Индейская страсть
Шрифт:
– Что?! В особняке? – воскликнул Калеб. – Так ты воспользовалась моим домом для встреч с этим пронырой?
– Я… мы… То есть, понимаешь, он хотел Келли, я хотела тебя, вот мы и встретились, чтобы придумать какой-нибудь способ разлучить вас. А потом это произошло, ну… просто так получилось. – Энжи сконфуженно пожала плечами, решив не признаваться, как долго в действительности длилась эта связь.
Она обернулась к Келли за поддержкой и повторила:
– Так получилось.
– Ты его любишь? – спросила
– Нет! Я ненавижу этого подонка! Пожалуйста, Калли, сделай так, чтобы он убрался отсюда. Я не желаю его видеть.
Не дожидаясь ответа, Энжела нырнула в дверь кондитерской Добсона.
Когда Ричард подошел к ним вплотную, Келли взяла мужа под руку.
– Прочь с дороги, Страйкер, – грубо рявкнул Эштон.
– Она не хочет с тобой разговаривать.
– Это тебя не касается.
– Вот тут ты не прав – меня это очень даже касается. Энжи мой друг, и я за нее отвечаю.
Откинув голову, Эштон пренебрежительно посмотрел на Калеба.
– В чем дело, метис? Тебе мало одной белой женщины?
Страйкер шагнул вперед, глаза его недобро сузились от гнева.
– За эти слова я могу и убить.
– Можешь попробовать позже. А сейчас – прочь с дороги. Мне нужно поговорить с миссис Бристол на личную тему.
– Она не хочет тебя видеть, – повторил Калеб, чеканя каждое слово.
– Если не возражаешь, я бы хотел услышать это лично от Энжелы.
Калеб упер руки в бока, чувствуя, как с каждой секундой нарастает ярость.
– Келли, зайди-ка в кондитерскую.
– Калеб, не надо!
– Делай, как сказано. Нам с Эштоном нужно уладить одно незаконченное дельце.
На губах Эштона заиграла кривая усмешка.
– К твоим услугам в любое время в любом месте.
– Здесь, – коротко бросил Калеб. – Сейчас. Келли взвизгнула, увидев, что Эштон замахнулся на Калеба. Но он промахнулся. Кулак Калеба вылетел вперед, как змея в броске. Раздался неприятный хруст, и из носа Эштона хлынула кровь. Ричард отпрянул назад, и Келли с облегчением решила, что драка закончена.
Но не тут-то было. Калеб бросился на Ричарда и снова ударил его кулаком в лицо. Мужчины упали на ступени, обмениваясь ударами, катаясь взад-вперед по улице. Мгновенно вокруг собралась толпа зевак.
Келли, беспомощно прижав руки к груди, наблюдала за дракой. У Калеба текла кровь изо рта, носа и рваной раны на щеке от огромного перстня с ониксом, который Эштон носил на правой руке.
Вот Калеб стукнул Ричарда в спину – раздался хруст, но тот извернулся и ударил Калеба в лицо. Келли только вскрикивала, бросая в толпу умоляющие взгляды в тщетной надежде, что что-нибудь остановит кровавую драку, но мужчины наблюдали за дерущимися с нескрываемым возбуждением, а женщины – с едва сдерживаемым восторгом. Шерифа видно не было.
Несмотря на то, что была в ужасе от происходящего,
Наконец Калеб с торжествующей ухмылкой занес кулак, но тут по лестнице кубарем скатилась Энжела и принялась колотить его по спине.
– Прекрати! – пронзительно заорала она. – Оставь его! Ты что, не видишь, что он выбился из сил?
– Уйди отсюда, Энжи! – сквозь зубы процедил Калеб.
– Оставь его в покое. Ну, пожалуйста!
– Нет! Черт возьми, он оскорбил Келли!
Набрав полную грудь воздуха, Калеб вытер лицо рукавом рубашки.
– Он грозил мне ружьем. Черт, возможно, это он совершил поджог. Того и гляди, поднимет стрельбу на ранчо.
Калеб стряхнул с плеча руку Энжелы.
– Отстань!
Ричард Эштон потряс головой, чтобы прийти в себя.
– Что ты там мелешь, идиот краснокожий? – задыхаясь, пробормотал он. – Я не имею никакого отношения к этому пожару.
– Не ври, паршивый пес!
Ричард слизнул капающую из носа кровь.
– Я не лгу, – проговорил он с достоинством, на которое мог рассчитывать при данных обстоятельствах. – Ты городишь полную чушь. Зачем бы мне понадобилось поджигать ранчо?
– Из мести, – коротко бросил Калеб. Ричард покачал головой и почти простонал:
– Я этого не делал.
Какое-то время мужчины напряженно вглядывались друг в друга, потом Калеб глубоко вздохнул, с силой выпустил сквозь зубы воздух и внезапно разжал кулак. Ворот рубашки Эштона освободился. Калеб отступил на шаг.
– Ладно, я тебе верю.
Эштон рухнул на колени. Энжела, рыдая, опустилась рядом с ним и приложила к его окровавленному рту изящный носовой платочек.
Калеб бросил мрачный взгляд на толпу, которая не собиралась расходиться, и сказал:
– Пойдем, Энжи.
– Я не могу его оставить.
– Что?
– Я ему нужна.
Обхватив Ричарда за талию, Энжела помогла ему подняться на ноги, не переставая квохтать над ним, как несушка над цыпленком. Эштон, с разбитыми, опухшими губами и сломанным носом, представлял собой великолепный объект для насмешек.
– Так ты идешь с ним?! – все еще не веря, спросил Калеб.
Энжи кивнула и счастливо улыбнулась, когда Ричард обнял ее за плечи.
– Мы собираемся пожениться, – сообщил Ричард, морщась от боли, когда дотронулся до груди.