Интрижка
Шрифт:
— Феноменальный? — выдохнула я, и его глаза потеплели.
— Детка, ты стояла на коленях между моих ног, поклоняясь моему члену. Ты так увлеклась этим, у меня никогда в жизни такого не было. Это было прекрасно. Вдобавок ко всему, у тебя талант. Так что, да, но, возможно, «феноменальный» — не то слово. Выдающийся. Превосходный. Сногсшибательный. Невъе*енный. Выбирай сама.
— Я хотела посмотреть, — прошептала я.
— Что?
— Я хотела… не… ртом. Я собиралась закончить рукой и хотела посмотреть.
Его глаза потеплели
— Ты хотела посмотреть, как я кончу для тебя?
Я кивнула.
— А кто бы позаботился о тебе? — спросил он.
— Я не… ну, не думала об этом, но все шло к тому, что у меня могло произойти все… само собой.
Он одарил меня сексуальной улыбкой, прежде чем наклонил голову, провел носом по мочке уха, поцеловал в шею, поднял голову и снова поймал мой взгляд, но на этот раз он был намного ближе.
— Думаешь, ты могла бы кончить, просто наблюдая, как заставляешь кончить меня?
— Доказательства указывали на это, — ответила я, испытывая неловкость.
Еще одна сексуальная усмешка.
— Как тебе такой вариант, если мы сделаем это, ты встанешь на колени сбоку, чтобы я мог ласкать тебя между ног и помочь с этим?
— Думаю, звучит… выполнимо, — выдохнула я.
Именно тогда некое выражение пробежало по его лицу, что не было сексуальным, теплым или милым, но казалось настороженным, будто он только что что-то вспомнил. Затем показалась неловкость, и, если я правильно понимала, все свелось к раскаянию, прежде чем Джонни наклонился, коснулся губами моих губ и отстранился.
— Собак нужно выпустить, прежде чем мы устроимся на ночь? — тихо спросил он.
— Думаю, Вихрь уже заснул, но Демпси, вероятно, мог бы прогуляться, — ответила я, а затем попыталась встать, что оказалось невозможным, потому что он прижимал меня телом к кровати. — Я выведу его.
— Я сам, — возразил Джонни, проводя большим пальцем по моей щеке, прежде чем отстраниться.
Он надел джинсы и больше ничего, прежде чем свистнуть, и я оглядела комнату, увидев, как Вихрь поднял голову со своего места на диване, однако в остальном не пошевелился, но Демпси побежал в сторону Джонни.
Мужчина и собака вышли за дверь, и я услышала, как они спускаются по лестнице.
Я натянула простыню до груди, размышляя о беспокойстве и раскаянии, которые, как мне показалось, увидела на лице Джонни.
Затем откинула простыню в сторону, встала с кровати, нашла свои трусики и натянула их. Я также надела сброшенную Джонни рыжую футболку, с очень крутой, выцветшей, отслаивающейся желтой наклейкой, выглядящей как старомодная реклама моторного масла пятидесятых годов, на которой говорилось: «На пути к дому».
Покончив с этим, я подошла к своей сумочке и взяла ее с собой в ванную.
Вытащив из нее зубную щетку, я воспользовалась ей. Затем достала очищающее средство для лица в мини-формате, которое захватила
Убрав все обратно в сумочку и вернувшись в гостиную, я обнаружила, что Джонни и Демпси уже пришли с прогулки.
Взгляд Джонни был прикован к футболке, а губы кривились в ухмылке.
— Ты просто ничего не можешь с собой поделать, да? — поддразнил он.
— Я не могу чистить зубы голой, Джонни, — возразила я.
Его пристальный взгляд встретился с моим.
— Нет, можешь.
Я закатила глаза, бросила сумочку на его островок и направилась к кровати.
Демпси подошел и уткнулся мне в ноги, поэтому я остановилась, чтобы приласкать его, прежде чем направиться к кровати, рядом с которой стоял Джонни, он еще не снял джинсы, просто наблюдал за мной и моей собакой.
Но когда я подошла ближе, он обхватил меня за талию и притянул к себе.
Затем заключил в легкие объятия.
Я положила руки ему на грудь и запрокинула голову, чтобы посмотреть на него.
— Я из тех парней, кому нравится контролировать то, что он получает в постели.
При этом заявлении я от удивления дернулась, и его объятия стали крепче.
— Кажется, ты уже это заметила, — продолжил он. — И, вероятно, ты также заметила, что у меня есть правила. Ты кончаешь первой. Потом кончаю я. Все шло совсем не так. Я бы кончил тебе в рот, не доставив тебе удовольствия, и это неприемлемо для меня. Мне нравилось то, что ты делала. Слишком. Это и то, какой я тебя видел отвлекло меня от того, где мне нужно было быть. Я немного разозлился из-за этого и не очень хорошо это объяснил. Я непреднамеренно повел себя как мудак, и все еще продолжаю быть мудаком, и это не круто. Я извинился, но хочу, чтобы ты поняла, Из, мне действительно очень жаль.
Его признание очень меня тронуло.
И, возможно, именно поэтому я заметила тогда раскаяние на его лице.
Это принесло мне огромное облегчение.
— Спасибо, Джонни, — тихо сказала я.
— Можешь встать утром в свое обычное время. Я провожу тебя до дома и позабочусь о Серенгети и Амаретто, и о собаках, покормлю твоих кошек и приготовлю тебе завтрак, чтобы ты хорошенько выспалась.
Я расслабилась в его объятиях.
— Ты не обязан этого делать.
— Знаю, что не обязан, но сделаю.
Я улыбнулась, и моя рука, сама по себе, скользнула вверх с намерением обхватить его челюсть, мои ноги чесались от желания приподняться на цыпочки и поцеловать его, но я остановила и то, и другое.
В итоге я стиснула то место, где его шея переходила в плечо, вместо того, чтобы сделать что-то более нежное, более близкое, чем то, кем мы являлись друг для друга. Но я скрыла разочарование тем, что не могла этого получить, не могла этого дать, продолжая улыбаться.
— Хочешь сказать, мы закончили заниматься сексом? — спросила я.