Исход зверя

Головачев Василий Васильевич

– М-да, это не случайно, – заметил капитан, выслушав рассказ. – Мой бывший начальник часто поговаривал: не усматривай злого умысла в том, что можно объяснить глупостью. Но здесь обратный случай.

– Явно злой умысел, – подтвердил Илья. – Надо выручать парня, и чем быстрее, тем лучше.

– Сейчас его все равно никто не выпустит, в двенадцать часов ночи. Все увэдэшное начальство спит. Завтра утром – самое раннее.

– Я могу позвонить своему приятелю, полковнику Михайлову из ФАПСИ. У него большие связи.

Ратников

задумался.

– Возможно, это поможет. Но я попробую позвонить Приймаку.

– Кто это?

– Мой непосредственный босс, генерал-майор, начальник Управления. Во-первых, он мне доверяет, во-вторых, умен и хитер, в-третьих, одного его звонка будет достаточно.

Илья с сомнением почесал кончик носа.

– Как ты ему объяснишь, кто такой Громов и почему его надо вытаскивать из КПЗ?

– Ничего, постараюсь объяснить. – Ратников кашлянул, виновато дернул щекой, достал коричневую таблетку фарингосепта, бросил в рот. – Прошу прощения.

– Заболел, что ли?

– Простудился где-то, ума не приложу, где. Простужаешься быстро, а кашляешь потом долго.

– Могу полечить.

Ратников взял трубку телефона, отмахнулся.

– Само пройдет. – Набрал номер, с минуту ждал соединения. – Товарищ генерал, это Ратников. Прошу извинить за столь поздний звонок. Не разбудил? Произошло ЧП… Нет-нет, все живы и здоровы, слава богу! Я по другому поводу. Милиция замела объект, который я как раз разрабатываю по нашему основному делу, а он мне нужен на свободе для проведения следственных экспериментов. Фамилия Громов, Антон… э-э…

– Андреевич, – подсказала Валерия.

– Андреевич, сотрудник БОКСа, частного охранного бюро, бывший инструктор ГРУ.

Ратников помолчал, выслушивая ответ генерала, прижал к трубке ладонь.

– Сколько ему лет?

– Тридцать шесть.

– Ему тридцать шесть, Валерий Павлович. Последние несколько дней он охранял генерального директора ВВЦ Курыло. Да… да… нет… естественно… А обвинили его в попытке убийства этого самого директора… Конечно, фигня! В момент нападения на Курыло Громов находился дома, с женой, мои люди наблюдают за ним… Нет, сегодня не его очередь сопровождать гендиректора… Конечно, я в курсе… Хорошо… да, отвечаю!

Ратников помолчал еще немного и положил трубку.

– Он позвонит прямо сейчас, но не уверен, что Антона отпустят. Скорее всего придется ждать до утра.

– Подождем, лишь бы отпустили, – тихо, с дрожью в голосе, сказала Валерия.

– Не переживай, ложись спать, – посоветовал ей Илья. – Все будет в порядке. Не возражаешь, если я останусь у тебя до утра?

– Буду только рада.

– А я поеду к себе, – сказал Ратников. – Прополоскаю глотало настоем шалфея и лягу спать.

– Давай я посмотрю твое горло, – еще раз предложил Пашин.

Терентий неуверенно посмотрел на Валерию. Та кивнула.

– Илья прогреет

вам горло, и к утру простуда пройдет.

– Не очень-то я верю в эти дедовские заморочки, но ведь хуже не будет?

– Открой рот, – сказал Илья. – Скажи «а».

– А-а-а-а… – протянул Ратников.

– Горло красное, самое начало ангины. Где тебя только угораздило простыть летом, капитан? Пиво холодное пил? Или молоко?

– Ни то, ни другое.

– Все, закрой глаза и помолчи. Думай о приятном.

Илья потер ладонь о ладонь, левую приблизил к горлу Терентия, правую к затылку. Сосредоточился. Глаза его стали глубокими и светлыми.

Прошла минута.

– Тепло… – шевельнул губами Ратников. – Щекотно…

Прошла еще минута и еще. Затем Илья отнял ладони, тряхнул кистями, словно сбрасывая на пол негативную информацию.

– Все, можешь ехать домой. Как ощущения?

Ратников прислушался к себе, попробовал глотнуть, боли не почувствовал и с удивлением посмотрел на Пашина.

– Не болит, ешкин кот!.. И кашлять не хочется… Ты случайно не волхв, Илья Константинович?

– Он Витязь, – серьезно проговорила Валерия.

Илья покачал головой, но развивать тему не стал.

– Позвони утром, если что выяснишь.

– Будет исполнено, товарищ Витязь!

– И попробуй разобраться, кто все-таки напал на гендиректора ВВЦ.

– Постараюсь.

Ратников козырнул и вышел, все еще сомневаясь, что болезнь его излечена. Но Илья знал, что наутро он о ней и не вспомнит.

– Ложись спать.

– А ты?

– Я посижу за компом, поброжу по Интернету. Лягу через полчасика. Свари кофе, если не трудно.

– Черный, со сливками?

– Со сливками.

Валерия удалилась на кухню и вскоре принесла чашку с дымящимся напитком и два небольших кусочка копченого сыра. Она хорошо знала вкусы друга семьи.

Илья зашел в Интернет, увлекся, обнаружил отличную карту Псковской губернии и больше часа изучал ее, намечая маршрут будущих поисков храма Морока. Спать он лег только в два часа ночи, а проснулся в половине седьмого. Тихо направился в туалетную комнату и увидел сидевшую в гостиной с книгой в руке Валерию.

– Ты что же, так и не легла?

– Покемарила в кресле, – виновато ответила женщина, имевшая утомленный вид. – Не могу я спать, пока он там…

– Тогда готовь завтрак. Я думаю, скоро позвонит Терентий.

Валерия потянулась, выгибая грудь, застеснялась под взглядом Ильи и побежала на кухню.

В начале восьмого они завтракали вдвоем: салат из свежих овощей, омлет, кофе с тостами. А без пяти минут восемь заявился Антон, подтянутый, свежий, спокойный, будто он не просидел ночь в камере, а проспал ее на природе, в лесу. Они обнялись с Валерией, и Пашин с тоскливой завистью отвернулся, вспоминая улыбку и объятия Владиславы.