Инфекция
Шрифт:
— Хочется верить, что стрелял Максим, — вид у Егора стал настороженным, ружье, повешенное было на плечо, снова было у него в руках; он сжимал его так, что костяшки пальцев побелели.
— А если нет?
— Тогда участь наша незавидна, — он отошел к машине и уселся прямо на землю, спиной прислонившись к борту. — Может тебе стоит вернуться в машину?
— Думаешь, в случае чего мы успеем уехать? — она однако вернулась к автомобилю, но села не в салон, а на землю рядом с Егором.
Несколько минут он смотрел куда-то в пустоту, словно не замечая ее рядом с собой, а затем вдруг повернулся
— Слушай, я хотел поговорить…
— Может, не сейчас? — ее голос до сих пор был хриплым от слез. — Давай дождемся возвращения Максима с Катей…
— Тебе, конечно, виднее… Да и момент сейчас не самый подходящий. Только мы слишком редко, практически никогда в последнее время не остаемся наедине, а говорить о таких вещах в присутствии еще кого-то я не могу…
— Егор… — было видно, что она старательно подбирает слова, — ты хороший парень, но…
— … но у тебя теперь есть Максим. Да брось, — он отмахнулся с легкой усмешкой, видя как ее глаза, еще красные от выплаканных слез, расширились в немом удивлении, — ты только на него и смотришь. Думаешь, этого никто не видит, но это не так. К тому же ты надеешься, что стрелял все-таки он, и что он вернется в скором времени…
— Егор, я…
— Дай мне закончить, пожалуйста. Мне было очень хорошо с тобой той ночью. Теперь кажется, что это было в прошлой жизни, — он помолчал, как будто отвлекся на какие-то свои мысли. — В-общем, тебе не стоит себя за что-то винить. Все идет так, как идет… Я вижу и то, как Макс на тебя смотрит. Иногда, когда ты этого не замечаешь, он просто глаз с тебя не сводит. Я просто хотел, чтобы ты знала, что я не буду вам мешать, если вы все-таки решитесь… быть вместе. Прости, что я сейчас тебе об этом говорю, но, боюсь, другого шанса у меня не будет… Если он сейчас вернется, я спокойно отойду в сторону.
Ольга смотрела на своего спутника во все глаза, на секунду отвлекшись от всего остального. Егор ее в который раз удивлял, демонстрируя, одно за другим, те качества, которых ей так не хватало в мужчинах, что ей встречались в жизни. Она на секунду даже забыла, что сидит на коленях на земле рядом с мертвым телом их самой юной спутницы.
Когда-то, казалось, что это было очень давно, Егор показал себя очень нежным и обходительным любовником именно в тот момент, когда это ей было необходимо. Она без раздумий и без последующих сожалений провела с ним ночь, хотя он был на пять лет младше. Рядом с ней еще до встречи с Егором был Артем. Он был почти ее ровесником, но к нему Ольгу не тянуло. Он был ярким примером прочих мужчин из ее прошлой жизни: собственником и человеком, который слышит только себя. Таким был и ее муж, с которым она прожила три месяца. А вот Егор был нежным и той ночью во всем старался следовать за ее решениями. Это могло быть вызвано неопытностью, а могло и обходительностью.
В дальнейшем он проявил себя достаточно смелым, чтобы пойти одному ночью в незнакомом городе искать больницу, потому что Артем был ранен. Будучи младшим в их маленькой группе (не считая, разумеется, ребенка) он без колебаний взял на себя главенство, не боясь ответственности за свои решения.
И, наконец, теперь Егор говорил то, что, как Ольга себе представляла раньше,
От размышлений ее оторвал Макс, внезапно появившийся из-за деревьев. Егор как раз отошел за дерево — естественных человеческих нужд никто не отменял — поэтому поздно заметил его. В руках Максим нес Катю. Ольга надеялась, что девушка жива, до самого последнего момента, до того мгновения, когда мужчина положил тело девушки рядом с телом ребенка. Постояв некоторое время над ними, он отошел к машине, достал из бардачка патроны и заново зарядил оружие. Затем, будто опомнившись от своих мыслей, посмотрел на своих спутников, прижавшихся спинами к крылу «десятки».
— Это был Гарик. Сука! — он выкрикнул это, подняв лицо к небу. — Надо было его пристрелить еще при первой встрече. Может быть, ничего этого не случилось бы…
— Катю убили?
— Эта мразь выстрелила ей в спину, когда она пыталась убежать. Мне не хватило всего мгновения, чтобы ее спасти. Всего мгновения, чтобы прийти чуть раньше… — он так громко скрипнул зубами, что Ольга непроизвольно зажмурилась. — Я убил их всех. Но я так же убил и Катю. Своим промедлением, тем, что опоздал…
— А вот так говорить не смей! — Ольга встала на ноги и подошла к нему, уперев руки в бока. — Хватит за всех отвечать. Давайте лучше похороним девчонок… А то через пару часов темнеть начнет…
Катю с Дашей похоронили прямо на границе леса. Пока Егор с Максимом копали яму, Ольга пробежалась и набрала громадный букет полевых цветов. Обеих девчат по злой иронии спустили в могилу, которая должна была стать для них общей, на той самой веревке, на которой повесили Дашу. Закопав яму и вернув лопатку в багажник, Максим еще долго стоял над могилой, пока Егор не смастерил из двух палок крест и не поместил его на холмике. Теперь их осталось только трое.
— Им суждено теперь лежать здесь в забвении… — судя по голосу, Макс был на грани слез.
— Нет, не в забвении, — Ольга подошла к нему сзади и осторожно положила руку на плечо. — Мы помним о них. И мы знаем, где они похоронены. Если нам будет суждено возвращаться той же дорогой, мы обязательно придем сюда.
— Возвращаться? — он обернулся к девушке и устало взглянул ей в глаза. — Думаешь, нам придется возвращаться?
— Не знаю, это все, что я могу сказать…
— Оглянись назад, — Максим простер руку в направлении, откуда они пришли, — там ничего не осталось. Только смерть и запустение.
— Ну, может…
— Не может. Нет там позади больше ничего, к чему стоило бы вернуться. И никого, кто мог бы ждать нашего возвращения. Нам теперь остается идти вперед, хотя я и в этом уже смысла не вижу… Нас осталось только трое…
— Двое, — Егор подошел и вмешался в разговор. — Я ухожу.
— Что? — Ольга резко обернулась к нему. — Но почему?
— Я шел, потому что на моей ответственности был маленький ребенок, девочка, которая, как и я, выжила, единственная из всей нашей деревни. Теперь ее больше нет, и мне не за кого больше отвечать…