Инферно. Ад предателей
Шрифт:
«А я уже хочу бежать без оглядки», – подумала она.
Видимо, почерк и этой мысли Александр тоже разобрал и продемонстрировал это всем своим довольным видом.
Внешне адмирал, глупо спорить, был мужественен и дьявольски привлекателен. Одни только глаза, как два отполированных изумруда, так и манили к себе взгляд – хочешь или нет, а всё равно залюбуешься сиянием из самих их глубин. Изысканный белый мундир покрывал гордо расправленные широкие плечи и подчёркивал мускулатуру, на которую так падки многие женщины.
В свои
– Я никуда не тороплюсь, – сказала она и пошла дальше по лабиринту. Вечный не отставал.
– Чудесно, что у нас есть время узнать друг друга поближе.
– Да. Очень рада.
– Я приму к сведению и постараюсь чаще радовать вас.
– Вы очень любезны.
– В самом деле?
С огромным трудом Вера сумела взять себя в руки.
– Я уже боюсь вам что-либо говорить, Александр, – честно призналась она, и вечный восторжествовал.
– Наконец-то я вижу в вас искренность! Полно вам, Вера Владимировна. Я уверен, что мы с вами станем очень близкими друзьями, возможно даже, чем-то большим, когда…
Он ухмыльнулся и жадно ощупал взглядом её тонкую фигуру. Вера теряла терпение.
– Когда что?
Адмирал приподнял пальцем её подбородок и заявил:
– Когда ты только намекнёшь мне, что готова стать моей.
Он смотрел на неё, как голодный зверь на добычу, чья пульсирующая жила возбуждала аппетит и готовила к прыжку, чья тёплая кровь уже чувствовалась на губах.
Но самое страшное было то, что разум её словно бы отключился. То, что неслыханная дерзость совсем не вызвала у неё негативной реакции. С трудом вспомнив о приличиях, Вера заставила себя убрать от лица адмиральскую руку, но, едва прикоснувшись к ней, замерла. Тело отказалось слушаться.
Александр улыбнулся, легонько обхватил её ладонь и поднёс к губам, не отпуская зрительного контакта.
Вера беспомощно пробормотала:
– Разве мы… с вами не родственники?
– Упаси Свет Несущий! – великодушно осклабился Александр и крепче сжал её руку. – «Кровное родство», как говорится у смертных, связывает вечного только с его прямыми потомками. Духовная связь, как у меня с императором, представляет совсем иное. Так что нас с вами, Вера, может ждать весьма интересное будущее. Которое я с большим нетерпением жду.
– Вам придётся очень долго этого ждать, – промолвила Вера и поразилась неискренности своих слов.
– Вечность длинная. – Его дыхание согрело её ладонь, губы обхватили пальцы лёгким поцелуем, и по всему телу Веры прокатилась новая волна мурашек. – Но нам столько времени не понадобится.
– Ну знаете ли.
Она заставила себя отдёрнуть руку и устремилась в лабиринт, не разбирая дороги. Лицо полыхало огнём, сердце щекотало грудь трепещущими крыльями, рвалось и рвалось куда-то.
– Там тупик, Вера Владимировна, – снисходительно бросил ей вслед адмирал.
Пришлось принять его помощь, чтобы не заплутать в витиеватых коридорах лабиринта. Весь этот бесконечный путь она знала, что он не спускает с неё своих голодных глаз… И, проклиная себя, наслаждалась этим!..
* * *
Вера долго сидела во мраке, с закрытыми глазами слушая сварливые раскаты грома.
– Когда он взял мою руку… Мне до сих пор стыдно перед самой собой. Новый этап взросления, или намеренно он как-то возбудил во мне это низменное чувство… Я почти была готова броситься в его объятия, там же, в дворцовом саду. Я… я была готова… О, как же это дурно и низко! Я с позором убежала и боялась следующей встречи. Только то и спасало, что со своими дальними плаваниями он редко появлялся в городе, но когда это всё же случалось… Стоило мне оказаться одной, он тут как тут. То ли случайно мы встречались в коридорах или садах, то ли он подкарауливал меня.
Тусклый лучик выглянул из-за небесной черноты. Вера вздохнула.
– Он начал дарить мне такие подарки, от которых просто кружилась голова. Украшения с бриллиантами и драгоценными камнями, золото всегда белое – он говорил, желтизна мне не идёт. Только холодные тона. Год назад он подарил мне замечательного коня, в тот день, когда попросил моей руки. – Улыбка растеклась по лицу. – Скорее, уточнил, стоит ли понимать мой ответ на поцелуй как готовность к решающему шагу.
Слукавив, лучик юркнул под чёрное одеяло и по городу раскатился зловещий гром. С минуту Вера молчала, пока улыбка тускнела вместе с ночью.
– Затем он снова начал пропадать в дальних плаваниях. Когда мне стало без него одиноко, я обнаружила во дворце библиотеку и открыла для себя творчество драматурга Данталиона. Ярослав ко мне привык и уже почти не задирался. Отец был удовлетворён моими успехами в развитии способностей. Если я расстраивалась из-за его равнодушия или тосковала по Александру, меня всегда поддерживала Сагрит.
Вера улыбнулась.
– Я мечтала, что у нас с Александром будет такой же крепкий союз, как у неё с Заганом… Когда мы поженимся.
И снова улыбка растворилась в ночной темноте. Вспомнив совсем другого мужчину, Вера тяжело вздохнула и запустила пальцы в волосы.
* * *
…Зал заседаний освещало множество свечей. Зима и весна сошлись в февральском поединке, и за окнами выла метель. Почти пять лет прошло с момента первой встречи Веры и Владимира, и вот, они сидят друг против друга за круглым столом с изображённой на нём серебристой звездой в круге. Сегодняшний разговор предвещал нечто важное, судьбоносное, и должен был пролить свет на многие мрачные закоулки.