Император плоти
Шрифт:
Сантьяго только печально кивнул. Он даже говорить не мог от того, как быстро испуг сменился смущением, заливающим его краской до самой макушки головы.
– Не могли бы мы... отложить это... мероприятие -- еле выдавил он из себя.
– Да не вопрос, приятель. Тут дело чисто добровольное. Спрос -- предложение, спрос -- предложение, понимаешь? Вот только денег я тебе вернуть не смогу, политика заведения, знаешь ли. Тут Надья реально нас обоих провела, ей ведь за клиентуру процент идет, а вот матчмейкер из нее никакой, это да. Нет, я, конечно, могу пару уроков дать. Как тебе
Поникший и как-то враз постаревший Сантьяго лишь помотал головой.
– Можно, я просто уйду?
– Само собой!
– воскликнул Морис и помог клиенту встать.
Сантьяго медленно побрел ко входу, шаркая по полу, словно ощупывая дорогу перед собой. Он не знал что гложет его больше -- стыд или разочарование, однако он твердо осознавал -- хуже уже быть не может.
Когда он уже был готов выйти, Морис вдруг настиг его возле двери и быстро вложил что-то ему в руку.
– Еще раз прости друг, что так вышло. Пятьсот зеленых считай что пропали. Но вот небольшая компенсация за мой счет. Не оригинал, но зато эквивалентно по стоимости моим услугам. Так что давай без обид. Ну и заглядывай потом, когда раскрепостишься немного.
– с этими словами Морис выскользнул в коридор, проявив немыслимую для своей комплекции ловкость и бесшумность.
Сантьяго посмотрел себе на ладонь, где теперь покоилась миниатюрная марка раза в два меньше размерами, чем обычная почтовая. На марке можно было разглядеть мужчину славянской внешности в белом костюме тройке, подвешенного за ногу над округлой черной пропастью образовавшейся в кроваво красном кирпичном полу. Мужчина разводил руками в приглашающем жесте и, несмотря на свое затруднительное положение, широко улыбался. Рисунок при всем своем миниатюрном размере был на удивление детализирован, но Сантьяго не мог разглядеть более мелкие его элементы.
– Это что, кислота?
– спросил мужчина, но Морис уже скрылся из виду. Убрав марку в карман брюк к роковой записке от бармена, Сантьяго отправился обратно в основной зал заведения. Снова окунувшись в потоки бессмысленной музыки, он понял, что все еще слишком слаб, чтобы идти по жаре обратно в гостиницу. Возможно, перед ним в полный рост возникли первые признаки грядущего сердечного приступа.
Забившись обратно на прежнее место, Сантьяго постарался стать как можно незаметнее. Он затравленно глянул на подошедшую официантку, но это была не роковая Надья, как назвал Морис девушку с пирсингом, поэтому Сантьяго позволил себе заказать пива в закрытой бутылке.
Уже наполовину допив довольно неплохое на не предвзятый вкус местное пиво, мужчина понял, что достал из кармана и теперь разглядывает врученную ему марку. Он слышал, что такие вещи очень дорогие -- на бумагу нанесен тонкий слой сильнодействующего наркотика. Кладешь такую марку под язык и отправляешься вслед за желтой субмариной.
Секунду Сантьяго колебался, подумывая вернуться в номер и использовать подарок по назначению, но затем до него дошло, что он не имеет никакого представления о том, как в этой стране поступают с наркоманами.
– Зря вы так поступили -- раздался насмешливый голос, легко пробившийся сквозь шум музыки.
– А?
– только и смог произнести Сантьяго, осознав, что все это время рядом с ним стоял какой-то мужчина в роскошном белом костюме, расшитом серебряной нитью. В руке мужчина сжимал трость из слоновой кости, и все в его облике было белым и белоснежно чистым -- рубашка, галстук, жилетка и перчатки на руках. Волосы у мужчины тоже были либо мелированые, либо Сантьяго встретил первого в своей жизни альбиноса.
– Можно присесть?
– спросил незнакомец и тут же сел на свободный стул, не дожидаясь разрешения. Сантьяго лишь кивнул, уже больше для проформы.
– Зря вы растерли ее в руках. Психоактивные вещества могут впитываться даже через кончики пальцев, а у вас руки вспотевшие -- значит поры расширены. Скоро почувствуете цену своей ошибке.
– мужчина в белом говорил на отличном английском с легким британским акцентом. При этом он не переставал лучезарно улыбаться, оголяя отбеленные до неестественного состояния зубы.
– Вы ведь не из полиции?
– с сомнением произнес Сантьяго, стараясь незаметно вытереть ладони о штанины. Незнакомец ему с первого взгляда не понравился, при этом от него не скрылось сходство с мужчиной, которого он видел изображенным на марке.
– Меня зовут Деменитор, к вашим услугам. Читается как А-де-ме-ни-тор, но все пропускают первую букву, так что я уже перестал обращать внимание. Я, как бы это сказать -- он картинно осмотрелся по сторонам, выискивая несуществующих шпионов -- Я доставляю корреспонденцию. Сечете фишку?
– Торгуете наркотиками -- ответил Сантьяго, вкладывая в последнее слово как можно больше негатива.
– Не только ими. Я тут чуть ли не самый крупный поставщик в сфере развлечений.
– Послушайте, давайте проясним. Я не был намерен что-либо употреблять, мне случайно всучили как... как...
– Как компенсацию за не поставленные услуги?
– подсказал Деменитор.
– Можно и так сказать. Давайте не будем усугублять. Мне, как американскому подданному, не хочется каких-либо проблем. Я оставил в вашем заведении... оно ведь ваше, не так ли? Оставил значительную сумму, и очень надеюсь, что ко мне никаких претензий предъявлять не будут.
– Сантьяго старался звучать убедительно, но чувствовал, что попал в какую-то передрягу.
– Помилуйте, голубчик. Никаких претензий с моей стороны. Допивайте свое пиво и идите куда хотите, я вас удерживать не стану. Просто советую посидеть еще немного, пока все не закончится.
– Пока что не закончится?
– сказал Сантьяго, но уже и сам заметил некоторые... изменения в обстановке.
Бокал и бутылка пива на столе прямо на глазах размножились, превратившись в черные и белые фигуры, ведущие самостоятельную партию на многогранной, постоянно раскладывающейся и увеличивающейся шахматной доске. Пол зала покрылся рябью, как непроглядно-черная водная гладь.