Император поневоле
Шрифт:
– Почему так мало?!
– Капризно надув бледно-розовые щёчки, воскликнула девушка, недовольно покрутив головой.
Прекрасно понимая, то с ним играют, как кошка с мышкой, капитан не мог отделаться от мысли, что Екатерина Борн, совсем не желает отказываться от использования его имени, хотя тут мог быть и другой вариант. Вполне возможно, ее артистическая натура просто желала отыграть данную партию до конца и выжать из нее максимально возможную выгоду для себя. Был еще и третий вариант, но по размышлении Бобер отбросил её как несостоятельную, так как он совершенно
– Прости Катя но, у меня в запасе всего лишь девять дней, после чего, я покину Санкт-Петербург, а за это время мне нужно многое успеть сделать.
– После минутного молчания, ответил Бобер, продолжая соображать, в чем смысл игры затеянной молодой девушкой.
– Когда в следующий раз собираешься посетить столицу?
– Не знаю, но скорей всего очень не скоро.
– Честно признался капитан, и совершенно неожиданно ощутил, как во внутреннем кармане его пиджака завибрировал коммуникатор, выданный ему американским разведчиком.
Попросив прощения у своей спутницы, капитан достал его и, нажав кнопку соединения, произнес:
– Добрый день, Джордж.
– Привет Бобер, надо с тобой встретиться, есть дело.
– Я так понял, вы в Санкт-Петербурге?
– Да.
– Где и когда?
– Сегодня в полночь в 'Подвале образцового содержания'.
– Не понял, в каком еще подвале?!
– Не скрывая своего удивления, поинтересовался капитан, переведя свой взгляд на Екатерину, подающую ему какие-то знаки.
– Это небольшой кабак из разряда культовых, там собираются поклонники одной радиостанции, вот он и носит название 'Подвал образцового содержания'.
– Хорошо, в полночь, я там буду.
– До встречи.
Выключив коммуникатор, капитан, не обращая внимания на девушку своей мимикой демонстрирующую свое недовольство, задумался о причинах присутствия в этом городе американского разведчика, но какие либо выводы было делать преждевременно, поэтому молодой человек вновь перевел свой взгляд на Екатерину и поинтересовался:
– В какое время закончится спектакль в Мариинке?
– Примерно в десять часов вечера.
– В таком случае, по окончании постановки, я буду вынужден с тобой попрощаться, так как мне предстоит деловая встреча.
– Я слышала, кстати 'Подвал образцового содержания', давно хотела посетить, поэтому мы с тобой, это местечко посетим вместе.
– Категорично заявила девушка, строго посмотрев на чуть растерявшегося парня.
– Ладно, пусть будет так.
– Вот и хорошо, а теперь пойдем и прогуляемся на свежем воздухе, это полезно после сытного обеда.
Расплатившись за стол, Бобер вместе с Екатериной покинул кабинет и, спустившись в холл, столкнулся с сестрами Ворониными, покидающими заведение. Приветливо перекинувшись с ними парой слов, все вместе вышли на улицу и совершенно неожиданно натолкнулись на целую свору журналистов и папарацци, буквально оккупировавших весь квартал, прилегающий к 'Арт-буфету'. Ошалев от такого зрелища, молодой
– Бедный Петя, похоже, ты серьезно влип в историю.
– Ласково проговорила Ольга, стоявшая совсем рядом с молодым человеком и, приветливо помахав ручкой любопытствующей журналистской публике, подхватила руку напряженного капитана. Краем глаза, заметив это, Екатерина, ревниво взяв другую руку и улыбнувшись, решительно пошла вперед. Сделав всего несколько шагов, послуживших неким сигналом, после которого на них кинулась большая толпа и в один миг окружила со всех сторон.
Изо всех своих сил стараясь не выказывать своих истинных эмоций, Бобер, беря пример со своих опытных в этом деле спутниц, дружелюбно улыбнулся, глубоко в душе надеясь, что его улыбка не будет выглядеть фальшивой и, вслушался в сыплющиеся, как из рога изобилия многочисленные вопросы. Это оказалось на удивление крайне сложно, так как репортеры, словно с цепи сорвались и, перебивая друг друга, задавали свои вопросы. Такое рвение с их стороны вызывало страшный шум, в котором трудно было что-то толковое разобрать. Не выдержав бестолковой какофонии, Бобер резко поднял руку вверх и командным тоном на всю улицу рявкнул:
– А, ну всем молчать! Вы люди или дикие звери?! Ведите себя подобающим образом.
Непривыкшие ни к чему подобному, представители средств массовой информации замерли и у входа возле 'Арт-буфета' из окон которого, выглядывали любопытные лица посетителей и вперемешку с персоналом ресторана, возникла гнетущая тишина. Спустя пару минут, из окружающей толпы вышел мужчина и, слегка кашлянув в кулак, на удивление вежливо, высказал общее мнение репортеров:
– Мы, как представители СМИ согласно конституции имеем полное право на свободу слова, и ограничивать нас не надо!
– Это кто же вас ограничивает? Покажите мне его.
– Ответил капитан, демонстративно оглядываясь по сторонам.
– То есть как, кто?! Вы и ограничиваете.
– Несколько удивленно произнес журналист, указывая пальцем на молодого человека, продолжавшего поддерживать двух девушек, плотно прижавшись к нему.
– Я?!
– Конечно вы, не, я же всем затыкал рот!
– Интересно, вы, что же на самом деле считаете, что свобода слова и хамское поведение одно и, тоже?
– С нескрываемым удивлением поинтересовался Бобер, пристально глядя в глаза мужчины.
– Нет, но все же...
– Ну и хорошо, а то я, было, подумал о вашем дурном воспитании, не позволяющем одно отделить от другого, хотя быть может, вам глаза застилают деньги, обещанные за интервью?
– Перебил молодой человек и, оглядев притихших борзописцев, обратился к ним:
– Дамы и господа, если вы хотите получить наше интервью, будьте добры назначить ведущего и пусть он организует вас и, вот тогда по очереди вы будете задавать нам свои вопросы. Согласны?