Империя зла
Шрифт:
А дальше происходило самое ужасное. Над телом заскрежетали огромные, остро отточенные ножи, железная клешня перехватила старика поперек туловища и подняла в воздух. Ножи опустились, как топор палача - и голова трупа упала на одно из боковых ответвлений конвейера. Тело поехало дальше, где такие же ножи отсекли руки и ноги и рассекли обрубленное тело пополам. Слышались только лязг и грохот механизмов.
Мики и Серафина сделали еще несколько шагов и увидели кошмарное филе, приготовленное из мертвеца. Ножи поменьше рубили трупное мясо на мелкие куски. Вытянув шею, Серафина заглянула в огромный
– Мясо человечье, а сало-то свиное!
– страшным голосом сказал он и вдруг дико захохотал, выпучив глаза.
По одному из многочисленных ответвлений конвейера подъезжали пустые банки с надписью "Мясные консервы - свинина".
– Бежим... отсюда...
– сдавленным голосом крикнула Серафина и потянула Мики за руку.
Словно подгоняемые дьяволом, они бросились прочь, стремясь скорее покинуть эту страшную преисподнюю. Оба не помнили, как добежали до водосборного люка. Мики первым спрыгнул в проделанную им самим дыру, но Серафина вдруг поскользнулась и упала.
Она тут же хотела вскочить, но чья-то нога в шипастом ботинке тяжело опустилась на ее руку и прижала к полу. Серафина отчаянно дернулась, но ботинок безжалостно придавил ее руку так, что хрустнули кости. Вскрикнув, Серафина вытянулась на полу и увидела высоко над собой ухмыляющееся, как ей показалось, в сардонической гримасе, лицо. Жилистая волосатая рука повернула рычаг, и тотчас же в люке, куда скрылся Мики, зашумел поток воды, там забурлило, заклокотало.
– Видела?
– сказал мужчина в синем комбинезоне и снял ногу с руки Серафины.
Все это заняло считанные секунды - Серафина еще не успела опомниться. Сидя на полу, она в каком-то оцепенении смотрела на люк, где бушевала вода и где такой страшной смертью погиб Мики.
Подошли еще трое - тоже в синих комбинезонах, но еще и в резиновых перчатках. Жалкую грязную пленницу подняли с пола. Она все еще не отрывала взгляда от люка.
– Ну, так что скажешь?
– нарушил молчание тот же мужчина.
– Оттуда явились? Обратно хочешь?
Серафина все смотрела и смотрела на бушующую воду...
– Ладно, давайте ее к шефу...
* * *
Серафина взглянула на окруживших ее бичей - это были до отказа накачанные молодчики. От таких не убежишь и наверху, а уж здесь тем более. И она пошла между двумя бичами, подталкиваемая сзади третьим, и печально думала, как глупо они попались и ни за что ни про что проиграли, неумело поставив на карту свои жизни.
– Умойся, рожа, к шефу идешь!
– и, свернув в коридор, молодчики затолкнули Серафину в какой-то люк.
Тотчас она решила, что тут ей и конец пришел - и сверху, и снизу, и сбоку на нее хлынули потоки воды, жесткие щетки терли ее, будто наждак. Чихая и отплевываясь, она снова оказалась в коридоре, и ее потащили дальше.
Пока ее тащили, она пришла в себя и приготовилась к самому худшему. Судя по тому, как быстро и без лишних слов расправились
Но, увидев помещение без окон, освещенное лампами дневного света, поняла, что находится еще под землей. За нею точно захлопнулась дверь темницы. "Не убежишь!" - подумалось еще тоскливее.
Теперь, разглядывая важно сидящего за столом человека с пухлыми белыми руками, Серафина мучительно пыталась припомнить, где она видела это характерное запоминающееся лицо с мясистым круглым подбородком, маленькими глазками и большой залысиной на темени. Но ще - не могла вспомнить.
– Рассказывай!
– нарушил молчание хозяин кабинета.
– Ну!
В этом "ну" было столько явной угрозы, что Серафина поняла - хитрить и отпираться нет смысла. Участь ее все равно одна - живой ей отсюда не выбраться. От горой возвышавшегося из-за стола босса веяло холодной грозной силой, словно перед нею сидел мертвец. Поросшие густыми рыжими волосами руки вертели в коротких толстых пальцах карандаш. Серафина с ужасом смотрела на эти волосатые руки. Она узнала его.
Где-то два года назад газеты наперебой шумели о сбежавшем из-под стражи убийце и людоеде, который занимался тем, что убивал людей и ел их мясо - и не только ел, а и продавал туристам на шашлыки. Убийце грозила смертная казнь, и приговор был уже вынесен, но злодей совершил побег из тюрьмы и скрылся в неизвестном направлении.
Так вот где обосновался бывший злодей и убийца - перешел на более доходное ремесло, найдя способ накормить оголодавший народ в широком масштабе.
– Ну!
– угрожающе повторил бандит и опустил на стол тяжелые руки.
Неожиданный гнев захлестнул Серафину, она подняла голову.
– Извращенные вкусы с годами несколько меняются - от человечины перешли к мертвечине!
– с невыразимым презрением сказала она.
Людоед стал медленно подниматься из-за стола - лицо его налилось кровью.
– Не воображайте, что будете безнаказанно кормить народ мертвечиной. Не мы, так другие все равно разоблачат вас, прибавила Серафина.
– Разоблачат? Ха-ха-ха!
– как безумный, закатился в хохоте людоед.
– Наивная дура! Так вы шли, чтобы разоблачить нас?
– он выхватил из стола толстую пачку банкнот и, прежде чем Серафина успела отшатнуться, хлопнул ее этой пачкой по носу.
– Вот она, моя гарантия! Надежней нет! Все они там, наверху, у меня вот здесь!
– он вытянул волосатые руки и сжал их в кулаки.
Серафина отвернулась.
– Но - к делу, - сказал злодей, снова усаживаясь к столу.
– В конце концов если вы жрете и вам нравится, то крах нам не грозит. А я люблю храбрецов, мне нравятся рисковые люди. Я думаю, тебе тоже не хочется умирать такой молодой. У меня тут вот какое предложение. Сама понимаешь, механизировать все сразу мы не можем, и столько добра пропадает зря, к примеру, производство удобрений...
– Ну еще бы, у вас ничего не пропадет!
– с отвращением поморщилась Серафина.