In the Deep
Шрифт:
Выводы мне не нравились.
Во-первых, стелс — пофигу чей, но это стелс. Во-вторых, по конструкции совсем не понять, что у засранца за щиты. Кьеко колебалась с оценкой их мощности, такое впечатление, что они пульсировали, и это совсем скверно: такие в Империи только-только начали ставить на гончие корабли Черного трибунала.
«Это за мной».
Пропустить? Воспользоваться ситуацией и уничтожить?
Хм. Если я пробью его «линейкой», то смогу получить доступ к генераторам пульсирующего щита. Двойная выгода: одним преследователем
— Кьеко, интерфейс синхронизации. Экстренное накопление заряда — все на «линейку»!
— Принято, Аска.
Боль — но замешанная на азарте. Кто кого? Наглый преследователь, полагающийся на радары, или я? Что ж, будет тем приятнее получить приз. Тело вдруг уменьшилось, стало несущественным — и я ощутила корабль. Фрегат медленно разворачивался, цепляясь за слабое магнитное поле планетоида, осторожно, плавно — так подгребают в воде, когда не хотят пены и шума.
Я сложила руки перед собой и вытянула их — в ответ расцвела прицельная панель «линейки». Вокруг мерцали звезды, было невыносимо тихо, и я неспешно поводила руками, наводя единственное оружие, которое требует маневра всем корпусом. Там, за гранью этого дикого сверхчеловеческого «я» летят наносекунды, корабль подергивается на сотые доли миллиметра, а в прицельной рамке все ярче разгорается звездочка.
Моя.
— Вектор выхода из прыжка.
«Что?!» Звезда замерла в рамке, а потом и вышла из нее, и тут же полыхнули пилоны двигателей странного фрегата. Он убегал — и причем не от меня.
— Внимание! Обнаружена сканирующая сфера радиусом…
Это я видела уже и сама.
Прямо передо мной в полутора мегаметрах полыхнуло, и звезды исчезли за силуэтом вернувшегося из изнанки корабля. Мне не надо было приближать картинку или слушать Кьеко, чтобы понять, что это.
СД — это сверхдредноут, вершина развития мульти-класса.
Еще не затормозив инерцию выхода, новый звездолет дал залп своим главным калибром, и планетоид вдруг стал распухать, покрываясь змеистыми трещинами. Я еще тупила — «С одного выстрела? Сколько килограмм он высадил?!» — а тело уже выровняло корабль, тело бросило энергию на кормовые щиты, и «Нигоки» рывком ушла в сторону, избегая столкновения с огромными кусками железа.
— Цель опознана. Мульти-класс, тип — сверхдредноут…
«Спасибо, дурище!» — сцепив зубы, я лупила по несуществующим клавишам, мир вдруг стал таким насыщенным и таким опасным, космос наполнился, здесь стало слишком тесно, и…
— Идентификаторы соответствуют судну «Тень».
Я, кажется, дернулась и чуть не подпустила слишком близко глыбу железа.
«"Тень»?! Что здесь делает «Тень»?!» В уголке восприятия вертелась трехмерная проекция этого чудо-оружия Первого Гражданина, личный корабль Его Тени — и вот уж совсем не страшно умирать, потому что эта штука убивает быстро, убивает целыми планетами, а когда при ТН214 он сбил с орбиты газовый гигант… Короче, звезду ТН214 пришлось спешно убирать с
Уклониться. Нырнуть — и сразу в петлю: слишком быстр вот этот осколок того, что недавно было мирной грудой железа, с которой так красиво испарялся замерзший газ.
«И, это, Аска… Давай решим, что вопрос: «Какого черта?!»-пока что лишний, окей?»
Как хорошо, что я легко нахожу общий язык с собой.
И видала я вашу легкую смерть, господин Его Тень.
«Нигоки» шла уверенно, пока ни в один осколок я не врезалась, зато форсированный выхлоп двигателей не остался незамеченным, и в тишине — надо мной, подо мной, вокруг меня — заполыхали вспышки. Тут дело такое: или спринтер, или человек-невидимка.
Выноси, Красная!
Я шла трехмерным зигзагом, меняя скорость, скрипя зубами от боли, стряхивая прицельные метки. Мне бы продержаться еще минуту — и я прыгну, ну ни в жизнь не подойдут ко мне дроны раньше, чем за минуту, а больше и не надо. Мне бы только эти внезапные астероиды покинуть, а там и в изнанку можно. Там все можно.
— Вектор неопознанного фрегата на траектории!
«Вижу, дура!»
И не ответить — зубы как слиплись, а этот гончий перерезает мне дорогу, выводит прямо на длинную трассу выстрелов. Фрегат тоже вихляет, пытаясь не попасть под огонь своих, и я так хочу ему влепить от души, что аж колет в груди, но…
Вспышка. Щиты гончего на мгновение окрасились вишневым, потом еще раз и еще — сверхдредноут бил его бортовым калибром, тяжелыми лазерами, и я ничего уже не понимала, а потом мне в бок вогнали длинную зазубренную иглу — и мне стало не до фрегата и косых канониров «Тени».
— Прямое попадание в двигатель. Мощность…
У меня отнимались ноги. Я гребла, я билась между обломками, но все впустую, потому что скорость и маневренность упали ниже предсказуемых уровней.
«Как же так?»
Еще одна игла — в звенящее от боли бедро, а потом — как долотом — в висок.
Я лежала в ложе, рядом пенилась зарастающая стена, а по моему распятию текла разбрызганная рабочая жидкость. «Серверная… Кьеко!» Рубку оплавило чуть впереди от моего ложа, и теперь на месте кварцевых мозгов виртуального интеллекта дымила куча желе. Там набухали и застывали пузыри, там что-то пыхтело, там гасла невещественная жизнь, а я лежала, ушибленная выходом из заплыва, один на один на один с подбитым фрегатом, и могла думать только вот это:
«Как же так?»
— Хы-у-ып. Рекомен-дую покинуть корабль. Функциоунировва… Прекращено.
И все. Что-то хлюпнуло, корабль задрожал, и где-то в мозгах сверхновой звездой полыхнула ослепительная боль, ведь попадание не просто под ноль снесло щиты, оно не только нашло меня. Оно уничтожило сразу всю личность моего корабля.
И оно убивало меня.
Это как если дать человеку яркое сновидение, а потом убить его ударом молотка по голове. Вот те жалкие секунды, пока он будет, умирая, просыпаться — это и есть экстренная рассинхронизация при гибели корабля.