Инкогнито
Шрифт:
— Что? — не выдержала его долгого взгляда Инко.
— Поразительно! — проговорил Юлий, — вы оба недавно побывали за гранью и вернулись… интересно как?
— Ты видишь многое, но, получается, не всё? — спросил я.
— Я не то чтобы вижу… хотя это можно и так назвать. Скорее, я смотрю и понимаю, как всё обстоит на самом деле, — сказал Юлий, — точнее, почти всё.
— Значит, пытаться обмануть тебя бессмысленно? — хитро спросила Инко.
— Пытаться можно, почему нет? Только вот получится вряд ли, — улыбнулся Юлий.
— Почему дворец так хорошо сохранился? — спросил я, решив
— Аномалия! — сказал Юлий, вскинув руки, — вижу, ты думаешь, что это моя заслуга, но нет! Не совсем так! Просто я часть этой аномалии.
— А что за аномалия? — решил уточнить я.
— Вы же знаете про убежища? — сказал Юлий, — это тоже своего рода аномалии. Есть аномалии «хаоса», где, как ни старайся, всё будет разрушаться и идти не по плану. Есть «метаморфозеры», где магия работает не так, как должна, или вообще не работает. Есть «пустышки» или их ещё называют «нулевые зоны», места, где магия вообще не действует. Есть «реалы», места, где сохранилась домагическая реальность, а это не совсем то же самое, что «пустышка».
— Да? — удивился я, — честно говоря, вот про такое я никогда не слышал.
— Думаю, что ты про очень многое не слышал, — сказал Юлий, — да и забыл многое из того, что слышал тоже, — и он мне подмигнул.
— Да, от тебя ничего не скроешь, — усмехнулся я, — но я забыл всё только про себя. Про мир вроде бы всё помню.
— Да, если это не пересекается плотно с твоим личным опытом, — сказал Юлий, — хотя, откуда же тебе знать, если ты не помнишь, верно?
— Мне одной этот разговор кажется странным? — вдруг сказала Инко.
— Вся наша жизнь после появления магии, сплошная странность, разве нет? — откинулся на спинку кресла Юлий.
— Ты говорил про разные зоны, получается это «реал»? — спросил я, — место, где сохранилась домагическая реальность?
— Нет, — улыбнулся Юлий, — здесь полно магии! Это скорее зона «порядка», в противовес зонам «хаоса». Здесь трудно что-либо разрушить, а тех, кто пытается, обычно настигает какой-нибудь несчастный случай.
— Но если это место так хорошо себя защищает, зачем же те ребята, которые патрулируют территорию? — удивился я.
— Так это не для защиты места, а для защиты тех, кто может захотеть ему навредить, пусть даже и без особого умысла, — искренне удивился моим словам Юлий, — вы всё поняли наоборот! Да и ребятам нужно было придумать какое-нибудь дело, а то они тут бандитизмом промышляли… ну ты же знаешь!
— Да? — удивился я.
— Ах да! Ты же не помнишь! Всё время вылетает из головы, — улыбнулся Юлий.
— И они тебя слушаются? — удивилась Инко.
— Дело в том, что с ними получилась очень интересная история. Это не я их поставил в такие условия, а они сами себя. Просто, когда они пытаются сделать что-то плохое мне или дворцу, как я и говорил, тут же следует возмездие. Только им стоит хоть чуточку испортить себе карму, как тут же прилетает наказание. Они не один раз пробовали, но каждый раз всё заканчивалось одинаково. Хорошо ещё, что на очень серьёзные действия не пошли, поджог дворца или что-то в этом духе, а том бы их просто раскатало катком этого самого возмездия.
— История очень увлекательная, но очень сомнительная, — сказала Инко.
— Можешь проверить, — пожал плечами Юлий, — например, попробуй разбить стекло… хотя нет, стой, за стекло тебе может очень сильно прилететь… сделай что-нибудь менее радикальное.
Инко усмехнулась и смачно плюнула на пол. Для плевка она слегка наклонилась вперёд, на скользком паркетном полу одна нога у неё вдруг поехала назад, она быстро перенесла на неё центр тяжести, чтобы поймать равновесие, но тут же вперёд уехала другая нога и, не устояв, Инко шлёпнулась на задницу.
— Мгновенная карма! — рассмеялся Юлий, — круто, да?
— Это просто совпадение! — сердито сказала Инко вставая.
— Можешь попробовать ещё раз, но предупреждаю, что за один и тот же проступок наказание каждый раз увеличивается, имей в виду. Проценты капают! — и Юлий снова рассмеялся.
Инко больше плевать не стала.
— А может, ты сам это делаешь, а не какие-то сверхъестественные силы? — сказал я.
— Во что именно верить, решать только вам, — сказал Юлий, — сюда не так уж часто кто-то заглядывает, и в большинстве случаев такого доброжелательного разговора, как у нас с вами, не получается. Мало в мире осталось приличных людей, мало!
— А может быть, они просто не лезут на чужую территорию? — пожала плечами Инко.
— А может, и так! — легко согласился Юлий, — в любом случае меня своим вниманием нормальные люди редко балуют. Тем более ценен для меня ваш визит!
— Для тебя наш визит ценен, а для нас? — спросила Инко.
— Это от вас же самих и зависит, Амина, — сказал Юлий.
Я не сразу понял что случилось, но вдруг в затылке что-то очень сильно кольнуло. Так обычно бывало, когда я целенаправленно пытался что-то вспомнить. И только когда боль утихла, я осознал, что Юлий назвал Инко другим именем. И, скорее всего, мой укол боли был реакцией на него.
Возможно, я вскрикнул, потому что оказалось, что и Юлий и Инко смотрят на меня.
— Амина? — сказал я, глядя в глаза Инко.
— Ты меня вспомнил, или просто повторяешь, что услышал? — спросила она.
— Повторяю, наверное, — не очень уверенно признался я.
— Вообще, мне кажется, твоя тактика ошибочна, — сказал Юлий, обращаясь к Инко-Амине, — почему бы ему не рассказать всё сразу? Впрочем, это не моё дело, в чужие решения я не вмешиваюсь.
— Я тоже не понимаю, зачем напускать этот туман, — сказал я.
— Возможно затем, что, узнав всё о себе, ты захочешь сейчас быть в другом месте, а она хочет удержать тебя возле себя, хотя бы на некоторое время? — хитро прищурившись, сказал Юлий.
И говорил он вроде бы мне, но смотрел в это время на Амину.
— Зачем? — задал я резонный вопрос, тоже посмотрев на Амину.
Амина не стала отпираться от выводов Юлия и сказала с вызовом, глядя на Юлия:
— А может быть, я влюбилась в него? Имею я на это право, как женщина?
— Серьёзно? — сказал я, но мой вопрос был проигнорирован.