Интимные услуги
Шрифт:
– Да? Ну и посмотри на себя. Приехала в восемь часов вечера на автомобиле с каким-то незнакомым парнем, сидишь вялая и безынициативная, айкидо заниматься не можешь – ноги болят, вся словно нанюхавшийся отравы крысенок. Нужна тебе такая работа?
– Ну что ты ко мне всегда пристаешь? – возмутилась Катя. – Ничего лучшего я не смогла найти.
Найду – уволюсь. Почему ты такой противный? Невыносимый!
Катя спрыгнула с дивана, взяла с тумбочки недоеденный фрукт и направилась к двери.
«Потому что я тебя люблю. И переживаю за тебя», – мысленно ответил
– Можно мне хотя бы заехать в твой драгоценный «Момент» пообедать?
– Можно! – с ненавистью крикнула Катя, ломая ногти о дверной замок. – У нас очень вкусно! И я прекрасно выгляжу в униформе!
– Ты всегда прекрасно выглядишь, – нежно заверил Андрей, – этот замок мне еще пригодится.
Если для других тружеников пятница была наполнена предвкушением уик-эндовских радостей, работники «Момента» не проводили различия между буднями и выходными, суббота и воскресенье для них не светились радужным ореолом безделья и свободы.
– Счастливчики, – угрюмо бурчала Света, оделяя клиентов салатами «Помидорный восторг», пончиками «Сулейма-блюз» и мороженым «Скандинавия». – Только не подавитесь! Вам всем завтра не вставать в пять утра. А мне – да.
Она словно забыла, что несколько дней назад убеждала Катерину, как волнующе прекрасна работа в «Моменте».
– Да уж, – отозвалась со своего места Катя, – нашу забегаловку надо было бы назвать не «Момент», а «Смерть персоналу».
– Должно быть, ты права – нас эксплуатируют.
– Хотя бы один выходной день в неделю можно было сделать.
Сегодня Светлана проявляла редкую покладистость, она даже готова была признать правоту Катерины в некоторых вопросах.
– Но такая хорошая зарплата, – подумав, добавила она. – Я больше нигде столько не заработаю…
– Просто это низкоквалифицированный труд. Вот когда я работала в фирме «Шелтер» – она подвизается на ниве страхования, я в принципе занимала одно из наименее оплачиваемых мест, но даже там…
В этом месте Катерина прервала свою речь, и Светлане не удалось узнать, сколько же она получала в «Шелтере».
В бистро вошел Андрей, а на локте у него висела яркая, шедро оголенная блондинка, с умопомрачительной фигурой и откровенным взглядом. По тем лоскуткам одежды, которые прикрывали ее в разгар обжигающего июньского полдня, девушку можно было безошибочно отнести к разряду лиц с месячным доходом более пяти тысяч долларов.
Эта дорогая женщина была когда-то – года четыре назад – вырвана доблестным Пряжниковым из лап наркомафии, а сейчас удачно реализовывала себя в качестве манекенщицы, фотомодели и любовницы крупного бизнесмена. Она сохранила в своей шикарной груди трогательные чувства к Андрею, который спас ей жизнь, да и он не против был побеседовать с Анжеликой. Но где-нибудь в другом месте, не в закусочной «Момент». К огорчению детектива, девушка так искренне обрадовалась случайной встрече, что Андрею не оставалось ничего другого, как пригласить ее разделить с ним обед.
– О, тут мило, Анди! – пищала стовосьмидесятисантиметровая малышка с голливудским бюстом, разглядывая витрину. –
Андрей покрылся нервными пятнами. Катерина смотрела на его «подругу* с презрительным интересом.
– Здравствуй, Катя, – тихо и смущенно произнес сыщик.
Ты часто здесь бываешь? Ты даже знаешь продавщиц по имени? Привет, Катрин! У вас мило. Мы с моим другом решили пообедать здесь. Что ты нам рекомендуешь? О, Анди, котик, я возьму гамбургер «Дева Востока», кофе и мороженое «Коррида».
Катя молча поставила заказ на небольшой пластмассовый поднос с эмблемой «Момента».
– Ты что будешь? – холодно осведомилась она у «котика Анди».
– Сандвич «Молитва ковбоя», наверное, я не отравлюсь? И два кофе, – с извинением во взгляде попросил сыщик. Ему было очень неудобно перед Катериной. И надо же было встретить Анжелику именно у дверей «Момента»!
– «Молитва» кончилась. Минутку, я принесу из кухни.
– Андрюша, лапусик, куда мы сядем? Давай вон за тот столик. Отнеси мой поднос! – Кокетливым жестом блондинка Анжелика указала Андрею, куда тащить ее жратву. Пряжников мрачно повиновался.
Следом за Катериной на кухню, стуча копытами и лязгая бульдожьей челюстью, влетела возбужденная Света.
– Ты знаешь этого парня? Ох, какой он симпатичный. Как в кино. А что это ты делаешь?
Катерина содрала с бутерброда, предназначенного Андрею, толстую котлету и с мрачным удовлетворением выдавила на булку дюймовый слой горчицы из тюбика.
– Зачем это? – повторила Света.
– Отстань, пожалуйста, – невежливо сказала Катерина.
Сыщик и его обесцвеченная «в ноль» красавица расположились у стеклянной стены. Катя машинально обслуживала клиентов, а настроение продолжало неуклонно падать. Ее терзала ревность.
Едва она увидела Андрея под руку с чужой девицей, притом красивой, ее смутные ощущения, нервозность, непонятное раздражение приобрели отчетливые контуры чувства. Она поняла, что если Андрей исчезнет из ее жизни, то на его месте образуется пустота, черная дыра в сердце. Ее злость и раздражение Андреем были словно токсикоз у беременной – любовь уже обитала в ней, вызывая пока отрицательную реакцию, но с любовью уже ничего нельзя было поделать.
– О Боже! – воскликнула у своей стойки Света. – Опять инспекция!
В «Момент» входил его владелец. И надо сказать, что он выбрал на редкость неудачное время для визита, так как в этот же самый миг один из посетителей – по имени Андрей Пряжников – начал страшно кашлять и задыхаться. Света бросила кофе и мороженое, схватила полотенце и устремилась на помощь. Хозяин закусочной в удивлении замер, Катя застыла у прилавка, а несчастный детектив покрылся испариной, глаза его налились кровью от натуги, он хрипел, разевал рот и хватал себя за горло, и никак не мог остановиться. Из кухни на шум появились Иннокентий и повара. Какая-то милая старушка интересовалась, не проглотил ли Андрей случайно таракана. Анжелика в изумлении рассматривала полусъеденный бутерброд, из которого на стол медленно текла едкая горчица…