Инкубатор
Шрифт:
Собаки были совсем нестрашные, спаниель и лайка. Я умно поделился с коллегами сомнениями: для ловли «стилета» собаки больно маловаты, целесообразнее было взять волкодавов.
— Для «Стилета» пара волкодавов не проблема, — сказал Степа. — Его надо стаей брать. Причем специально дрессированной для такого случая стаей.
— Это следовые собаки, — компетентно оценил Юра. — Видать, у них проблемы с поисками, если дело до собак дошло.
Тут Степа что-то вспомнил и попросил отмотать запись обратно.
Выбрав фрагмент, в котором
— Листья дубовые падают с ясеня… — ошеломленно пробормотал Юра. — Вот ни… себе, так ни… себе…
Реакция, скажу я вам, вполне адекватная. Это был тот самый тип, что вверг доктора в смятенные чувства: импозантный мужчина, который выходил вчера после полудня из дома мастера с сумкой через плечо.
— Звоним доктору? — предложил я.
— Не спеши, — Степа взял паузу на раздумье и спустя минуту выдал решение: — Сначала разберемся, кого они ловят.
Мы разбились на два экипажа, Степа — я, Юра — Спартак, честно поделили «Таволги» и отправились на двух «BMW» удовлетворять служебное любопытство.
Минут через десять мы добрались до пологого холма, возвышавшегося справа от шоссе и решили осмотреться.
Экипаж № 2 остался на обочине, наша машина тоже, а мы со Степой, прихватив спонсорские бинокли, полезли на холм. Степа выбрал для восхождения хорошо продуваемую сторону, снега здесь было мало, так что мы без особых усилий вскарабкались на вершину, немного спустились по обратному скату, чтобы не «отсвечивать» силуэтами и принялись любоваться видами.
С первых же секунд стало ясно, что мы выбрали очень удачный НП [10] , и, самое главное, подъехали сюда как нельзя более вовремя.
Докладываю диспозицию.
В полукилометре перед нами, слева от шоссе, красовалась березовая роща, оккупировавшая «пятачок» площадью около десяти гектаров. Рощу по дуге огибал малоезженный проселок, примыкавший к шоссе — ближнее к нам пересечение было представлено почти полностью занесенной снегом неглубокой колеей.
Справа от шоссе, насколько хватало глаз, тянулись заснеженные поля. Еще правее, где-то в километре от дороги, был виден дачный поселок.
10
Наблюдательный пункт (штатная аббр.).
Это был антураж, а теперь плавно переходим к действующим лицам и исполнителям.
Слева от рощи, у проселка, лежала в кювете какая-то машина, беспомощно задрав к небу правый колесный ряд. Марку определить было сложно, поскольку машина хорошо горела, сплевывая по ветру жирные хлопья черной копоти.
Несколько дальше, по левой опушке рощи, стояли стройной колонной три «Mercedes-Benz GL» и два снегохода. Из машин выгружались вооруженные люди в камуфляже
А на правой (восточной) опушке рощи был виден одинокий путник, по пояс в снегу бредущий к шоссе.
Беглец двигался медленно, временами останавливаясь на несколько секунд, чтобы отдышаться, и с первого же взгляда было понятно, что шансов на спасение у него не осталось.
До дачного поселка — километр по сугробам и мерзлой пахоте.
Максимум через пять минут из рощи покажутся полтора десятка вооруженных лыжников.
А самое главное, примерно в полукилометре дальше по шоссе, навстречу нам, неспешно ехал еще один «Mercedes-Benz GL».
Местность здесь холмистая, «мерс» сейчас как раз в ложбине, но через минуту-другую он выберется на взлобок, и его экипаж сразу же увидит беглеца.
Степа до упора выкрутил «зум» в бинокле, рассмотрел беглеца получше и усомнился:
— Не понял… А ну, глянь. Мне не мерещится?
Я последовал его примеру и подтвердил:
— Это он!
Да, это в самом деле был наш рождественский кошмар, «камрад-похожий-на-Веника».
— Четыреста на полвторого, позиция для РПГ, — скомандовал Степа в рацию. — Как только выпрыгнет из ложбины, сразу работайте.
— А че там такое? — удивился Юра.
— Нашли «пассажира», едем за ним, смотрите, не зацепите нас. Все, работаем.
— Понял! — ответил Юра, и «BMW» второго экипажа рванул по шоссе вперед.
Мы со Степой чуть ли не кубарем скатились с холма, прыгнули в салон и помчались следом.
Метров через четыреста «BMW» второго экипажа свернул, резво проскакал по пахоте к видневшемуся справа пригорку и встал.
Юра в два касания вспорхнул на крышу, Спартак передал ему «Таволгу».
Мы не останавливаясь проскочили дальше.
Беглец уже был на левой обочине шоссе.
Выбравшись из сугробов, он упал на колени и жадно глотал морозный воздух.
Увидев нас, он даже не предпринял попытки встать. Наверное, окончательно выбился из сил или просто уже смирился с мыслью, что жить ему осталось считаные секунды.
Когда до него оставалось метров двадцать, впереди на взлобке показалась крыша «мерса».
— Пш-шшшш! — раненой коброй зашипела стартовавшая справа-сзади «Таволга».
«Мерс» выскочил на взлобок в полный рост и тотчас же напоролся на летящий навстречу тандемный снаряд.
— Ту-духхх!!!
Вражью машину снесло взрывом с дорожного полотна, она дважды перевернулась и устало прилегла бочком на занесенной снегом пахоте, задрав к небу правое заднее колесо. Переднего видно не было, наверное, куда-то отскочило.
Степа опустил стекло со своей стороны, остановил «BMW» рядом с беглецом и, взяв его на прицел, скомандовал:
— Контроль.
Я неудобно изготовился через руль, упершись правым плечом в лобовое стекло, и направил ствол МП-5 на беглеца.