Император Владимир
Шрифт:
'Хорошо, как только прибудем в столицу, я первым делом навещу Алексея, - Владимиру Александровичу не оставалось ничего иного, кроме как согласиться с мнением вселенца.
– Попробую убедить его помочь повлиять на Ники... твоими методами и способностями'.
'Не твоими, а нашими, тёзка, - заметил незваный 'гость'.
– Думаешь, я не чувствую, что ты хотел бы обработать и Евгения нашего, свет Ивановича, но не знаешь, этично ли это будет? Уверяю тебя - этично, тем более что Алексеев наш единственный
'Евгения Ивановича не нужно поддерживать в тонусе - он сам справится с любыми выпавшими на его долю трудностями, - возразил великий князь.
– Алексеев - крепкий и решительный мужчина, настоящий моряк, чего не скажешь о твоём соотечественнике из будущего... Каменский плохо знает историю, а его профессиональное образование в наше время, к сожалению, никому не нужно'.
'Не торопись с выводами, тёзка, - хмыкнул в ответ Муромцев.
– Уверен, что как только Женька приспособится к реалиям докомпьютерной эпохи, он удивит нас обоих'.
Вселенец как в воду глядел. Приехав в одиннадцатый раз на совместный ужин, вице-адмирал вручил Владимиру Александровичу тубус с эскизными рисунками двигателя внутреннего сгорания. В первом десятилетии 21-го века такой мотор назвали бы примитивным и архаичным, но для конца 19 - начала 20 веков данный проект являлся революционным. К эскизам прилагалось общее описания технологической оснастки, необходимой для организации производства подобного двигателя, и приблизительные пропорции металлов для полудюжины сплавов новых сталей.
Будучи человеком неглупым, Евгений Иванович смог по достоинству оценить компактность и мощность мотора, годного и для флота, и для сухопутных сил, и для гражданских нужд. Старший флагман Черноморской флотской дивизии прямо-таки лучился от счастья, рассказывая об инженерном таланте и технических знаниях Каменского вообще.
Оптимизм Алексеева постепенно передался великому князю, после чего тот попросил вице-адмирала записывать абсолютно всё, что поведает 'гость' из будущего. Знаний, как известно, много не бывает.
– Моя дорогая Мария Павловна страстно желает нашего возвращения в столицу, к балам, балету и прочим развлечениям, - отправив в пищевод кусочек осетрины, со вздохом произнёс Владимир Александровичем.
– Я пообещал супруге, что мы выезжаем через пять дней, поэтому давайте договоримся о способах связи... Телеграфу и почте доверять нельзя - телеграммы и письма могут быть прочитаны и неверно истолкованы. Остаётся один вариант - курьерская доставка лично в руки адресата. Что скажете, Евгений Иванович?
– Исходя из того, что полностью избежать утечки информации невозможно, вариант с курьером - лучшее, что можно придумать, - вилка на секунду замерла в руке будущего наместника Дальнего Востока.
– Я готов подобрать надёжных людей из числа офицеров флота...
– Нет, нет, мы
– Я создам свою собственную курьерскую службу, которая и обеспечит доставку корреспонденции.
– Воля Ваша, Владимир Александрович, - собеседнику не оставалось ничего иного, кроме как согласиться с мнением хлебосольного хозяина.
– Я, в свою очередь, займусь обоснованием новой кораблестроительной программы с учётом послезнания господина Муромцева... У нас с господином Каменским возникли кое-какие задумки с хитринкой.
По дороге в Санкт-Петербург Мария Павловну разобрало любопытство, и она попыталась выведать у великого князя о его застольных беседах с адмиралом Алексеевым. Владимир Александрович сначала отшутился, затем, мысленно посовещавшись с вселенцем, завёл с супругой разговор о... равноправии полов в Российской империи.
Мария Александрина Елизавета Элеонора - полное имя бывшей Мекленбург-Шверинской принцессы - слегка удивилась неожиданному интересу мужа к данному вопросу, но виду не подала. Зато высказала несколько толковых идей, реализация которых могла бы стать первым шагом к самой настоящей гендерной революции. Если, конечно, у недавно коронованного императора найдётся воля и решимость, чтобы сокрушить традиционные устои патриархального общества.
По прибытии в столицу великому князю пришлось изменить свои первоначальные планы, чтобы срочно встретиться с коронованным племянником. Царь прислал адъютанта с приглашением приехать как можно скорее, и Владимиру Александровичу не оставалось ничего иного, кроме как перенести намеченный визит к брату на пару дней вперёд.
Встреча с Николаем Вторым не задалась. Беседа за обеденным столом крутилась вокруг малозначительных дел, и больше напоминала обсуждение чисто семейных мелочей. Разговор в кабинете императора вышел каким-то натянутым и скомканным одновременно.
Царь явно прознал, что за последние две-три недели его родной дядя почти ежедневно общался с адмиралом Алексеевым, и хотел разузнать подробности. Не спрашивая напрямую, Ники поинтересовался здоровьем и настроем Евгения Ивановича, потом немного помялся, и неожиданно предложил посетить завтра балетное выступление в Мариинском театре.
'Ха-ха-ха, стопудово с Матильдушкой Кшесинской в главной роли, - мысленно засмеялся Муромцев, явно ожидавший подобного.
– Соглашайся, тёзка, я давно хочу глянуть на эту цацу'.
'Насмотришься ещё, - поморщился великий князь, ловя себя на том, что одна сама мысль об этой балерине вызывает у него головную боль и зубовный скрежет. Подумать только: Матильде Кшесинской предстоит родить ребёнка от Андрея - младшего сына Владимира Александровича!
– Чёрт, 'де факто' она породнится со мной и со всей царской семьёй!'.