Инфекция
Шрифт:
— Ну и ладно, прогуляемся…
— Тихо. Пришли, вроде…
— Ты его видишь?
Оба мужчины замерли практически в двух шагах от лежавшего на асфальте Максима. На его счастье темнота сегодня быстро сменила сумерки, и уже в двух шагах практически ничего было не видать. К тому же оба человека стояли к нему вполоборота и разговаривали о своем, видимо, предвкушая возвращение в лагерь, где ждала их пленница.
Именно на этих радостных мыслях и поймал их Макс. Серый уже поворачивался в его сторону. Он непременно должен был его увидеть не более чем через несколько секунд. Не дожидаясь зрительного контакта, Макс выпустил очередь из автомата, и один из его противников схватился за живот — безжалостная пуля калибра 5,45 вспорола мужчине живот. Второй уже вскидывал автомат,
— Вот это вам за то, что засады устраиваете на мирных граждан, — Макс сплюнул на землю. — Не все могут вам позволить себя ограбить. Впрочем, вам это должно быть все равно. У вас таких случаев больше не представится. Прощайте.
Он отвернулся от двух лежавших на асфальте тел. Он должен был нагнать ушедших вперед приятелей тех двоих. Хорошо бы сделать это было еще этой ночью. А то пришлось бы ждать следующей. Но пленная девушка не шла у Макса из головы. Он хотел уберечь ее от вреда со стороны бандитов, спасти хоть одну человеческую жизнь, если до сих пор сделать такового ему не удавалось. Яркий лунный диск светил прямо на дорогу, освещая ее, придавая обыкновенному асфальту некоторые очертания загадочности. Ночь, как всегда, бесшумно опустилась на землю. Красивое звездное небо алмазным ковром раскинулось над головой у Максима, но у него просто не было времени обращать внимание на природное великолепие. Он шел вперед по дороге, надеясь, что еще ночью сможет настичь бандитов. Макс не представлял, сколько их, не знал, куда они могли отправиться, но продолжал верить, что обязательно их догонит.
Удача улыбнулась ему, как всегда, абсолютно неожиданно. Он уже выбился из сил, его клонило в сон, Макс шатающейся походкой преодолел еще один поворот и тут же упал как подкошенный. Сразу за поворотом был разбит лагерь, у костра сидел часовой, периодически встававший на ноги и делавший обход по лагерю. Максу просто безумно повезло, что часовой смотрел в другую сторону и поэтому не заметил его, хотя на ярко освещенной луной дороге, силуэт Максима отчетливо выделялся.
Осторожно, ползком, Макс преодолел расстояние до костра, когда охранник часовой отошел чуть в сторону, по звукам, доносившимся с той стороны, Максим понял зачем. Теперь самым главным был элемент неожиданности. Когда часовой вернулся, оказалось, что он был просто мертвецки пьян. Оставалось только удивляться, почему он до сих пор не свалился с ног.
В этом Макс ему оказал содействие. Резко подскочив на ноги и успев заметить на лице мужчины крайнюю степень удивления, он ударом ноги отправил того в нокаут, а затем осмотрелся. Лагерь тонул в тишине, лишь из одной из палаток доносился храп — там, судя по храпу, находились двое.
Максим подбежал к микроавтобусу и обежал его вокруг. Как он и ожидал, девушка была привязана веревкой к бамперу и была то ли в отключке, то ли просто спала. Он похлопал ее по щекам, но ему не удалось привести ее в чувство. Макс опрокинул девушку на спину и пальцами поднял ей веки, обнаружив, что ее глаза закатились — похоже, девушка была в наркотическом трансе. Сжав кулаки от злости так, что костяшки побелели, он отвязал девушку от машины и легко поднял на руки — весила она, наверное, не больше двадцати килограмм. Этим вечером ее похитители не удосужились доехать до реки, поэтому собственно девушка едва угадывалась под толстым слоем грязи и дорожной пыли. Может, именно это помогло ей избежать массового надругательства. Бандиты отложили планировавшуюся экзекуцию на следующий день.
