Иные

Королькова Наталья

– Хочешь сказать, что он и тебя в своё время на экскурсии приглашал? – Глядя на девушку, приподняла одну бровь.

– Да он всех новеньких приглашает, пытается отыскать родственную душу, но пока безрезультатно. Ладно, всё, я побежала.

Лиза выскочила в коридор, а я, сев на кровать, распахнула книгу.

Меня ждала расшифровка кодов, без которых невозможно было попасть ни в один тоннель в катакомбах.

– Инга, вставай! Просыпайся, соня, вставай, а то и обед проспишь, – Лиза бесцеремонно толкала меня, пытаясь разбудить. Не в силах оторваться

от книги, заснула я поздним утром, поэтому завтрак проигнорировала. – У нас всего час остался, поднимайся. Сколько можно спать?!

– Уже встаю, – произнесла, всё ещё лежа с закрытыми глазами. – Спасибо, что разбудила.

– Пожалуйста, только поторопись. Мы даём тебе на сборы десять минут, а после пойдём обедать без тебя.

Слово «мы» царапнуло сознание, и я тут же распахнула глаза, после чего села. Лиза в лёгком воздушном лиловом платье стояла возле моей кровати, а на одном из стульев, наблюдая за нами, сидела фарфоровая кукла – белокурая девушка в бледно-голубом сарафане. Огромные синие глаза незнакомки с любопытством разглядывали меня.

– Инга, пока ты спала, Ниорина приехала, – сообщила Лиза, махнув рукой в сторону девушки. – Она столько интересного рассказала! Представляешь, в Ронмар сразу двое из столичной академии перевелись и ещё трое первокурсников!

– Это что же на первом курсе всего лишь трое адептов заниматься будут? – заставив себя встать, направилась к раковине. Для того чтобы окончательно проснуться, мне необходимо было умыться холодной водой.

– Трое адептов поступили на магический факультет, – пояснила Ниорина. – Какой смысл считать тех, кто не обладает магией? Их в Ронмаре несколько сотен, а магически одарённых адептов единицы.

Пренебрежительный тон Ниорины мне не понравился. Умывшись и утерев лицо пушистым полотенцем, кинула взгляд на свою вторую соседку.

Сидя на краешке стула, Ниорина разглядывала маникюр на пальцах и судя по её сморщенному носику, он оказался не идеальным.

«Похоже, девчонка из состоятельной и обеспеченной семьи. У меня маникюра никогда не было, потому что это роскошь», – лично мне было жаль тратить заработанные еры на ногти.

– Действительно, они нам не чета, – произнесла, открывая шкаф. Я не стала противиться проснувшемуся бунтарскому духу.

Достав из сумки кирпичного цвета дырявые брюки, извлекла на свет алую футболку, на которой чёрными буквами было написано: «Не подходи, убьёт!»

– Надену-ка я свой самый клёвый прикид, – произнесла, бросая на кровать вещи. – Мне нужна буквально минута для того, чтобы переодеться.

– Ты собираешься пойти в столовую в этом?! – у Ниорины глаза стали размером с блюдце. Поднявшись со стула, девушка с ужасом смотрела на то, в чём я собиралась пойти в столовую. – Я бы эти вещи даже примерять не стала, а уж чтобы показаться в этом на людях… – в синих глазах плескалась брезгливость и отвращение, которые вскоре сменились презрением. В глазах соседок я за считанные секунды превратилась в белую ворону, которая непонятно как залетела к экзотическим птичкам.

– Инга, мы пойдём, а ты догоняй, – произнесла Лиза, спешно направляясь к двери. Я заметила, как Ниорина пихнула Лизу, не иначе за то, что девушка

позвала меня с собой.

– Не очень-то и хотелось к вам присоединяться, – произнесла тихо, после того как осталась одна.

Поведение Ниорины мне не понравилось, да и сама она тоже. Чем-то девушка напоминала Григория, моего новоявленного братика.

Убрав обратно в сумку брюки и футболку, я облачилась в обтягивающие цвета слоновой кости бриджи и белую рубашку без рукавов. В рваных брюках я могла прогуляться по улице, а для обучения в академии у меня были припасены соответствующие вещи. Я бы никогда не позволила себе ходить по территории академии в подобном виде. Мне всего лишь хотелось посмотреть на реакцию Ниорины, которую было несложно предугадать.

«Ничего, я и в одиночестве прекрасно пообедаю, это намного лучше, чем получить несварение от ядовитых взглядов Ниорины. Да и как правило, такие барышни любят говорить только о себе, при этом совершенно не слушая собеседника. В общем, контингент не мой».

Заправив постель, приподняла подушку, под которую утром положила книгу.

Сердце, ёкнув, упало куда-то вниз. Я замерла. Библиотечной книги под подушкой не оказалось. Сердце, подпрыгнув, застучало как сумасшедшее, и я, отмерев, стала лихорадочно обыскивать кровать.

– Куда же ты делась?

Заглянув под койку, в надежде на то, что книга упала, осмотрела идеально чистый пол.

– Где ты? – ещё раз обшарив кровать и убедившись в том, что книги нет ни в одеяле, ни под матрацем, на всякий случай заглянула в стол. Но, увы, книги нигде не было. – Надеюсь, ты вернулась обратно в библиотеку.

Обув свои любимые светлые босоножки, поспешила в столовую. Учитывая то, что я пропустила завтрак, не хотелось ещё остаться и без обеда.

Академия уже жужжала, как пчелиный рой, прибывшие в неё адепты виднелись везде, куда бы не падал взгляд. Некоторые по одиночке или же парами неспешно прогуливались по тропинкам, многие стояли кучками, но основная масса адептов, так же, как и я, двигалась в сторону столовой.

Промелькнувшую мысль о том, что книгу могла взять одна из моих соседок, сразу же выбросила, так как девушки, на мой взгляд, не интересовались книгами, а до состояния войны мы с ними ещё не дошли.

«Ну, да ничего, – успокоила себя. – Поем и сразу же отправлюсь в библиотеку, только бы с Максимом не столкнуться. Он же, наверняка, начнёт уговаривать меня пойти с ним прогуляться, а мне хотелось уединиться, взять в руки книгу и забыть обо всём».

В столовой творился самый настоящий хаос и стоял довольно-таки громкий гул голосов.

Пробравшись к одному из терминалов, я буквально уже через минуту отошла от него с полным подносом и, найдя свободное место, быстро принялась есть.

Как ни странно, но магической дверью (проходом сквозь стену), пользовались все без исключения, я только сейчас обратила внимание на то, что в столовой вообще не было ни одной двери, зато имелась куча окон.

Взгляд пробежался по лицам шумных и весёлых адептов и остановился на столе преподавателей. За ним сидело несколько мужчин, но только один привлёк моё внимание, тот на котором был надет тёмно-бордовый жюстокор.