Импланты

Одинец Илья

Спустя пятнадцать минут священник задумался, не оставить ли ключи от номера на стойке, но совесть не позволяла уйти просто так. Он должен рассчитаться за последнюю ночь и предупредить, что в душе проблемы с краном холодной воды. Отец Арсений переменил позу и в томительном ожидании уставился на часы.

Когда минутная стрелка приблизилась к цифре десять, священник поднялся и подошел к стойке. Ключи положил на видное место, рядом насыпал горсть монет. Следовало решить последний вопрос — как сообщить о поломке крана. Отец Арсений повертел головой в поисках бумаги и ручки, но письменных принадлежностей

не обнаружил.

Оглянувшись, словно опасаясь, что его застанут за кражей или преступлением, он обошел стойку и зашел на территорию владельца отеля — там, в углу стоял поцарапанный письменный стол, на котором стоял небольшой компьютер с программой регистрации постояльцев. В ящиках стола наверняка найдется и бумага, и ручка.

Едва отец Арсений очутился за стойкой, сердце его тревожно екнуло, дернувшись к подбородку. Владелец отеля — среднего телосложения лысый мужчина в потертых джинсах и белой футболке с надписью на спине "Правила тут устанавливаю я" — лежал на полу лицом вниз.

Священник бросился к нему, но понял, что ничем помочь не сможет. Крови не было, однако мужчина не дышал. Отец Арсений просидел в одном помещении с ним больше получаса, и тот не издал ни звука.

Священник подбежал к стене рядом с выходом, схватил трубку висевшего там видеотелефона и набрал службу экстренной помощи. На экране показалось сонное лицо женщины-оператора.

— Наш разговор записывается, — предупредила она. — Слушаю вас.

— Я нашел мертвого человека, — выпалил отец Арсений.

— Ваши координаты определятся через полминуты. Для ускорения процесса нажмите зеленую кнопку с надписью "ПИП" — передача идентификационных параметров.

Священник выполнил инструкцию и попросил:

— Приезжайте скорее. Мне… не по себе.

— Высылаю патруль. Ждите, — все так же сонно произнесла оператор и отключилась.

Отец Арсений выключил видеофон и вздрогнул — за спиной прозвенели колокольчики, свидетельствующие о приходе посетителя. Священник обернулся и увидел невысокого крепкого мужчину примерно тридцати лет со стриженными по последней моде рыжими волосами и татуировкой в виде черепа на правом бицепсе. Комплекция незнакомца выдавала в нем импланта со стандартным набором.

"Только нового посетителя сейчас и не хватало".

Отец Арсений легонько тронул вошедшего за плечо, переключая его внимание на себя, и вопрошающе на него посмотрел:

— Чем могу помочь?

— А где этот, лысый?

— Простите?

— Ну, лысый. Начальник. Я заходил минут десять назад…

Отец Арсений замер. В его голове молнией промелькнуло все, что он услышал, пока спускался по лестнице — наверняка это тот самый мужчина, которому владелец отказал в регистрации. Вспомнил священник и глухой удар…

Сейчас он не мог осмотреть тело и проверить, нет ли на черепе покойного владельца гостиницы вмятины и не сломана ли шея, но в сердце закралось подозрение, что этот рыжеволосый мужчина имеет непосредственное отношение к случившемуся.

— Он вышел, — выдавил из себя отец Арсений и мысленно попросил у Господа прощения за невольную ложь.

Он и сам не знал, зачем солгал. Может, из страха, что рыжий имплант немедленно набросится на него, а может потому, что убийцу следовало задержать до приезда полиции.

— Я

вместо него, — отец Арсений снова мысленно обратился к Богу за прощением лжи этой и всей последующей. — Он обещал вернуться минут через пятнадцать. Посидите на диване.

— Нет, спасибо, я позже зайду, — крепыш посмотрел на отца Арсения с подозрением, особенно долго задержавшись взглядом на белом воротничке. — Вы, правда, священник? Тогда вот скажите, правильно ли меня тот сволочуга за дверь выставил? Я ведь не убийца какой-нибудь, обычный человек. Только сильный, — имплант согнул руку в локте, демонстрируя мускулы размером с голову святого отца. — Правильно?

Отец Арсений сглотнул, но быстро взял себя в руки:

— Нельзя судить человека по внешности. Да и по поступкам иногда тоже судить нельзя. В обществе множество предрассудков, и не его вина, что он им поддался.

— Это вы про кого?

— Ни про кого, — смешался отец Арсений. — Просто говорю, наше общество…

— Да оно всегда отстойным было ваше общество. Зависть везде, да подлость. Ну и фиг. Я сам себе общество.

Мужчина развернулся и направился к выходу.

— Подождите! — священник предпринял еще одну попытку задержать рыжего. — Я хочу вам помочь! У меня есть очень хорошая книга. Точнее, это не книга, так, брошюрка, но там замечательно написано о сегодняшнем обществе, — отец Арсений подошел к дивану, рядом с которым оставил дорожную сумку и расстегнул замок. — Импланты — проблема современности. Люди просто не знают, как реагировать, как относиться, — священник вытащил из сумки небольшую, размером с тетрадь, глянцевую брошюру и протянул ее мужчине. — Несомненно, правительству стоит уделять больше внимания отношениям между… м-м-м, общественными прослойками, а пока этим занимается только церковь. Я имею в виду просветительскую работу. В этой книжечке вы найдете…

Отцу Арсению стало стыдно. Сейчас он трепал языком, ссылаясь на Церковь и используя свою сутану, только с одной целью: задержать подозреваемого в убийстве. Священник говорил неискренне, не хотел помочь человеку, с которым вел беседу, напротив, хотел, чтобы его задержала полиция для выяснения обстоятельств произошедшего.

Вдали послышался вой сирены. Отец Арсений напрягся и незаметно посмотрел на мужчину. Тот ничем не выдал беспокойства, возможно, не догадывался, что священник подозревает его в убийстве, а может, просто не боялся и готовился уйти в любой момент.

— Спасибо, святой отец, — крепыш свернул брошюрку трубочкой и направился к двери.

— А как же… владелец отеля?

— Я завтра приду.

Хлопнула дверь. Отец Арсений больше ничего не мог сделать. Без сомнений имплант не появится здесь ни завтра, ни послезавтра, ни через месяц. Впрочем, священник сможет описать его внешность и составить приличный фоторобот, к тому же имплантов не так уж и много, и полиция наверняка быстро его найдет, даже если тот сейчас исчезнет.

Отец Арсений вышел на улицу. Полиция уже припарковала сине-белый "Порше" у соседнего дома, и из автомобиля вышли двое: высокий толстяк, жующий жвачку, и не менее высокая и не менее толстая дама. Они были очень похожи друг на друга не только комплекцией, но и цветом волос, а одинаковые форменные рубашки делали их практически близнецами.