Инкуб с автоматом
Шрифт:
– Потом, Агарес. Сначала дело.
Агарес ещё пару секунд сверлил меня взглядом, потом повернул свою лошадку:
– Пошли. Вернёмся, в масле варить буду. Лет сто. Я запомню. Совсем распоясались проституты.
Я тоже запомню проститутов. Позже поговорим.
Глава 2
– У матери был?
– Был.
– Что сказал?
– На службу срочно призвали. Секретное задание. Сказал, чтобы никому не говорила.
– А она?
– Плачет. Просит не уходить.
– Что у тебя за начальство?! Звери! Матери могли бы сообщить.
– Не
– Хватит! Матери правду сказал – молодец. А меня хорош лечить! Демоны! Убил я тебя в игре? Думаешь, мне любой бред впарить можно? Я что, впечатление полного дебила произвожу или вконец свихнувшегося геймера?
Я не ответил. Мы с Виталиком сидели на лавочке в парке. Дочка Виталика, Настя, тихо спала в коляске.
– Значит, снова уйдёшь? – молодой отец дождался кивка и уточнил. – Скоро?
Я пожал плечами:
– Скажут.
Снова помолчали.
– Первое время мечтал тебе отомстить, – нарушил я тишину, – и отомстил бы, только на Землю просто так не доберёшься.
– Ты же говорил, что сам сюда группы водишь. Вот и явился бы ко мне сквозь зеркало.
– Без зова нельзя. Вот если бы ты меня вызвал… Фу! Даже представлять такое не хочу! Извращенец!
– Я?
– Инкубы не мстить приходят. За другим делом. Так я тебе мстить не собираюсь.
– Кто ещё из нас извращенец, после таких мыслей?
– Но это ты бы меня призвал.
– Я не собирался. Это всё твои фантазии.
Впервые со времени нынешней встречи мы с моим бывшим лучшим другом беззаботно рассмеялись. Как в былые времена. При жизни.
Так случилось, что первый зов прошёл именно из моего родного города. И звала не какая-то незнакомая женщина, а Лина, знакомая из соседнего двора. Мне она немного нравилась, но подкатывать не пытался. Во-первых, девушка являлась предметом обожания Виталика, а во-вторых, немного нравятся мне все женщины на свете. На всех даже у инкуба здоровья не хватит.
Три года назад, когда пошла реклама про розыгрыш крутых ноутбуков, именно Лина предложила попробовать. Нужно было только записаться в любой игре и отправить ссылку на адрес компании ЗАО «Крутой мир». Команда формировалась из пяти игроков. Эти пятеро приходили в назначенное время в офис, надевали виртуальные очки, сенсорные костюмы и сражались с другой такой же командой. Противников выбирали из других городов, чтобы сговора не было.
Мы с Виталиком в шутер армейский резались. Не зная, с кем придётся встретиться. Взял автомат Оден: хоть и не самый скорострельный, но валит гарантированно и ствол не задирает как Калаш. По армейской привычке называю его АШ. В качестве последнего аргумента прихватил двуствольный дробовик. Лина в хрень какую-то эльфийскую резалась. Она ещё парня привела, Игорем звали. Тот врывался по кровавым городским хоррорам. Пятым стал возрастной дядька с Виталькиной работы. Там вообще мультяшная тема. Пришли, подключились, начали. Только вот попал я в игру всем своим красивым телом. Реально. И реально погиб от руки своего же товарища.
Как я теперь узнал, в «Крутом мире» сказали, что я отключился сам и ушёл до окончания игры. Камер в офисе не было, трупа тоже, поэтому дело закрыли. Ещё год мать в газеты фотографии мои отправляла. Искала. Мне запретили с ней видеться, но не выдержал, зашёл. Поживу дома, пока
А может Виталик прав, и не было никакой смерти? В Преисподнюю попадают в человеческом обличии, я говорил. Именно в обличии, а не в теле. Колдуны и ведьмы по инерции питаются пищей, ходят в туалет, всё предусмотрено. Потом все переходят в разряд бесов. Кто посильнее – в мелких демонов. Кто-то меняет облик, кто-то нет, по желанию. Трупа Александра Бхутамовича Кузнецова никто не видел. Призвали в Ад по беспределу? Может, я никакой не Нахеран? Бред конечно, но раньше я в загробную жизнь вообще не верил. Чем чёрт не шутит? Попробую что-нибудь выведать, раз попал домой с оказией. Тем более, я и есть тот самый чёрт.
Решимость пришла, а решение – нет. Ни одной мысли, с чего начать. Не получается из меня генератор идей. На службе за меня всё решали командиры, на работе – начальство. Бытом заведовала мама, а в развлечениях верховодил Виталик. Виталик. Его было не узнать. Вместо бойкого заводилы, души компании появился тихий семьянин без амбиций и стремлений. Дом – работа, работа – дом. Живу для семьи. На себя энергии не хватает. Такая вот некомфортная зона комфорта. Надо было чем-то его расшевелить. Начал со стопроцентной темы:
– Во что сейчас гоняешь?
– В смысле?
– Тебе же комп подарили крутой. Наверное, игрушек туда накидал?
– А-а-а. Нет. Ане отдал. Она на нём работает. Мне компьютеров на работе хватает. Вырос из всего этого.
– Тебе всего двадцать шесть! Когда вырасти успел?
– Двадцать семь.
– Что?
– Двадцать семь весной исполнилось. Я тебя на полтора года старше.
– Не важно! Когда вялым стал?
– Не вялым, а спокойным. Женился, остепенился.
– Прямо такая страсть, что некогда про другое думать?
– Вроде того.
– Безумные поступки и круглосуточный секс?
– Не то, чтобы. Она моя начальница. Красивая. Оставляла на работе. Я один. Потом ко мне переехала. Её квартиру сдаём.
– Ты же с Линой встречался.
– С Линой после твоего отъезда мы не виделись. Неприятные ассоциации. Друзья тоже как-то отошли на второй план. А Аня… она хорошая.
– Значит, после последней нашей встречи ты не бухаешь, не играешь, потерял девушку, потому что через год женишься и остепенишься?
– Что ты ко мне привязался? Давай про тебя поговорим. На сколько контракт подписал?
– Опять двадцать пять! Я за помощью пришёл, за советом, а лучший друг мне не верит.
– Поверю, если покажешь демонов.
– Они ушли по своим делам.
– Как неудачно!
– Придумал! Пошли к Лине. Она их тоже видела.
– Я не знаю. У Ани надо спросить.
– Охренеть!
– Как, говоришь, тебя там называют? Нахеран? Смешно! Чувство юмора у тебя есть.
Пока шли по улицам города, я наслаждался. Вернее, я наслаждался с самого перехода в родной мир. Кайфовал от запаха магнолий и не видного за домами моря, стрёкота цикад. От того, что перестали замечать местные жители, и чем наслаждаются приезжие. У меня способов получать удовольствие было ещё больше. Звуки, запахи, зелень листвы, люди, автомобили, собака, птицы… Что может быть прекраснее еды, приготовленной мамой?