Иномирянка
Шрифт:
Как только прозвенел сигнал начала занятия, Эрик вошел в зал, поздоровался, осмотрел всех и дал отмашку начать разминку.
Это что же получается, всех остальных вообще ругать за зачет не будут? Ну, вообще! Хоть бы для приличия сделал замечание.
Когда мы уже закончили тренировку и построились, Эрик, расхаживая перед нами, произнес:
— Вы меня очень разочаровали результатами последнего зачета: никто не уложился в заявленные нормативы. Мало того, что вы откровенно халтурите и не выкладываетесь по полной, так еще и у начальства
— Дааа, вот это мы попали, — грустно заметил Адам. — Три раза подряд так надрываться…
И дружно грустно вздохнув, поплелись на другие занятия.
На следующий день норматив мы все-таки сдали, несмотря на то, что ни на одной из тренировок, сделать это так и не получилось. Но впечатлившись, словами Эрика, на зачете выложились на двести процентов. Я сама не ожидала от своего организма таких подвигов. Зачет был по общим физическим упражнениям, бег на время, прыжки в высоту и длину, подтягивания и отжимания. И все это без перерыва и отдыха. На Лирее считается, что лучший отдых — это смена деятельности. Этот зачет я еще долго с ужасом вспоминала.
Глава 9
Через несколько дней, раздался звонок от входной двери, монитор связи высветил Адама. Странно, что ему понадобилось у меня? До обеда еще есть время.
Открыла дверь и приветливо улыбнулась. Все эти дни наши отношения носили чисто дружеский характер. Мы спокойно общались и шутили, только я иногда, смотря на его губы или руки "зависала", вспоминая то, что было. В эти мгновения краска заливала щеки. Вот ведь дурацкая особенность организма. Мне кажется, он пару раз это замечал и лишь хитро улыбнулся, никак больше не выдав наш секрет.
Адам вошел в комнату, выглядел он серьезно и сосредоточенно.
— Карин, я хочу провести небольшой эксперимент.
— Эксперимент? — удивленно приподняла я брови.
— Угу. Дай руку, — и сам, первый протянул свою.
Я выполнила просьбу, вложив свою ладонь в его, но все еще ничего не понимая.
Адам свободной рукой достал из нагрудного кармана небольшой пластиковый браслет, из стандартной аптечки, который фиксирует пульс, и застегнул его вокруг моего запястья.
Я удивленно подняла на него глаза, ожидая пояснений, браслет ритмично попискивал, озвучивая удары моего сердца.
Адам с такой нежностью смотрел на меня, что в первое мгновение я глазам своим не поверила. Никогда не видела такого взгляда.
Затем он поднял руку, и медленно провел ладонью по моей щеке, затем большим пальцем очертил контур губ. Я же в это время не могла вырваться из плена его глаз. Сердце мое учащенно забилось от такой нехитрой ласки, и браслет тут же сообщил об этом.
Адам улыбнулся:
— Ты даже на мое прикосновение
— Ну, так попробуй. Может все будет в пределах обычного волнения, — ответила я, и сделала небольшой шажок на встречу, положив руки ему на грудь.
Его сердце билось как сумасшедшее. Это кто еще нас выдаст, интересно. У него пульс вообще зашкаливал.
Адам наклонился и медленно коснулся губами моего рта. Поцелуй был очень нежным с толикой грусти. Его руки крепко прижимали меня к нему, а мои ладони прошлись по его груди и плечам.
Тут у Адама на передатчике раздался сигнал экстренной связи.
Отстранившись от меня, и грустно усмехнувшись, ответил на вызов, не включая видео изображения. Ну конечно, это был наш куратор.
— Курсант Лисовский, зайдите ко мне в кабинет, — голос у Эрика был очень усталый и какой-то неживой. — Немедленно! — и отключился.
Адам перевел взгляд на меня:
— А я так надеялся, что с небольшим участившимся пульсом нас не будут прерывать.
И решительно и напористо снова меня поцеловал.
Тут уже я его мягко отстранила:
— Ты не забыл, что тебя по экстренной вызывали?
— Не забыл. На явку по экстренному вызову нам отводится две минуты. За минуту я добегу, значит, у меня есть целых тридцать свободных секунд. А уж если все равно получать, так хоть за дело, а не за целомудренный поцелуй.
И снова его рот завладел моими губами, сминая все преграды. Адам целовал так, как в последний раз.
Через полминуты, с тяжелым вздохом отстранился от меня.
— Адам, пожалуйста, не нарывайся с Эриком, просто выслушай молча и все.
Адам невнятно хмыкнул, и повернулся, чтобы выйти.
— Обещай мне! — схватила я его за руку, заглядывая в глаза.
— Хорошо, обещаю, — серьезно кивнул Адам, а потом хитринка блеснула в глазах и он наклонился и чмокнул меня на прощание, а потом быстро вышел.
А я закрыла лицо ладонями, только бы он не пострадал из-за меня. Опять.
Минут через двадцать от Адама пришло сообщение, что все хорошо, и чтобы я не волновалась. Нет, ну кто так делает? Чтобы я не волновалась нужно было самом прийти и показаться, что жив и здоров, а не сообщение отсылать, так я занервничала еще больше, и напридумав себе кучу страшилок, чуть ли не бегом помчалась к нему в комнату.
Позвонив в дверь, стала с ужасом ждать, когда дверь распахнется. Адам открыл и с очень удивленным лицом пропустил в комнату:
— Карин, что случилось? Ты чего вся на кипише? Я за тобой минут через десять собирался на обед зайти.
А я пристально всматривалась в его лицо, сама не зная, что пытаясь разглядеть. Ну, лицо без синяков, руки-ноги целы, уфф, с облегчением выдохнула.
— Да нет, все нормально. Вот сама решила за тобой зайти для разнообразия. Кстати, что там у куратора?