса встречаюсь с другом юности в «Космосе», так что можешь быть свободен. Завтра буду не раньше двенадцати, у меня деловая встреча утром с одним из спонсоров. Савагову об этом знать не обязательно.

– Понял, Виктор Михайлович, – кивнул секретарь. – Жену предупредили, что задерживаетесь?

– Позвоню позже.

Курыло собрал в портфель бумаги, которые хотел изучить дома, вышел из кабинета, приветливо кивнул телохранителю; сегодня дежурил Николай, сменщик Антона Громова, молодой, жилистый, с приятной внешностью.

– Коля, проводишь меня до гостиницы «Космос» и можешь ехать по своим делам.

– Но я обязан сопровождать вас до квартиры, – возразил телохранитель извиняющимся тоном.

– Я встречаюсь с приятелем, он и проводит меня до дома. Все будет в порядке, не беспокойся.

– Ну, если вы уверены…

– Разумеется. Нельзя же все время прятаться за чью-то спину, от судьбы, как известно, не спрячешься.

Без двадцати минут девять Виктор Михайлович встретил у гостиницы старого приятеля, полысевшего, располневшего, но энергичного и не потерявшего живого блеска в глазах. Они обнялись, похлопывая друг друга по спине и плечам. Одновременно отодвинулись, критически разглядывая друг друга, засмеялись.

– Располнел, однако, клен ты мой опавший, – покачал головой Виктор Михайлович. – Волосы потерял. А ведь какой стройный был, спортсмен, грива львиная…

– Да и ты, я гляжу, потерял форму, – не обиделся Олег Борисович. – Рожу наел, поседел, животик вон выглядывает. А ведь тоже в волейбол играл когда-то.

– Было дело. – Виктор Михайлович оглянулся на телохранителя. – Все, Коля, отдыхай. До завтра.

Телохранитель нерешительно помялся, потом пробормотал «до свидания» и пошел прочь, оглядываясь. Он не был уверен, что поступает правильно.

– Кто это, секретарь? – поинтересовался Петрачков.

– Нет, телохранитель.

– Вот даже как? Тебя охраняют как VIP-пер-сону?

– Есть тут один доброжелатель, желающий убрать меня с дороги, вот и приходится защищаться. Пошли расскажу.

Через четверть часа они сидели за отдельным столиком ресторана «Млечный Путь», заказали ужин и предались воспоминаниям, переживая удивительное чувство единения с прошлым. Виктор Михайлович рассказал о своей жизни, о семье, поделился рабочими заботами. Потом настала очередь Олега Борисовича.

– Не поверишь, – начал он, поглощая вторую порцию грибного кокота, – не могу истратить пятьдесят миллионов!

– Рублей?

– Долларов, дорогой, долларов!

Курыло с веселым недоумением посмотрел на приятеля. Тот засмеялся.

– Честное слово! И не смотри на меня как на сумасшедшего. Я действительно готов вложить большие деньги в ноу-хау, но не могу найти надежную фирму.

– Вложи в ВВЦ. Гарантирую хорошую прибыль, хотя и не сразу.

Олег Борисович погрозил собеседнику пальцем.