Индотитания
Шрифт:
ЛЕНЬКА. Смотря, какого задавит. Если депутата или, скажем, Борю Момзика, то — вырубят одним махом. А если простого человека, то всем будет по-барабану.
ЖОРА. В этом поселке простые люди не живут.
ЛЕНЬКА. Ну, тогда Флавию скоро повезет.
КАЛИГУЛА. А если эта ветка упадет на меня?
ЛЕНЬКА. Тогда тебя снова соберут по досточкам, собьют гвоздями, прикрутят шурупами, и ты воскреснешь, аки птица Феникс. И пока ты будешь орать от боли, никто, к великому сожалению, не получит от этого удовольствия, потому что
КАЛИГУЛА. Насчет глупостей. Если б я был дураком, то никогда не стал бы императором. А если вы все не императоры, значит — круглые идиоты! Какова мысль, а? То-то. Я ведь учился греческой философии, и потому диалектика мне знакома…
ПРОФЕССОР. Императором может стать даже дурак. Скажем, по наследству. И если он так и останется дураком в дальнейшем, то долго императором не пробудет… Что же касается тебя, Калигула, то достаточно почитать воспоминания тех, кто разгребал плоды твоих деяний. Больше всего интересна судьба коня Инцитата, который — благодаря
тебе — первым из животных стал римским сенатором.
Чтобы конь собрал нужные средства для прохождения в сенат и соответствовал цензу, все лошади империи были обложены специальным налогом. Их владельцы начали платить ежегодную дань, и Инцитат превратился в одного из богатейших граждан Рима.
Когда императора отправили к богам, к которым он себя причислял, а, попросту говоря — прирезали, встал вопрос о коне-сенаторе. Вот тут-то веселье и началось!
Сначала хотели его просто отправить на бойню, но кто-то из умных людей произнес речь, которая сводилась к тому, что конь-то, оказывается, ни в чем не виноват. Сказано было, что Инцитат, в отличие от императора, никого не убил, не изнасиловал, не умучил, и — более того — не дал императору ни одного дурного совета! Так как разговаривать не умел, и экстрасенсом, соответственно, не был (хотя, кто его знает?). Поэтому коня пощадили. Но — нужно было куда-то его деть. Новый император Клавдий нашел выход.
Согласно законам того времени, до окончания срока полномочий никого из сената выгнать нельзя. Инцитату урезали жалованье, и он был выведен из состава сената, как не прошедший финансовый ценз. Вот так все и закончилось.
КАЛИГУЛА. Хороший друг был. Вспомнил я его.
ЖОРА. Ты этого коня в сенат по-трезвому приволок?
КАЛИГУЛА. Я же императором был. Когда ж тут трезветь?
ЖОРА. Все понятно.
ЛЕНЬКА. Профессор, а ты где пропадал?
ПРОФЕССОР. Нигде. Я все время здесь. Не отвечал на ваши запросы потому, что надо было кое-что сделать. Сейчас я свободен. Спрашивайте.
ЖОРА. Долго нам еще здесь париться?
ПРОФЕССОР. Нет.
ФЛАВИЙ. А мне?
ПРОФЕССОР. И тебе.
ЛЕНЬКА. Как скоро?
ПРОФЕССОР. В этом месяце.
ЛЕНЬКА. Что, понадобились наши услуги?
ПРОФЕССОР. Да.
ЖОРА. Я не стану больше этим заниматься.
ПРОФЕССОР. Ой ли?
ЖОРА. Да. Я так решил. И это не зависит от того, освобожусь я скоро, или буду торчать здесь еще сто лет.
ПРОФЕССОР.
ЖОРА. Что смешного?
ПРОФЕССОР. Ты смешон. Думаешь, от твоего решения что-нибудь зависит?
ЖОРА. Конечно. Человеку дана свобода воли. Он сам может выбирать, каким именно персонажем книги бытия ему стать.
ПРОФЕССОР. Надо же, каков пафос! А мысли-то, мысли…
ЖОРА. Посмотрим.
ПРОФЕССОР. И смотреть нечего. Человек становится таким, каким его сделает окружение. Научат тебя с пеленок не причинять вред живому, и будешь ты джайнистом. А научат в воробьев из воздушного ружья стрелять — станешь стрелять. Куда ты денешься! Да еще будешь считать, что благое дело исполняешь. Мол, воробьи у кур кукурузу крадут, а корм ведь денег стоит. А папаша тебя за это станет нахваливать… Всегда найдется тот, кто возьмет тебя за ухо, и приведет к нужному знаменателю.
ЛЕНЬКА. Хватит, надоело! Интересно, как там сейчас Контушёвский?
ФЛАВИЙ. Он, наверное, еще не родился.
ЛЕНЬКА. Это если он в человеческом теле. А если у кроликов, то успел уже несколько раз…
ЖОРА. Давайте не будем о нем. Как говорится: помянешь черта — он тут же объявится.
КАЛИГУЛА. А мне без него скучно. Он так восхитительно рассказывает! Чувственно…
ФЛАВИЙ. И поругаться не с кем.
ПРОФЕССОР. Поругайся со мной.
ФЛАВИЙ. С тобой не хочу. Чревато…
ГОЛОС. Ах-р-р-р! Ум-м-м! Жму-у-у! Блям-м-ц!
ЖОРА.
ФЛАВИЙ. Контушёвский?!
ЛЕНЬКА.
КОНТУШЁВСКИЙ. М-гм… Опять я здесь! Надо оглядеться. Так, дуб один. Березы целы…
Мыслемолчание
КОНТУШЁВСКИЙ. А-а-а-а-а-а-а-а!
ФЛАВИЙ. Что с тобой?
КОНТУШЁВСКИЙ. Профессор! Гнида! Это ты меня сюда вселил?
ПРОФЕССОР. Это просто совпадение. Ха-ха!
ЖОРА. Контушёвский, ты где?
КОНТУШЁВСКИЙ. Спроси у Профессора!
ЖОРА. Отключился. Профессор, где он?
ПРОФЕССОР. Сам расскажет.
ЖОРА. Ладно. Всем пока.
Мыслетишина
Следующее утро
КОНТУШЁВСКИЙ. Флавий, ты здесь?
ФЛАВИЙ. Да.
КОНТУШЁВСКИЙ. Что нового?
ФЛАВИЙ. Ничего.
КОНТУШЁВСКИЙ. Калигула себя вспомнил?
ФЛАВИЙ. Частично.
КОНТУШЁВСКИЙ. А бандиты так и участвуют в донорских процедурах?
ФЛАВИЙ. Нет. Сейчас не сезон.
КОНТУШЁВСКИЙ. Жаль.
ФЛАВИЙ. Где ты был так недолго?
КОНТУШЁВСКИЙ. Не скажу.
ФЛАВИЙ. Тебе понравилось?
КОНТУШЁВСКИЙ. Нет.
ФЛАВИЙ. А куда тебя сейчас вселили?
КОНТУШЁВСКИЙ. Куда надо, туда и вселили. Что за допрос, в конце концов?
ФЛАВИЙ. Тебе дятел не нужен?
КОНТУШЁВСКИЙ. Ты что, издеваешься?! Пошел ты туда, где я провел последние полгода!
ФЛАВИЙ. Обиделся и сбежал… А что я такого сказал?