Инициатор
Шрифт:
Алиса выпростала руки из-под простыни и огляделась. В комнате ничего не изменилось за время её глубокого сна, лишь отец Владимир покинул её. Даниил же спал в своём углу, скорчившись в бесформенный комок под ветхим лоскутным одеялом, спасающим от неожиданных бликов.
Мягким перекатом поднявшись со спальника, Алиса бесшумно пробралась на кухню и припала губами к крану, включив медленную струйку. Лишь когда жажда была утолена и тело, казавшееся высохшим кленовым листом, снова налилось силой, она оторвалась от воды и облегчённо вздохнула.
Вернувшись в комнату, Алиса немедля села за ноутбук.
Просмотр истории показал, что Даниил осваивал компьютер медленно и неуверенно, делая шаги вслепую, а подчас и попросту наудачу. Алиса задумчиво посмотрела в угол, где тихо лежал Данила, на чёрно-белый пушок отрастающих волос. Получилось, что негаданный товарищ с компьютером в прежней жизни знаком не был, или навык не укоренился прочно в его сознании.
Маленький зелёный знак радостно расцветал напротив имени «Гроссмейстер» - Влад был в сети.
– «Аля!»
– «Привет, Влад!»
Она наставила кучу смайлов и сама не смогла сдержать улыбки. Что-то в этом мире оставалось привычным, неизменным и радующимся ей такой, какая она есть… Или нет?
– «Где ты пропадала?»
Улыбка ещё дрожала на лице, но радость в сердце уже погасла – лишь стоило вспомнить.
– «Далеко… Дальше, чем хотелось бы…»
Влад не стал бить эту пешку-ответ, сразу выдвигая фигуры на силовые линии игровой доски разговора:
– «Так. Проблема есть. Чем я могу помочь?»
Алиса грустно усмехнулась и, не отрывая рук от клавиатуры, стёрла улыбку о плечо.
– «Разве я говорила, что есть проблемы?»
– «Слабый ответ! Этого коня я съем – говорила в прошлый разговор»
– «Отправишь читать историю?»
– «Нет. Жду твоего ферзя»
– «Ты несносен!»
– «Пешка»
– «Мои проблемы – это моя собственность!»
– «Хм… Ладья. Бью.»
Алиса посмотрела на пальцы, нависающие над клавиатурой – на белых ногтевых пластинках явственно проступили тёмные жилки начинающегося преобразования. Одёрнулась, почти со страхом оглядывая руки – никогда не происходило так, чтобы бесконтрольно, незаметно для сознания да так быстро тело отвечало на эмоции и изменялось. Беззвучно зарычав сквозь зубы, она встряхнула кистями – ногти стали обычными, контроль восстановлен.
Она взглянула ещё раз на экран и решительно набрала:
– «Да, проблемы есть. Но решить мне их ты не поможешь»
– «Рассказывай», - просто отозвался Влад.
Ещё раз оглянувшись на спящего Даниила, потом на окно, в котором солнце сидело гвоздём в зените, она повернулась к клавиатуре и, помедлив секунду, начала печатать:
– «Меня обучали в единоцерковном детском доме. Полагалось, что оттуда я выйду учителем духовности для начальных казённых школ, но на самом деле получилось иначе… »
Она печатала и сама поражалась тому, как легко падали на белое поле монитора слова, как свободно текли фразы, и история её жизни уходила к незнакомому человеку стройным
Только об одном она не сказала – о том, что уже не человек…
Когда закончила и закрыла глаза, безвольно опуская руки, думала, что ответа придётся ждать долго, но Влад отозвался почти мгновенно:
– «Ммм… Оперативник? Понятно. Значит в церкви чудесами и искуплениями целый отдел заведует… Что ж – рациональный ход»
– «Я не знаю про чудеса. Мы выполняли только свою работу – людей, нарушающих общечеловеческую мораль, ловили и…, - она запнулась, но тут же набрала дальше: - превращали в дикарей – бомжей полуживотного сознания и состояния»
– «Дурнопахнущая работёнка. А, если вы занимались этим, то другие отделы могли отвечать за такие «чудеса», как это непорочное зачатие от просмотра фильмов о Христе!»
– «Что тебе не нравится?»
– «Эх, Аля… Всё мне не нравится. Всё! И то, что кто-то взял на себя смелость отвечать за общечеловеческую мораль, деля людей на лояльных и нелояльных и по этому признаку проводить зачистки. И то, наконец, что образованность с приходом «Единой Церкви» в нашей стране упала настолько, что люди забыли, что дети появляются исключительно от слияния мужчины и женщины, а не от просмотра мультиков! Но одни забыли об этом, а другие предпочитают молчать – вот в чём беда… »
– «Ну, да, обычно, чтобы появился ребёнок, людям надо заниматься всякими грязными делами. Но у Марии же было непорочное зачатие. Почему бы и этой женщине не зачать непорочно?»
– «Мм… Аля, во-первых, люди, чтобы зачать ребёнка, занимаются не «грязными делами», а самым важным из всего, что люди делают, потому что это – вершина любви, доступной людям. Возможность проявить любовь ко всему живому через рождение живого»
Алиса грустно усмехнулась. Да, она понимала, что рождение дитя важно, но для неё этот путь был закрыт.
«Гроссмейстер» продолжал:
– «Теперь про Марию. Ты помнишь о том, что её выбрали не за то, что девственница, а за то, что она была воплощением праведности среди молодых жён?»
Алиса покусала губу, уже осознав, к чему клонит старый друг:
– «Помню»
– «Ты уверена, что женщина, пришедшая на просмотр кино, такая же святая?»
– «Нет»
– «Я тоже. И давай рассуждать логически. Мария известна непорочным зачатием не потому, что не занималась «грязными делами» - женатая женщина наверняка занималась!
– а потому, что зачала, не потеряв девственности. Как же, в образе чего или кого, сходило Нечто, чтобы зачать сына божьего – неведомо никому, кто писал Библию. Понимаешь?»