Инвиктум
Шрифт:
ним, хотя внутри все клокочет от ярости. Мне не справиться с ним.
Мы выходим из дома, идем вдоль сада, которым так гордится мама, и сворачиваем в
сторону площади. Даже издалека я могу видеть целую армаду солдат, одетых сплошь в
черное и держащих в руках оружие. Отец проходит мимо них и направляется в здание
Совета. Я плетусь за ним, отчаянно пытаясь рассмотреть, в чем же смысл собрания армии на
злополучной площади. Что отец задумал?
Входим в здание, идем по холлу.
охраняют вход. Лица у них совершенно бесстрастные, словно им все равно, что они
собираются переубивать кучу народа, а именно это, как мне кажется, они и собираются
сделать. Молча провожаю их взглядом и вхожу в лифт вместе с отцом. Его лицо источает
самодовольство, он, вполне очевидно, счастлив, упиваясь моим негодованием.
– Что ты задумал? – спрашиваю я, наконец, нарушая тишину между нами. Напряжение,
которое я испытываю, невыносимо давит. Даже то, что я ощущал, когда у меня были
галлюцинации и жуткие боли, никак не сравнится с этим чувством. Он не удостаивает меня
ответом, лишь едва заметно приподнимает уголок рта, а затем мы оказываемся на верхнем
этаже. Здесь проводятся собрания по сверх важным вопросам. Огромный зал с сотней мест и
небольшим подиумом для президента и его советников. Я бывал здесь, и не раз.
– Присаживайся, Себастьян, - говорит отец монотонным голосом, - Хочу показать тебе
кое-что.
Тяжело дышу от тщетных попыток сопротивления. Такое ощущение, что мозг
медленно, но верно распухает. Дотрагиваюсь до висков. Они снова болят, жутко давят. Отец
расстегивает пуговицу пиджака и садится на свое место за длинным полукруглым столом. Я
продолжаю стоять посередине, упрямо глядя на отца. Он выгибает одну бровь.
22
4
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
– Сядь.
– Что ты задумал? – повторяю я, цедя каждое слово сквозь зубы. Отец вздыхает,
складывая руки на столе. Его лицо приобретает странное выражение. Будто он забавляется
моими расспросами. Покачивает головой, тихо посмеивается и указывает рукой на место
напротив себя. Я нехотя сажусь, уставившись на него мрачным взглядом. Он какое-то время
молчит, затем кивает на стену слева от себя, на которой нет ничего, кроме белого полотна.
– Все они являются отлеживаемыми «объектами», - говорит отец, и я перевожу взгляд на
появившиеся мерцающие ярко синим цветом изображения лиц людей на полотне. Их сотни.
Среди них мелькают и те, кого я когда-то знал. Теперь они – изгои, мятежники или, как
прозвало их правительство Акрополя, «объекты». Обычные жители, превратившиеся в
гонимых
скоростью, лица сменяют друг друга, и вскоре я насчитываю уже более трех тысяч шестисот
девяносто пяти человек. Как мне удалось сосчитать их всех разом? Понятия не имею.
Отец проводит рукой по невидимой панели в воздухе, и на экране появляются другие
лица. Одно из них – лицо моего лучшего друга.
– Джедидайя Янг крайне опасен, - говорит отец светским тоном, - Он зачислен в
программу «Инвиктум», как и все те, кто ненормален.
– Ненормален? – переспрашиваю я недоуменно. Он говорит об Инсолитусах.
Отец пожимает плечами, картинки продолжают меняться. Вот уже двести тринадцать
человек, двести четырнадцать, двести пятнадцать. Их много, очень много. Неужели в
Акрополе столько людей со способностями? В голове тут же мелькает мысль о Ксане. Что
если, и она в этом списке смертников? Ведь почти наверняка все эти люди вскоре умрут.
– Я тоже ненормален? – спрашиваю, пронзая отца ледяным взглядом. Он улыбается, но
улыбка не доходит до глаз.
– Ты другой.
– Почему? Я не Инсолитус и не мятежник. Так что же я, отец? Почему мне удалось стать
одним из них, не родившись таким? – чувствую, как внутри снова начинает закипать ярость, и поэтому выдыхаю, сжав руки в кулаки, - Почему я прошел твои чертовы тесты, и все еще
жив?
Отец внимательно смотрит на меня, изучает. Не знаю, сколько проходит времени, но
пока он молчит, я обращаю внимание на полотно. Лицо сестры Ксаны заполняет
пространство экрана. Поперек красуется красная надпись – чрезвычайно опасна.
– Ты должен будешь узнать, где они прячутся и внушить им прийти сюда, в здание
Совета, - слышу я голос отца, и тут же поворачиваю голову. Смотрю на него, нелепо моргая.
– Что?
– Твоя способность позволяет взаимодействовать с разумом людей и на расстоянии,
Себастьян, - отец разводит руками, - А, насколько мне известно, ты весьма неплохо знаком с
одним из преступников. Мистер Янг ведь твой друг? Его ты и отыщешь.
Усмехаюсь.
– Нет.
22
5
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
– Нет? Ты уверен? – скалится отец, - Тебе понравились галлюцинации и боль, сынок?
– Делай, что хочешь. Я не предатель.
– Верно, - кивает он, скрещивая пальцы. Молчу, никак не реагирую. Мне не хочется
разговаривать с ним вообще, но отец будто знает это и продолжает свою речь, нарочито
громко и четко произнося слова:
– Знаешь, тот день, когда ты появился на свет, был самым радостным днем в моей