Иметь и удержать!
Шрифт:
Квартира встречает их тишиной. «Нью-Йорк таймс» лежит на том же месте, двери в спальни по-прежнему плотно закрыты.
— Боже мой, вот лентяи, — смеется Элис, выставляя на стол кофе и рогалики. — Сейчас только выложу все это и пойду их будить.
— Чем помочь?
— Может, расставишь тарелки и разложишь ножи?
— Хорошо.
— О, и еще достань плавленый сыр из холодильника.
— Понял.
— Вот и хорошо. — Элис выкладывает из пакетов еду. — А теперь пойдем вытаскивать их из постелей.
— Дорогой, —
Джо поворачивается и сонно улыбается. Он уже проснулся, но в постели так тепло и уютно, что он позволил себе еще немного понежиться. Как ни странно, но он поймал себя на том, что думает о Джози. Какое-то время он совсем не думал о ней, не звонил, не писал, лишь изредка ее имя всплывало в электронной почте, которая приходила в офис, но сегодня утром он вдруг вспомнил ощущение ее кожи, запах ее волос.
Он как раз возбудился от этих мыслей, когда услышал, как в спальню вошла Элис. А, милая Элис. То, что доктор прописал. Он перекатывается к ней и забирается рукой ей под свитер, лаская груди и улыбаясь.
— Пошли. — Она отстраняется от него и откидывает одеяло. — Завтрак на столе.
Проклятие. Элис встает и удаляется из спальни. Она явно не в настроении, а ему явно не справиться со своей эрекцией. Черт, черт, черт. Медленно Джо выбирается из постели и направляется в ванную, чтобы принять холодный душ.
* * *
— Как здорово мы погуляли в Нью-Йорке! — вздыхает Эмили, оборачиваясь, чтобы бросить прощальный взгляд на город, остающийся вдалеке. — Нью-Йорк просто потрясающий! Я бы могла остаться здесь на всю жизнь.
Вчерашнее утро они посвятили шопингу, потом у них был ланч, театр и ужин в ресторане «Трибека». Эмили, и уставшая, и возбужденная, очень сокрушается, что они уже уезжают.
— Ну, ты им явно понравилась, — улыбается Гарри. — Моя дорогая Эмили, которая в одиночку помогла местной экономике встать на ноги.
Элис улыбается, но Эмили сидит с каменным выражением лица.
— Как ты можешь так говорить, Гарри? Все, что я купила, было либо с рынка на Кэнал-стрит, либо из маленьких дешевых магазинчиков в Сохо.
— Дело не в качестве, Эм, а в количестве, — говорит Гарри. — Ума не приложу, как мы все это потащим домой.
— Купим еще одну сумку, — ворчит Эмили.
— Мне казалось, у тебя больше нет денег? — возражает Гарри.
— О, ради всего святого, Гарри. Почему бы тебе просто не порадоваться жизни? — огрызается она. — Мы же на отдыхе. А на отдыхе нужно веселиться.
Элис и Джо чувствуют себя неуютно. Элис хочет подсказать Эмили, что пора успокоиться и перестать спорить, но она знает, что не стоит встревать в чужие отношения, поэтому молчит.
В конце концов Джо разряжает обстановку.
— Надеюсь, ты прихватил свой инструмент, Гарри. Думаю, у Элис найдется работенка для тебя.
— Черт. Я так и знал, что я что-то забыл. — Гарри хлопает себя
— Не страшно, — улыбается Джо. — Возьмешь мой.
Элис прыскает со смеху.
— У тебя же нет инструмента.
— Почему, у меня есть какие-то отвертки, — не сдается Джо.
— У меня есть инструмент, спасибо, — говорит Элис, оборачиваясь к Гарри, — и я буду рада одолжить его тебе.
— И кто сказал, что бывает бесплатный отдых? — с досадой произносит Гарри и устремляет взгляд в окно.
— Даже не верится, что это здесь, — восклицает Эмили, когда машина сворачивает на Хайфилд. — Мне всегда казалось, что настоящая природа только в Брайандене, но здесь просто потрясающе. Как в кино. Посмотри на эти леса, на эти деревья.
— Правда красиво? — улыбается Элис, уже спокойная и расслабленная. Они подъезжают к дому.
— Это он?
— Э-э… да.
— Прелесть какая, — говорит Эмили вполне искренне, хотя в глубине души она надеялась увидеть что-то более величественное. Она знает, что Джо планирует построить большой дом, как знает и то, что Элис вполне устраивает существующий вариант, и при всем том, что домик довольно симпатичный, в духе американской старины, все-таки это далеко не то, на что она рассчитывала.
— Мальчики отнесут багаж. Пошли, Эм, я проведу для тебя экскурсию.
Они обходят первый этаж, Элис показывает, что она покрасила, что отреставрировала, рассказывает, какие у нее планы на будущее. Потом они поднимаются наверх, где Эмили показывают три маленькие спальни, шикарную и уютную гостевую комнату с голубой накидкой на кровати и шторами в тон, с разбросанными по кровати милыми подушечками.
А затем опять спускаются вниз, выходят в сад через патио, направляются к пруду, где присаживаются на деревянную скамейку под старым кленом.
— Ты только послушай, — улыбается Элис.
— Что? Я ничего не слышу.
— Вот именно! Разве это не самое спокойное место на земле?
Эмили улыбается.
— Действительно. Я бы, наверное, сошла с ума, если бы жила здесь, но представляю, как тебе здесь хорошо.
— Но у тебя есть Брайанден. Там тоже природа.
— Да, но это Котсуолд, и там все по-другому. К тому же я бываю там только в выходные и большую часть времени трачу на то, что расталкиваю локтями американских туристов, которые толпятся в антикварных магазинах. Там довольно шумно, а здесь полный покой.
— Да. Это мое самое любимое место на земле.
— Знаешь, не могу поверить, что ты это сделала.
Эмили поворачивается к ней, и выражение лица у нее серьезное.
— Сделала что?
— Осуществила свою мечту. Ты ведь всегда этого хотела. Жить в деревне, вести простой образ жизни, и вот посмотри — все так и есть.
— Знаешь, я просыпаюсь по утрам, и иногда мне хочется ущипнуть себя, — смеется Элис. — Мне самой не верится, что я так счастлива.
— О Эли, это же так здорово. — Эмили крепко обнимает ее. — Я очень рада за тебя.