Иллюзия
Шрифт:
Лили молчала; она держалась на поверхности, погрузив рот в воду и дыша через нос. А Джина вдруг включилась в разговор, словно ей необходимо что-то делать или хотя бы говорить, чтобы сохранить контроль над собой:
– Значит, этот парень был последним, кто ее видел? Тогда это наверняка он! Ты говорил, он живет чуть ниже курорта и хорошо знает местность, это точно он!
Юго руководствовался той же логикой, но его выводы шли дальше. Таксист был немолод. Если он здесь вырос, эти места были ему знакомы еще до
– Но мне странно, ведь если это он, зачем ему использовать хранилище взрывчатки как свалку? – пояснил он. – Кто-то может прийти сюда и застать его врасплох, а у него вокруг дома и без того масса свободного места, так что в этом нет особого смысла.
– У него есть жена и дети? – спросила Джина. – Возможно, он хочет сохранить все в тайне от них и поэтому держит свою коллекцию подальше от дома.
Юго тоже об этом подумал: переоборудованная пещера могла быть каким-то образом связана с детством этого человека и поэтому он часто туда наведывается.
– А если это не он, как тогда объяснить исчезновение Алисы? – не отступала Джина.
– Кто-то заехал за ней в гостиницу или подобрал у вокзала. Человек, которого она знает и ни в чем не заподозрила.
– Черт возьми… Скажи мне, что это кошмарный сон.
Юго чувствовал себя так, будто с самого начала был готов услышать эту новость. Он допускал такую возможность, что погружало его в полный мрак, но у него было больше времени, чем у девушек, чтобы хоть как-то прийти в себя, не захлебнуться в эмоциях и логически отфильтровать свои мысли ради самозащиты. Он разработал целую систему умозаключений.
– Это не новичок, а кто-то из старожилов, – заявил он.
– А почему?
– Потому что там свалено совсем древнее барахло, потому что все это из той же породы, что и гирлянды в ельнике, я уверен, или тотемы людей, которые воют в лесу под усадьбой Страфа. Это то, что происходит уже давно.
Произнося это, Юго увидел, как обе, Джина и Лили, чуть глубже погрузились в воду. Ошеломленные. Испуганные. Нелепость ситуации – они в бассейне и говорят о смерти женщины, о присутствии убийцы – была совершенно очевидна для них. Это сбивало их с толку.
– А одежда либо скопилась там за многие годы, либо украдена, забыта или потеряна… Либо, как у Алисы… – сказал Юго.
– Он убивал не один раз, – заключила Джина бесцветным голосом.
Юго ни за что не хотел, чтобы они, осознав масштабы того, с чем столкнулись, впали в ступор. Он продолжил:
– Зато теперь все ясно. После ловушки, которую мы расставили Деприжану, трудно поверить, что он в этом замешан. То же самое касается и Адель.
– Что за ловушка? – спросила Джина.
Юго не ответил.
– Старина Макс очень рукастый, А. С. почти признался мне, что Макс участвовал в изготовлении талисманов из костей в лесу. Возможно, тотемные столбы тоже его рук дело. И
– Я каждый день сталкиваюсь с ним в Большом Б, – побледнев, призналась Джина.
Юго продолжал:
– У А. С. есть ключи от хранилища, но это еще ничего не значит. Надо проверить, может ли кто угодно войти туда, когда захочет. Но не в его пользу говорит то, что он единственный, кому меньше пятидесяти. И живет он в Валь-Карьосе вместе с Симоной, своей матерью, которая разъезжает взад-вперед между этим местом и особняком Страфа. Конечно, нельзя исключать Тика и… Армана с Поло. Они уже давно приезжают сюда каждое лето. Они тоже довольно молодые, сильные и способны справиться с женщиной.
Внезапно Юго осознал, что с самого начала Лили не проронила ни слова.
– Ты в порядке?
Она приподняла голову над водой, чтобы губы оказались над поверхностью.
– Я тоже под подозрением?
– Ты? – в недоумении переспросил Юго.
– Я живу здесь уже три года. Я тоже «старожил».
– Ну конечно же нет. Талисманы намного старше и тотемы тоже, а если учесть, насколько изношена некоторая одежда и сумки в подвале, то, думаю, речь идет по меньшей мере о пяти, а то и о десяти годах!
Лили поджала губы. Они почувствовали, что она, обычно такая волевая, вот-вот расплачется, и это особенно пугало. Джина положила руку ей на плечо. Юго же был так погружен в свои рассуждения, что, пытаясь защитить себя, утратил эмоциональную гибкость, и мысль утешить Лили даже не пришла ему в голову. Джина покачала головой, обнимая подругу:
– Не могу поверить, что мы сейчас говорим об Алисе. Все звучит так… реально.
– Количество фактов не позволяет сомневаться, – упорствовал Юго.
– Надо сообщить в полицию, – сказала Джина. – Теперь у нас есть доказательства.
Юго покачал головой:
– Пока нет. Если стоящий за этим ублюдок соблюдал меры предосторожности и не оставил ни отпечатков пальцев, ни следов ДНК, полиция ничего не найдет и уедет ни с чем, а мы втроем окажемся под прицелом убийцы.
– Убийцы, – тихо повторила Лили.
Юго кивнул.
– Не будем прятать голову в песок и признаем, что все именно так, – сказал он.
– Но все равно это дело полиции, – настаивала Джина. – Что еще мы можем сделать?
– То, что уже начали. Послушай, Алиса исчезла месяц назад, и мы думали, что все нормально, у нас не было никаких улик. И вот что мы теперь нашли – если будем продолжать копать, найдем еще что-нибудь.
– То, что ты нашел, – ответила Лили, и в ее глазах снова сверкнул гнев. – Ты не поделился со мной тем, что задумал. Мы должны доверять друг другу. Ты был обязан предупредить меня, и я бы пошла с тобой.
– Ты бы меня отговорила.
– Возможно, но ты подвергаешь себя бессмысленному риску.