Интрижка

Эшли Кристен

— Бл*ть, — выдавил он. — Бл*ть, — простонал он.

А потом взорвался.

Его мощное тело напряглось, и сперма брызнула вверх, орошая грудь. Его руки манипулировали моими грубо, жестко, яростно, я бы никогда так к нему не прикоснулась, казалось, он выдавливал сперму из члена, из яичек, и я захныкала и заскулила, тяжело дыша от этого великолепия.

— Ты… так… прекрасен, — выдохнула я.

Едва я успела это произнести, как мои руки убрали, и Джонни скользнул под меня,

поднимая с колен.

Я приземлилась на него, он потянул меня вверх, и я, скользя по сперме, очутилась у него на груди. Перегруппировавшись, он схватил меня за бедра и дернул выше.

Я ахнула, когда встала на колени, являя его взгляду мою трепещущую киску, и схватилась за спинку кровати, когда Джонни обхватил мои бедра и усадил на свой рот.

Я откинула голову назад и врезалась в его лицо так, что, возможно, до меня дошло бы, что это было слишком, если бы его руки на моих бедрах не толкали меня на него.

Он трахал меня языком, сосал и покусывал клитор, а я каталась на нем, затаив дыхание, оседлав его лицо, как оседлала бы его член.

Моя рука переместилась к его руке на моем бедре, и, как он сделал со мной, я показала ему путь, отведя ее назад, сжимая его пальцы, пока кончик среднего не коснулся моего ануса.

Он зарычал мне в киску, а потом я оказалась на четвереньках рядом с ним на кровати.

Но только на полсекунды.

Он притянул меня обратно к своему лицу, но развернул в другую сторону, положив руку мне между лопаток и толкая вниз.

Его член все еще был твердым.

Я глубоко втянула его в рот.

Он зарычал в мою киску, притянул к своему рту, и я почувствовала, как влажный палец мягко надавливает на задний проход.

Его член покинул мой рот, когда я выгнула шею назад и вскрикнула, а затем выдохнула: «Боже, да», — и когда он начал вытаскивать палец, вернулась к его члену и снова глубоко всосала.

Он с жадности поедал мою киску, нежно трахая мою задницу, а я сильно сосала его член, обхватив яички, сжимая, слыша и чувствуя его рычание, принимая его толчки, когда он начал трахать мой рот.

У меня хватило хладнокровия обхватить его член, когда я всем телом выгнулась назад, накрывая киской его лицо.

Я застонала, громко, протяжно и низко, когда он, засунув палец мне в задницу, ел меня во время ошеломляющей кульминации, которая потрясла меня с головы до ног, оставив ослепленной, задыхающейся, напряженной, потерянной.

Я смутно осознала, что его рука снова обхватила мою на его члене, и он начал двигать ими, и мне повезло, что я смутно осознала это вовремя, чтобы увидеть, как он снова кончает себе на живот.

Рывки ослабевали, обеими нашими руками он выжимал себя досуха,

и тогда я рухнула на него, прижавшись щекой к месту соединения его бедра и тазовой кости, мои волосы рассыпались вокруг, лицо уткнулось в его ствол и яички, с моих губ сорвался мягкий звук, когда палец нежно вышел из моей задницы.

Джонни убрал волосы с моей щеки и продолжал пробегать по ним пальцами, пока покрывал поцелуями внутреннюю сторону моего бедра.

Я дрожала на нем.

Он впился зубами во внутреннюю сторону моего бедра.

Я вздрогнула, а затем растворилась в нем.

— Из?

Я сдвинулась ровно настолько, чтобы уткнуться носом в область между членом и яичками.

— Из, — прозвучало грубовато, но в то же время весело.

— Ммм?

— Ты там уснула? — спросил он скорее удивленно, чем резко.

— Ммм.

— Как бы мне ни нравилась твоя хорошенькая киска и мысль о том, что ты можешь заснуть так на моем лице, может, перекатишься?

Это потребовало усилий, но я перекатилась.

Он перевернул меня лицом к себе и перекатился на меня.

Я посмотрела на его красивое, довольное, удивительное лицо.

Он улыбался.

— Ладно. Приятно знать, что ты можешь быть горячее, чем когда запрыгнула на мое хозяйство в конюшне, — заявил он.

— Я не запрыгивала на твое хозяйство, — пробормотала я, физически неспособная на большее, чем бормотание.

— Детка, ты подскочила и чуть не села мне на член.

— Как скажешь, — пробормотала я, обнаружив, что у меня есть энергия, чтобы провести кончиками пальцев вверх и вниз по его спине.

Его веселье не исчезло, но стало теплее и слаще.

Его голос тоже звучал теплее и слаще, когда он спросил:

— Хочешь знать, что мне нравится?

— Могу я угадать? — переспросила я в ответ.

— Валяй, — предложил он, все еще улыбаясь.

Я приложила усилие, чтобы поднять голову и коснуться его губ, и обнаружила, что это отняло у меня все силы, поэтому я откинулась на подушки и обняла его.

— Тебе нравится кончать для меня.

— О, да, мне это нравится, — согласился он.

— Мне тоже, — поделилась я.

— Я заметил.

— Очень… сильно, — добавила я.

Я почувствовала, как он усмехнулся.

— Да. Я заметил.

— Очень, очень, очень, — излишне подтвердила я.

Он снова улыбнулся.

— Хочешь знать, что еще мне нравится?

— Когда я верхом на твоем лице.

Его улыбка стала шире.

— Да, детка. Определенно. Когда ты полностью теряешь самообладание и становишься сексуальным котенком, это потрясает мой мир.

— Хорошо, — пробормотала я.