Император поневоле
Шрифт:
– Петр, неужели это ты? Я глазам своим не верю!
– Воскликнула певица, когда-то встреченная им в казино на Новом Сочи и последующим инсценированным нападением.
– Здравствуй Катя.
– Поздоровался капитан, чуть наклонив вперед голову.
Подойдя ближе, певица пристально оглядела молодого человека с головы до ног и медленно проговорила:
– А ты изменился Петя, возмужал, да и властью от тебя начитает попахивать весьма ощутимо.
– Возможно...
– Протянул он и, посмотрев в глаза своей собеседнице, и
– Случаем не подскажешь, как может власть попахивать?
– Знаешь Бобер, есть в тебе, что-то трудноуловимое, но заставляющее к тебе прислушиваться, а это и есть власть, правда, ты этой своей особенностью пользоваться еще пока не умеешь.
Удивившись такому заявлению, молодой человек задумался на несколько мгновений и предложил:
– Быть может, пройдем в номер и там откровенно поговорим?
– Почему нет? Давай пройдем, правда, я хотела отобедать в желтом зале, но в отдельном кабинете и вправду будет куда как спокойней вести беседу.
– Да уж, успел, я в этом убедиться, особенно с неким господином Чижиком...
– Протянул капитан, едва сдерживая рвущиеся наружу эмоции, отчего его лицо слегка перекосило.
– Неужели ты ему в морду врезал?!
– Искренне рассмеявшись, поинтересовалась Екатерина, неожиданно открывая ранее неизвестные грани человека, стоящего перед ней и, сыгравшего немаловажную роль в её судьбе.
– Ну, почти...
– С легкой усмешкой, ответил Бобер и, не желая больше говорить при посторонних, подхватил даму под ручку и, кивнув метрдотелю, последовал за ним следом в свободный кабинет.
Оказавшись в двухместной кабине, молодой человек усадил свою спутницу за круглый стол и, устроившись напротив девушки, вызвал официанта и только после этого поинтересовался:
– С того времени, как мы расстались на набережной прошло не так уж много времени, но как, я понял, ты добилась весьма впечатляющих результатов эксплуатируя мое имя в своих интересах, не пора ли использовать в рекламных целях иную личность?
– Интересно, где тебя носило, если даже лучшие сыщики трех детективных агентств нанятые ведущим развлекательным каналом смогли найти твои следы только на Новом Цюрихе?
– Произнесла Екатерина, проигнорировав вопрос молодого человека, поглядывая на него каким-то странным взглядом.
– Да...так, носит меня на окраинах обитания человечества, но время от времени заносит и в цивилизованные места.
– Нехотя ответил капитан, не желая распространяться на эту тему и поглядывая на красивую девушку, повторил свой вопрос:
– Не пора ли перестать использовать мое имя для раскрутки своей популярности?
– А что тебе не нравиться? Ведь ты стал хорошо известен в стране, хотя ради такой популярности многие готовы душу дьяволу продать, а ты отказываешься...
– Знаешь Катя, я простой парень, да еще и сирота, воспитанный в казенном приюте на одной из приграничных планет, никогда не помышлявший о какой либо
Глядя на молодого человека, отказывающегося от возможности быть узнаваемым в обществе, Екатерина на пару минут задумалась и, придя к неким выводам, поинтересовалась:
– Петя, ответь только честно, зачем тебе это нужно?
– Я начал заниматься некими делами, для которых излишняя известность может только навредить.
– Максимально честно ответил капитан, ощущая острое желание, вообще покинуть Санкт-Петербург и вернуться на Бастион.
– Неужели ты замешан в криминальном бизнесе?!
– С изумлением воскликнула девушка, с медленно расширяющимися зрачками.
– В какой-то степени так оно и есть но, видишь ли, окраины человеческих миров обычными понятиями не стоит измерять, так как еще неизвестно, что лучше в данных обстоятельствах, закон или то, что его нарушает. Порою, возникают такие моменты, когда нарушить закон, значит спасти себя и других и соответственно наоборот. Вот такие дала...
На этот раз девушка задумалась куда серьезнее, чем в первый раз и пребывала в этом состоянии, пока в кабинет не вошли двое предупредительных официантов и не сервировали стол заказанными блюдами. В этот раз, Бобер ограничился только бокалом сухого белого вина и, делая маленькие глотки благородного напитка, наблюдал, как его собеседница ловко орудует столовыми принадлежностями, а сам в это время лихорадочно соображал, как выпутаться из сложившейся ситуации.
– Петя, а давай с тобой cегодня сходим в Мариинский оперный театр на постановку 'Иван Сусанин или жизнь за царя', у меня как раз пару контрамарок имеется?
– Неожиданно отложив в стороны вилку с ножом, предложила Екатерина, стреляя озорными глазками в своего собеседника.
Первой пришедшей на ум мыслью, было категорически отказаться от предложенного посещения театра, но сдержав свой порыв, Бобер припомнил свой первый день пребывания в столице и награждение в Зимнем дворце, после которого, он вместо театра незамедлительно отправиться в Академию. Мало того, за все свое время обучения, он так и не удосужился посетить хотя бы раз Мариинский театр и вот теперь ему предоставлялся шанс исправить это упущение, поэтому не в силах отказать, капитан согласно кивнул и, допив остатки вина, поставил опустевший бокал на стол, ответил:
– Сударыня, сегодня, я полностью в вашем распоряжении.
– Только сегодня, а в другие дни никак?
– Кокетливо поинтересовалась Екатерина, изящно поправив свою прическу, посматривая на свое отражение в зеркале на стене.
– Хорошо, еще два, три дня, я смогу быть полностью в вашем распоряжении.
– Скрипя сердцем, согласился Бобер, ощущая, что делает большую ошибку, позволив себе пойти на поводу Екатерины, затеявшей с ним древнюю как сам этот мир женскую игру.