Invincible! I'm Invincible!
Шрифт:
— Они использовали Дональда. Его голова уцелела после взрыва, — добавил он, видя мой непонимающий взгляд. — Он теперь в качестве трофея, развлечения и советника у императора. В общем, с этой штукой мы начали переговоры. У меня, сам понимаешь, не было возможности особенно торговаться, но мне удалось получить некоторые послабления в обмен на сотрудничество.
— Которое заключается в том, что ты теперь добровольно трахаешь флаксанских девок… — зло усмехнулся я. — И ты так просто сдался? Променял родину на инопланетную пиздятину?
— Это мои дети. —
Кривое зеркало какое-то. Словно уродливая карикатура на нашу с отцом драму.
— Да почему же… я понимаю. А что же насчёт людей? Я видел, как они угоняли в рабство людей в Нью-Йорке.
— Да, они здесь. Люди, рождённые на Земле, могут жить на этой планете многие тысячи лет, практически не старея.
— Тысячи лет рабства… — с ужасом осознал я.
— Я не могу помочь всем, моё влияние на императора пока не очень сильно, но мне удалось освободить нескольких, — неуверенно, словно не хотел мне этого говорить, начал оправдываться он, — они теперь живут у меня во… дворце.
— О, у тебя собственный дворец? — усмехнулся я. — Подожди… тот самый?
— Да, это его ты разрушил. — Подтвердил Бессмертный. — Знаешь, на самом деле, это твоё буйство пошло мне на пользу. Из-за тебя уже третий месяц в Империи военное положение. Ты постоянно что-то крушил, уничтожал целые армии, а ведь они ещё не успели оправиться после поражения в Нью-Йорке. Благодаря этому вчера я, наконец, смог убедить императора отправить меня за тобой, хотя в итоге ты первым нашёл мой дом…
Что-то он недоговаривает.
— А эти люди, которых ты якобы спас и освободил… — медленно начал я, догадываясь в чём подвох. — Случаем не все сплошь женщины?
Молчание.
— Ты, наверное, шутишь, — но он не спешил развеивать мои догадки. — Освободитель хренов. Они просто поменяли одного хозяина на другого.
— Я никого не принуждаю…
— А какой у них выбор? — начал беситься уже я. — Прожить тысячи лет в рабстве или пойти в… наложницы или как ты это называешь, к одному из сильнейших героев родной планеты, бывшему президенту к тому же.
— Вот именно, парень! Многие тысячи лет счастливой жизни! — криком на крик ответил Бессмертный. — Ты ещё слишком молод. Ты даже представить себе не можешь, каково это — жить тысячи лет, когда всё вокруг тебя обращается во прах за считанные годы. Когда твоя жена становится старухой за жалкие тридцать лет, когда твои дети умирают у тебя на руках глубокими стариками. Каково это — чувствовать вину за то, что не можешь умереть вместе с любимой! А здесь! Здесь они проживут тысячи лет!
Он, наконец, истратил весь воздух в лёгких и замолчал.
— Хорошо пристроился, — успокоился я. — Значит ты теперь послушная собачка местного царька. С собственным замком и гаремом наложниц, только и надо, что время от времени потрахивать местных «красоток». А остановив меня, докажешь ему свою лояльность и усилишь позиции при дворе… — он ничего не ответил. — А если
Бессмертный покачал головой, устало, словно разговаривал с ребёнком.
— Ты ранен и измотан. Ты сражаешься без остановки уже три месяца и чего ты добился? Насколько ещё тебя хватит? — Да уж, в трусах и правда чешется после стольких месяцев без душа. — Ты один, а против тебя выступает объединённая мощь всей планеты…
— Я пока справлялся, — оскалился я.
— И я тоже, парень. Я не буду стоять в стороне. Уверен, что хватит сил? — закончил он свою фразу, посмотрев тяжёлым взглядом мне в глаз. — А если и этого будет мало… в крайнем случае будет применено особое оружие. Его не использовали до сих пор потому, что разрушения, которые приносишь ты, несопоставимо меньше урона, который нанесёт планете даже однократное его использование. Но если ничто другое не сработает… они проверят твою непобедимость чем-то, что намного мощнее ядерного взрыва.
— Сколько здесь людей с Земли? — спрашиваю я, вставая с камня.
— Я не знаю точного числа, — Бессмертный последовал моему примеру, явно готовясь к драке. — Сотни тысяч, может миллион.
Пиздец.
— И раз нестареющие рабы с Земли так хороши… они вернутся снова. — Мрачно продолжил я. — И снова, и снова. Я этого не допущу. Земля не ваши угодья для отлова рабов. И я вам это докажу, а потом заберу всех людей, и вернусь обратно.
— Юношеский максимализм. — Фыркнул Бессмертный. — Ты переоцениваешь себя. Ничего у тебя не получится. Ты один против целого мира, пойми уже!
— А если нас будет двое? — спросил я, перейдя на русский.
Вряд ли флаксанцы успели — да и вообще заморчивались — сделать переводчик для всех земных языков. А вот Бессмертный, живший на Земле многие тысячи лет, в том числе успевший повоевать против ещё Российской Империи в составе наполеоновской армии, вполне может знать русский.
— Нас? — с ужаснейшим акцентом, но всё же на русском переспросил он.
— Да, нас, ты тут уже долго, помоги мне освободить рабов.
— Я не могу предать императора. — Покачал головой Бессмертный. — Мои дети и женщины. Если я предам империя, они быть мертвый.
Сдерживающие факторы. Но он не отвергает саму возможность предательства, ведь ни о какой преданности за полгода службы не может идти и речи.
— Тогда просто скажи мне, где их держат. — Не прекращал попыток я.
— Они разбросаны по всему миру. Часть рабов была отдана аристократам, часть продана, часть отправлена на государственные работы. Их не собрать так просто. И к тому же… — тут он снова перешёл на английский, видимо, чтобы хозяева не волновались слишком сильно. — Я не собираюсь возвращаться на Землю. Что меня там ждёт? Я устал от той жизни. Так что ты прав — я хорошо тут пристроился, и не хочу терять то, что получил.