Имита
Шрифт:
— Ну, вот, — с облегчением сказал Оливер, садясь рядом. — Теперь твои проблемы решены. Легко и быстро.
— Их убьют? — шёпотом спросила она.
— Не думай ни о чём, — снова сухо сказал Оливер.
— Совсем ни о чём? — заторможенно проговорила Луис. — Ни об ошейнике, который я добровольно нацепила на себя в тот момент, когда сказала тебе, что со мной… Ни о людях, которые умрут, потому что я попала в ловушку… Лучше бы они меня арестовали.
— И погиб бы Дэниел.
— Ты… профессионально решаешь проблемы, —
Он резко обернулся к ней всем телом — при этом слегка отодвинувшись так, чтобы между ними было небольшое расстояние.
— Полиция, — сказал он, будто пробуя слово на вкус. — Полиция. Что же натворила имита Тайры, что её ищет полиция? Ты, конечно, не скажешь?
Теперь она, собранная, как перед прыжком, сама слегка повернулась к нему. От недавней вялости не осталось ни следа. Она выглядела опасной. И не только выглядела. Эту опасность Оливер учуял кожей: он снова отодвинулся.
— Имита убила, — сказала она спокойно. — И может убить снова. Это ты хотел знать?
В комнате слышалось лишь зачастившее, еле уловимое дыхание напряжённого человека — и это была не Луис… Понимая, что он ничего ей не сделает, девушка опустила глаза и, тихо вздохнув, спросила:
— Ты сможешь сделать так, чтобы меня потом подвезли к бару Санни? Когда там всё успокоится? Мне осталось выступить с несколькими песнями.
— Да, смогу, — хрипло ответил он и сразу встал, при этом ещё немного отодвинувшись от Луис. Хотел было сделать это незаметно, но движение получилось судорожным.
— Я не кусаюсь, — тихо сказала девушка. И добавила: — Пока не доведут.
После чего отвернулась, а Оливер, мрачно посмотрев на неё, отошёл к небольшой барной стойке, которая делила комнату и место для обеда, — снова поговорить по вирту.
Луис сунула руку под куртку. Мокрый нос ткнулся в пальцы, и девушка погладила дракончика, безмерно ему благодарная, что в нужный момент своим ужасающим визгом, похожим на верещание (только для неё! Судя по всему, Оливер ничего не слышал), он успел остановить её в шаге от убийства.
Оливер после разговора по вирту сказал, что незнакомцы ушли из бара и, кажется, едут сюда. Он вывел её из своей комнаты через другую дверь — в другой проулок. Там их дожидалась машина. Луис решила, что «поводырь» доведёт её до машины и отправит с незнакомым водителем. Но он сел рядом, правда, оставив немного места между собой и имита. Водитель немедленно закрыл свою часть машины. Едва машина тронулась с места, девушка поняла — почему: Оливер заговорил с нею.
— Если хочешь, хозяева клуба обеспечат тебе постоянную охрану.
— И как это объяснить Дэниелу?
— Он не заметит наших охранников.
— Не уверена в этом. — И, помолчав — глядя в боковое окно, не оборачиваясь, Луис спросила: —
— Он из вечных бродяг, — пренебрежительно ответил Оливер. — Такого рода люди часто попадают в наш клуб. Никогда долго не сидят на месте, вечно перелетают с планеты на планету, будто ищут чего-то. Он с тобой не говорил о чём-нибудь?
Она поняла — о чём. Что ищет Дэниел. Усмехнулась.
— Автоматически ты перевёл меня в доносчики? Весьма признательна. Или ты думаешь, что теперь я стану источником информации по Дэниелу?
— Мы как-то вытащили у него два пистолета, — выждав немного и убедившись, что пауза затянулась, продолжил Оливер. — Это тоже хорошо вписывается в образ бесшабашного бродяги. Такие люди, как он, умеют многое, потому что часто им приходится приспосабливаться к тем обстоятельствам и условиям, в которые попадают.
Девушка не дрогнула ни единой чёрточкой лица: они не знают, что Дэниел — «мёртвый глаз»! И тут же вспомнилось, как Дэниел дал тот самый номер вирта — палочки-выручалочки: он набрал его на память. Свой вирт он вытащил лишь для того, чтобы она увидела его и вынула свой. Вывод: на его вирте того номера нет. Поэтому Оливер много чего о Дэниеле не знает.
Почему-то Луис сразу стало теплей: раз о них двоих, пойманных друг на друга, не знают хоть чего-то, это внушает больше уверенности.
Дэниелу она ничего не скажет. Не надо его беспокоить каким-то «поводырем».
Оливер всё поглядывал на неё, явно собираясь спросить о чём-то, но пока помалкивал. А самой девушке не хотелось говорить, потому как хотелось побыстрей оказаться в баре, где можно выпустить заскучавшего Прести.
Наконец они подъехали к бару Санни — с задворков, к служебному входу. Оливер вышел первым, подал руку Луис, помогая выбраться из машины. Хлопнул дверцей и только тут спросил:
— Тебе очень нравится Дэниел?
— То есть? — изумилась девушка.
— Когда всё закончится, я хотел бы… дружить с тобой. Если бы стала моей… подругой, ты получила бы очень многое. Разве тебе не хотелось бы стабильной жизни? Наш клуб может нам это обеспечить.
Он сказал эту потрясающую фразу настолько серьёзно, что Луис переступила на месте, слегка поворачиваясь, зная, что он вглядывается в её лицо и повернётся следом за ней — к свету. Да, он был очень серьёзен, высказываясь
— Оливер… — Она прикусила губу и, собравшись с мыслями, сказала: — Я не мастак говорит некоторые вещи. Вот только, мне кажется, быть поводырем — это так мелко.
— Я думал, ты скажешь — низко, — уязвлённо усмехнулся он.
— Нет. Именно мелко. Сталкивать людей, заставлять их следовать твоим указаниям, вынуждать их делать то, чего они не хотят, — с моей точки зрения, это мелко, потому что конечная цель — заставить их драться… Пусть ради больших денег… — Она снова неловко замолкла. — Нет, я не могу объяснить это.