Инферно
Шрифт:
За считанные секунды всё наше будущее, которое могло бы быть, промелькнуло перед глазами. Вот он стоит у алтаря и ждёт, когда я подойду в белом платье. А вот мы вдвоём склонились над детской кроваткой, он обнимает меня одной рукой, и мы вдвоём с любовью смотрим на нашего первенца. Бесчисленные ночи в его объятьях. Нескончаемый смех. Два кресла-качалки на крыльце, в которых мы сидим и держимся за руки, глядя друг на друга с той же любовью, какая была в день нашего первого поцелуя.
Горло сдавила
«У него всё это ещё будет», — напомнила я себе. — «Просто не со мной».
— Какую? — спросил он, потому что я просто стояла перед ним с расфокусированным взглядом и слегка приоткрытыми губами. — Ты скажешь мне или нет? Эта напряжённая пауза меня убивает.
Я чувствовала, как пот стекает по моей спине.
Я правда готова на это пойти?
Тревога завязывала мои внутренности в узел, переворачивая всё с ног на голову в попытке найти выход. Внезапно к горлу подступила тошнота, но я быстро её заглотила.
Я сделаю это. Это нельзя отменить. Нельзя перенести.
Сейчас или никогда.
— Ты был прав, — пробормотала я, ненавидя себя за этот слабый, неуверенный голос. — Мне здесь не место.
— Прости, Дочь, не могла бы ты повторить? Боюсь, я не расслышал.
Злорадствует, ублюдок.
Я прочистила горло и попыталась снова, на этот раз приподняв подбородок и плечи.
— У меня было время обдумать твои слова, твоё предложение…
— А вот это уже чертовски интересно.
— И решила его принять, — во рту пересохло, я не понимала, как мне вообще удаётся произнести хоть слово. — Я отправлюсь с тобой в ад и займу место рядом с тобой. Без лишних вопросов.
Его глаза вспыхнули, но в следующее мгновение сузились.
— В обмен на что?
— В обмен на Тейлор и Трейса.
— Ааа, — протянул он, кивая, как если бы ожидал такой ответ.
— Разве не этого ты хотел?
Честно говоря, я не до конца понимала, зачем вообще ему всё это, зачем ему я. Меня всю трясло от возможных вариантов, поэтому я старалась не думать об этом.
— Да, Дочь. Именно этого я и хочу, — он сделал шаг ко мне и коснулся моего подбородка, чтобы приподнять. — Это всё, чего я хочу.
Мои глаза широко распахнулись от понимания, что он пришёл именно за мной.
Но почему? Что он хочет со мной сделать? Какие именно у его планы на меня? Мне так сильно хотелось задать эти вопросы, но я не знала, смогу ли вынести ответы.
Легче видеть свет в конце туннеля, когда ты уже стоишь во тьме.
— Так мы договорились? — спросила я.
Он поджал губы.
— Если это какая-то уловка…
— Никаких уловок, — резко перебила я. Мой голос звучал умоляюще, искренне. — Можешь убедиться в этом сам.
Он всё ещё держал моё
Сияющие голубые глаза Трейса исчезли, стоило густым ресницам опуститься, и через секунду я уже была в своём сознании не одна. Я чувствовала, как некто внутри роется в моих тайнах, моих планах, срывает все покровы с моей жизни. И я сама дала дьяволу карт-бланш на это.
Довольный тем, что увидел (или скорее, чего не увидел), он медленно открыл глаза и отпустил мой подбородок. Каждая клеточка моего тела онемела, потеряв связь с внешним миром, но, как ни странно, мне так даже лучше.
— Ты дашь мне клятву на крови, — сказал он. И это тоже был не вопрос. Требование. Обязательная часть плана по уничтожению меня.
— Хорошо.
— Кровную Клятву так просто не дают, Дочь, — он отстранился, расстроенный легкомысленностью моего ответа. — Её приносят добровольно, осознанно, зная, что её невозможно нарушить.
— Хорошо, — повторила я уже твёрже.
Он впился в меня взглядом, и я готова поклясться, что в них промелькнуло предвкушение.
— Не просто до конца твоей жизни. Навсегда.
Его слова эхом пронеслись в моей голове, словно захлопнулась крышка гроба в пустом склепе. Не пойму, он пытается отговорить меня от сделки или хочет проверить, насколько далеко я готова зайти?
— Я сказала, что согласна. Чего бы мне это ни стоило.
Довольная улыбка заиграла на его лице при этих словах, его глаза потемнели, теперь они были цвета Марианской впадины.
— И ты отдашь мне Меч Ангелус.
Дыхание застряло в горле. Эм, нет. Чёрта с два.
— Это не входило в сделку…
— Теперь входит, — он посмотрел на меня, его глаза предвещали бурю. — Я знаю, что он у тебя, Дочь. Я чувствую его силу, исходящую от тебя.
— Я не собираюсь использовать его против тебя, — прошептала я, пытаясь попятиться от тьмы, от назревающей бури, но она словно бы догоняла меня.
— Знаю, — спокойно сказал он, почти весело. — Тебе не хватит духу.
Моя спина напряглась от такого выпада. Люцифер хмыкнул.
— Не строй такой оскорблённый вид, Дочь. Не просто так мои консорты выбрали в качестве сосуда твою родственную душу.
Мою родственную душу… Трейс — моя родственная душа.
Мои мысль вернулись к той ночи, когда мы танцевали на вечеринке Калеба. Он спросил меня, верю ли я в родственные души. Неужели он знал это с самого начала? Я отогнала эту мысль, не позволяя ей пошатнуть мою решимость, и воспоминание улетучилось, как таракан, бегущий от света.
— Я не отдам тебе меч, — я скрестила руки на груди.
— Тогда никакой сделки.
— Он не мой, не мне им распоряжаться, — я пыталась уцепиться за соломинку.