In the Deep
Шрифт:
А потом, покачнувшись, Рей выпала из своего размытого ритма боя и пошла к нам. Мой внутренний метроном соглашался: ее время и впрямь подходило к нулю. Я подняла тяжелый ствол и обстреляла залегшего за обломками БТР недобитка. Скафандр таял на Аянами, черный дым стягивался к запястьям и щиколоткам, все явственнее проглядывало белое тело.
Плюнув в сердцах («Ну что ж такое, чуть-чуть не хватило, а?»), я осмотрелась: мудак за обломками прижат, еще кто-то там у «Куба» был… А, нет. Там двоих шибко умных затянуло в изнанку, когда они пытались
Так, кто еще?
Я подплавила еще кусок бывшей брони БТР и пнула в борт штурмового катера, выдвигая лестницу.
— Э, капитан, подъем! Лови Аянами и убираемся отсюда.
Синдзи очень хорошо реагирует на слово «Аянами», аж завидно. Я скользила прицелом по окрестностям, стараясь не думать, что там — по ту сторону штурмовика, кого еще созовет сирена, когда части самообороны опомнятся. Рей вырезала всех местных слишком быстро, и образовалась лакуна перед подходом свеженьких.
С другой стороны, могут ведь и чем-то крупным жахнуть… Я оглянулась на хищную черноту «Куба» и решила, что нет, не могут: разносить генератор изнанки при живой-то планете — это очень нездоровая мысль. Хотя если там кто-то понял, что спустилось с небес на грешную землю Х67, то могут и рискнуть.
Синдзи еле плелся с Аянами в обнимку, и выглядело все это дико двусмысленно. Вокруг горели трупы, большая часть тел превратилась во взвесь, впиталась в пыль, но я все равно считаю, что парень в грязной белой пижаме с длинной сорочкой и голая девушка — это двусмысленно.
Наверное, это адреналин. Ну, и я пошлая.
Добавим огоньку. Обстреляв обломки, я успела подпереть собой падающую парочку.
— На борт, — рявкнула я. — На борт оба, живо!
«Черт, она ледяная. Совсем. То есть совсем».
На юго-юго-востоке быстро жирели точки, целая свора точек. Возможно, я еще успею подняться, но уходить будет ой как жарко, да еще и на этой развалюхе.
Заталкивая Рей и Синдзи в люк, я наткнулась на алый взгляд.
— «Сегоки» ждет здесь, — сообщил звенящий шепот.
Последним усилием Рей вбила мне в голову координаты. Я разогнулась, вытерла выступившую из носа кровь и задраила люк: мимо них теперь не протиснусь, так что мне через фонарь. Шатаясь, я подошла к носу штурмовика и выкашляла стакан кислющей желчи. Алые глаза, выжегшие у меня в мозгах три десятка циферок, больно врезали по всему остальному тоже.
Черт, меня всегда от этого тошнило.
Но серая туша в зигзагах дикого камуфляжа ждала.
Ты мне не нравишься, сарай ты эдакий, но ты мой. И ты нас вывезешь. Штурмовик молчал, тяжко обвисая загруженными подкрылками. Его брюхо почти лежало на земле, а высоко вынесенные двигатели намекали на хороший запас выносливости.
Эх, скорости бы мне…
Откидывая аварийный люк остекления кабины, я окинула взглядом поле бойни.
Оступаясь в пропитанной кровью пыли, к штурмовику бежала обескураживающе живая и невозможно реальная доктор Ибуки Майя.
Глава 7
Шлюз «Сегоки» был таким родным, я сама так устала, а эта жизнь так меня задолбала, что хотелось
«Я всех вывезла».
Черт, это начинает входить в привычку.
Я прикрыла глаза и помотала головой. Голова гудела, и мозги там бодались, а на обратной стороне век вроде как навсегда решили поселиться пляшущие огоньки. С попаданием на борт «Сегоки» я стремительно пополняю список абсурдных и жутеньких достижений: «удрать от «Тени», плюнув ей в морду из «линейки"», потом «поучаствовать в продаже генной бомбы», потом «уйти от эскадрильи перехватчиков на штурмовике»…
Я встала, глупо улыбаясь. Тормозной парашют в морду самым быстрым — это я хорошо придумала. Красиво. В горле все горело, будто это своим дыханием я разгоняла штурмовой рыдван. Еще глоток. И еще один.
Отбросив опустевшую бутылку и достав вторую, я пошла внутрь. Как-то обидно было, что наш капитан потащил Аянами, за ними потащилась доктор Ибуки, а меня саму — героиню дня — забыли в шлюзе. «Уйду я от вас», — подумала я. Самое печальное в моей ситуации не то, что уйти мне некуда, а что надо еще много думать и придется ой-ей-ей как много разговаривать. Вот хотя бы с милейшей госпожой докторшей. Я, может, тоже так хочу: чтобы мне — клейнод в сердце, а я на следующий день по летному полю козой скачу.
Уже совсем недалеко от рубки я встретила Синдзи. Капитан имел крайне неприятное выражение лица, и я даже подозревала, почему.
— Аска, надо п-поговорить.
— Не надо. Просто пошел в жопу, ага?
— Аска!
Прихлебывая воду, я второй рукой перехватила его руку и шлепнула гаденыша об стенку.
— Значит так. Извиняться я не собираюсь, тем более что оказалась права. Мы целы и живы, включая Аянами.
— Это было г-глупо!
«А ты — жалок».
— Это сработало, значит, это не глупо.
Я все рассчитала, я вывезла нас всех на фрегат, я ушла от погони. А это рефлексирующее чмо еще будет меня воспитывать, вместо «спасибо», надо полагать. Ну да, я чуть-чуть ошиблась, и Рей вырубилась на поле боя. Ну да, Синдзи решил загнуться раньше времени. Ну да, все пошло не совсем по плану.
Но я-то справилась?!
— Я бы вытащил нас.
О Mein Gott, мессия. Вот Аянами — та хоть с пылающих небес на грешную землю снисходит, а ты-то каким боком?
— У меня телесная запал-карта. Я мог вызвать «Сегоки» прямиком в изнанку.
Даже не знаю, что можно сказать на такой бред. Хотя стоп. Неужели этот обормот?..
— Синдзи?
Он поднял правую руку и показал ладонь. Все еще вымазанное лицо сморщилось от напряжения, но я уже увидела: нити живого серебра на какую-то секунду полыхнули в коже. В следующее мгновение Синдзи был схвачен за грудки и стукнут затылком об стенку.
— Какого хера ты молчал?!
Кажется, я его еще и оплевала.