Инноватор
Шрифт:
Дома я застал чудную картину. Матвея и бутылку вискаря.
— Судя по твоей угрюмой роже, что-то случилось? — спросил я, заглянув в зал.
— Эд? — сфокусировал он на мне взгляд, — Хм… Пить будешь?
— А есть повод?
— Ну… — неуверенно ответил он и смутился, — Я теперь снова холост и свободен, как птица в небесах. Чем не повод напиться?
— Думаешь, поможет?
— Надо же хоть раз попробовать? — пожал он философски плечами.
Внезапно
— Эй, Эдгард, я знал, что ты будешь за меня переживать, но давай без слез? — голос соседа доносился издалека.
Сфокусировавшись на нём, я осознал, что зрение изменилось. Оно осталось почти таким же, как и было, только стало более чётким. Я увидел поры на коже Матвея, синяки по глазами, полопавшиеся капилляры. Увидел отчетливо, будто в микроскоп разглядываю.
А вот и ещё одно пробуждение крови. Улучшенное зрение. Не даром же фамилия Соколов.
— Прости, что-то голова разболелась.
— Значит, пить ты не будешь?
Смотреть на Матвея было… тяжело. Слишком много информации. Я видел детали, а мозг их обрабатывал и выносил вердикт. У парня сильный стресс, ему хреново и за шутками он прячет свои горести и беспокойство… за меня.
— Не буду, но поболтать не откажусь. Ты как? Держишься?
— Что, так плохо выгляжу? — бравада исчезла, он опустил плечи и отвёл взгляд.
— Если честно, то да. Из-за чего расстались?
— Мы особо и не встречались, чтобы расставаться. Просто изначально обреченная история получила логический конец.
— Деньги?
— Деньги, — вздохнул он, — Аристократки — это дорого. Не связывайся с ними, пока не разбогатеешь.
— В долги не влез, надеюсь?
— Удержался, — криво усмехнулся он, — Не такой уж я идиот.
Я достаточно хорошо узнал Матвея, и достаточно видел, чтобы понимать его сейчас. Парень потратился за последний месяц дальше некуда и… Красивая жизнь закончилась.
— Как бы там не было, это не повод унывать.
— А я и не унываю. Сегодня у меня траур по разрушенным иллюзиям, оплакивание моей гордыни и торопливости, а завтра буду, как огурчик.
От разговора нас отвлёк дверной звонок.
— О, а вот и моё лекарство! — вскочил Матвей.
Он добежал до двери и впустил… двух девушек. Кажется, кто-то опять собрался окунуться в разгульную жизнь.
Пока они общались в коридоре, на меня снова накатила головная боль и усталость, поэтому я свалил к себе в комнату, где и отрубился.
Утро началось с похмелья. Причем оно напало на всех жителей и гостей нашей скромной квартиры.
Из своей комнаты я выполз и первым делом устремился в душ.
Когда выбрался обратно, взялся за завтрак. А там и Матвей выполз из гнезда разврата. Бледный, лохматый, в общем, выглядел он ещё хуже, чем я.
Махнув рукой, парень скрылся в туалете, вышел минут через десять, когда я уплетал яичницу с курицей и овощами, и сходу выпил пару кружек воды.
— Сушняк? — любезно поинтересовался я.
С каждым проглоченным куском настроение поднималось. Не от самой еды, а от ощущения, как тело оживает, наливается силой и энергией. Я чувствовал себя гораздо лучше, чем когда-либо.
— Отстань, — отмахнулся сосед, после чего отправился к себе в комнату.
Я усмехнулся и вернулся к изучению изменений в организме. Мой подход строился на гипотезе, что сила одаренных всех мастей, в том числе бесов и ходоков, заключается в организме. Да, мысль банальная, спорить не буду. Но дьявол кроется в мелочах, как говорится.
Для работы я выделил три аспекта. Кровь, органы и организм. Ещё Ольга рассказывала про генетику, про то, что в клетках содержится информация, которая и отвечает за передачу наследственности, но ничего прикладного и тем более выкладки исследований она не привела. Потому что их не было. Гены открыли не в России и у Медведевых тупо не было доступа к передовым разработкам. Как и не было своих исследований по этой теме. Возможно, новое поколение специалистов, которых сейчас готовит институт, сможет заняться этим вопросом.
В своих трудах я совмещал знания по алхимии, информацию от Ольги Владимировны и личные наблюдения. Ну и проверял гипотезы на практике, открывая то, что реально работает.
Кровь — это одна из сильнейших субстанций, с которой может работать алхимик. Она сама по себе является сильным рычагом воздействия, и несет в себе бездну информации и возможностей. Поэтому первая точка, на которую я влиял — это именно кровь. В круге пробуждения отдельный модуль отвечал за насыщение крови чистейшей энергией.
Что проверяло другие гипотезы. Без разницы, являются звери причиной мутаций или они служат всего лишь пищей для усиления того, что уже имеется. Это принципиальный вопрос для самого обычного человека, который только встал на путь аристократа. Я же считался потомственным аристо, а значит в моём организме уже содержались сотни мутаций.
Надо было им всего лишь помочь раскрыться.
Кровь — катализатор этих процессов. Пропитав её энергией, я, по сути, сделал так, чтобы она разносила эту энергию дальше, по всему организму.