Инкубатор
Шрифт:
Степа наотрез отказался везти нашего пленного к Верховному, заявив, что ни на грош ему не верит (пленному, а не Верховному), и не исключает, что все это мастерски разыгранная провокация, суть которой для нас пока что непонятна.
Тут у нас наметилась было небольшая техническая заминка, как в плане передачи секретной информации от юного «стилета» лично в руки Верховному, так и с собственно презентацией сюрприза № 1, но доктор подсказал, как все решить типично народным методом. То есть можно с любого терминала в резиденции Верховного связаться с пансионатом по
Итак, мы везли Верховному три сюрприза:
— Юный «стилет» в большом доме;
— Зрелый «стилет» и маска чумного доктора;
— Бастард.
Да, Директор Инкубатора — это бастард Верховного. Или, если кому-то режет слух, незаконнорожденное дитя.
Когда я узнал об этом, сразу понял, чем было вызвано замешательство доктора при просмотре записи из отдела вневедомственной охраны.
Дело в том, что Директор очень похож на Верховного, и фигурой и лицом. Доктор это заметил, даже на нечеткой картинке с камеры, а все остальные просто не обратили внимания.
Но окончательно опознал Директора именно Веня.
Лет пять назад Верховный кулуарно ввел в Малый Свет своего незаконнорожденного сына, и Веня единственный из нашей временной компании, кто при этом присутствовал.
Здесь, очевидно, следует отметить, что круче всех в нашем случайном сборище вовсе не Домовитый, а именно Веня. Обратите внимание, это именно у него в доме гостил Верховный, такая честь, насколько я понял, выпадает далеко не каждому представителю «верхнего» сословия. То есть, несмотря на придурковатое поведение и вполне идиотский вид, Веня на самом деле очень важный и влиятельный человек.
Так вот, мы подъезжали к зимней загородной резиденции Верховного, и у важного человека в предвкушении аудиенции глаза горели как два мощных прожекторa. Я не бог весть какой психолог, но весь вид Вени чуть ли не открытым текстом кричал: «Сейчас… Сейчас я за все поквитаюсь!!!»
Сейчас он докажет, что его сын чист, аки кудрявый агнец.
Что Верховный был неправ, упорствуя в своем заблуждении и отдавая Вене страшное распоряжение по поводу его ребенка.
Что причиной этого заблуждения был собственный сын Верховного, который, если я все правильно понял, чуть ли не предал отца или как минимум крайне жестко подставил его.
Выбор делегатов на аудиенцию был продиктован ситуацией. Веня выступал основным докладчиком, Степа отвечал за инфоблок по «стилетам» и Инкубатору, а я просто должен был в нужный момент опознать по базе данных «стилета», погибшего на мостовой перед домом мастера. Дело в том, что Степа у нас товарищ меткий, целился в голову, а расстояние там было всего ничего, десять-пятнадцать метров. Так что можете себе представить, как выглядит на посмертном снимке лицо, которое мы собираемся предъявить Верховному. Живьем этого «мастера», кроме меня, никто не видел. Степа полагает, что в местах постоянной дислокации Верховного может быть общая база данных по «стилетам», так что, если нас к этой базе подпустят, я буду выступать основным экспертом
На въезде в резиденцию нашу машину загнали на яму, «прозвонили» снизу доверху, а нас самих тщательнейшим образом обыскали. Однако зря только время потратили, предвидя такой оборот, мы оставили все «железо» в пансионате.
Дальше ехать нам не разрешили, так что мы оставили машину на досмотре и прогулялись пешком по чисто выметенной аллее, усаженной с обеих сторон голубыми елями.
Дом был сравнительно скромным (в сравнении с дворцом Голденбергов): трехэтажное здание номенклатурного дизайна, типичная «государственная желтая дача».
На крыше виднелась посадочная площадка с вертолетом. Рядом было небольшое строение, вполне возможно, жилой модуль для дежурного пилота. Наверное, это был тот самый курьерский вертолет, что прилетал ночью в усадьбу Вени.
В небольшом вестибюле нас встретили трое крепышей. Один из них был столь любезен, что проводил нас на третий этаж.
Просторная гостиная, в которую нас привели, была стилизована под «охотничий домик». Повсюду грубо тесанное некрашеное дерево, вместо традиционного камина — огороженный цепями закопченный очаг, с кованой вытяжкой и кучей прогоревших углей; широкие приземистые лавки, на полу домотканые половики и медвежьи шкуры.
Мне гостиная понравилась. Был в этом помещении какой-то варварский уют, которого так не хватало помпезному «мраморному раю» Голденбергов.
На покрытой половиком лавке у двери пытался дремать наш старый знакомый, старшина крепышей Серого. Когда мы вошли, он жестом отослал секьюрити и кивнул нам:
— Проходите.
Возле огромной «плазмы» на медвежьей шкуре сидели Серые: Верховный и его дубль, и азартно гоняли в какой-то автостимулятор. Дубль был одет в хороший спортивный костюм, а на Верховном были старые «треники» и застиранный тельник с длинными рукавами. Помимо этого Верховный был обвязан вокруг пояса пуховой шалью.
Серые были слегка подшофе. Неподалеку, на низком круглом столе, стояла початая бутылка водки, рюмки и большое блюдо с закусками: соленые огурцы, сало, зеленый лук и черный хлеб.
Признаюсь, увиденное повергло меня в состояние шока.
Нет, я в курсе, что Верховные тоже люди и иногда им нужно отдыхать от важных государственных дел, но почему-то полагал, что в домашних условиях они развлекаются как-то более изысканно. Например, рисуют акварелью, препарируют бабочек или охотятся на редких животных, занесенных в Красную книгу.
— Пьяный за рулем — угроза обществу! — азартно кричал Верховный. — Куда прешь, дубина, там тупик!
Как я их различал? Да никак. Кто есть кто, стало понятно, когда Верховный повел нас в кабинет.
— Стоп-машина, ко мне люди пришли, — сказал Верховный, поставив игру на паузу и тяжело подымаясь с пола, кряхтя, охая и держась за спину.
Старшина крепышей даже не шевельнулся. Веня бросился было помочь, но Верховный решительно оттолкнул его и пробурчал: «Сам, сам, не лезь!»
— Я нужен? — спросил дубль.