Максим связал часового обрывком веревки и оставил его возле костра. Ему повезло застать всю компанию уже под утро, поэтому смены караульного не планировалось, иначе тревога могла бы быть поднята еще ночью. Впрочем, крики и ругательства разбудили его
Паника постепенно улеглась в лагере. Старший, это было видно по тому, как он раздавал команды и затрещины своим спутникам, приказал собираться. Они уже очевидно не чаяли увидеть живыми ни тех, кого оставили в засаде на дороге, ни того парня, который дежурил последним прошлой ночью. Теперь их оставалось всего лишь четверо. Макс видел, как они разломали салон «Транзита», выкинув оттуда все сиденья, и загрузили туда квадроцикл. Затем еще двое взгромоздились на оставшиеся мотоциклы, а двое — в кабину «Форда», и вся изрядно поредевшая компания отправилась в дальнейший путь. За одну ночь они потеряли троих приятелей и одну пленницу — было, отчего прийти в расстройство. Они даже оставили один из мотоциклов, принадлежавший, видимо, к кому-то из тех двоих парней из засады, которых Макс навсегда оставил на обочине. Бандиты словно забыли, что их неизвестный противник сможет им воспользоваться.
Максим сначала привел в чувство девушку. Он нещадно хлестал ее по щекам, добиваясь, чтобы она открыла глаза. Наконец, ресницы девушки задрожали, она открыла глаза и испуганно огляделась вокруг, очевидно не понимая, где находится.
— Привет, — Макс устало откинулся спиной на ствол ближайшего дерева.
— П-п-привет, — язык освобожденной им пленницы еще заплетался. — Где я? Что произошло?
Максим внимательно осмотрел девушку. Сильных увечий заметно не было, лишь множественные ушибы и ссадины — следы ее пребывания в плену. Ну и конечно толстый слой засохшей грязи, из-за чего невозможным представлялось даже определить с максимальной точностью возраст освобожденной и ее национальность.
— Ты в Краснодарском крае, неподалеку от Славянска-на-Кубани. Помнишь, что произошло?
— Н-н-нет, ничего не помню. Все как в тумане. Помню, как две недели безвылазно сидела дома, боялась выглянуть наружу, потому что отовсюду доносилась стрельба. Помню, как мне было страшно одной по ночам оставаться, потому что все эти две недели не было электричества — оно еще раньше отключилось, еще когда мы с одним парнем… ну, в-общем, жили вместе…
— Как так получилось, что вы вдвоем уцелели? — Максима живо заинтересовал этот вопрос, так как он был уверен, что в лучшем случае из семьи выживал только один человек. Но его ждало разочарование — чуда не произошло.
— Мы с ним во время эпидемии познакомились. Он меня окликнул, когда я бесцельно бродила по улице. За два дня до того у меня умерли родители, и дальнейшую жизнь я себе представляла слабо… А он… С ним было спокойно и надежно… Как за каменной стеной…
— Ясно, дальше можешь не рассказывать. А что случилось потом? Как ты оказалась снова одна?
— Его убили. Застрелили те самые люди, которые схватили позднее меня. Те мужики, от которых ты меня освободил. Кстати, почему ты их не убил?
— Хватит уже убийств. И так людей в мире почти не осталось, не стоит еще уменьшать их количество.
— Но так они именно этим и занимаются!
— Я не могу их осуждать…
— Как знаешь… И вообще, я хотела бы помыться… — девушка выразительно почесала руку. — Зудит аж все.
— До реки не более пятнадцати километров. Дойдем туда — помоешься.
— Ну да, конечно… Без шампуня и мыла…
— Слушай, не возникай уже! — у Макса впервые мелькнула мысль, что девушка по своему характеру вовсе ему не нравится. — Если что-то не устраивает, можешь отправиться вдогонку за своими похитителями. С ними тебе будет значительно веселее…