Иллюзия
Шрифт:
Раздался ГРОХОТ внутри самого здания. Оба отпрыгнули как можно дальше от окна. У обоих бешено колотились сердца. Они пытались разглядеть малейшую трещину, предвестник обрушения, услышать внезапный звон разбиваемого стекла – первый сигнал, что вся конструкция вот-вот рухнет…
Ничего…
– Это деревянная балка наверху, – сказала Алиса с наигранным смехом. – По крайней мере, я надеюсь.
– Хорошо бы.
Она придвинулась к нему поближе.
– У меня тоже были такие галлюцинации, – рассмеялась девушка.
В панике она не заметила, как ее волосы распустились
Теплая волна поднялась у него откуда-то снизу живота прямо к мозгу, пробуждая ту область тела, которая до сих пор пребывала в спячке. Но в его нынешнем мрачном состоянии духа он не был готов и вздрогнул. Идея не из лучших.
Алиса улыбнулась ему. Послезавтра она уезжает, они ничем не рискуют. Так быстро он не успеет в нее влюбиться, раз уж она не смогла раскрутить его за двое суток. Люси понадобилась всего одна фраза, но она прозвучала эхом семи лет совместной жизни. Почему надо лишать себя удовольствия, если оно к тому же может немного облегчить его нынешние страдания? Потому что мне страшно. Я не готов.
Это просто смешно. Он занимался любовью сотни раз, а может, и тысячи, познал многих женщин, старался изо всех сил быть внимательным любовником, но никогда не испытывал такого страха. Этого не хочет мое тело, а вовсе не голова. В сочетании с трусостью, проявленной накануне, Юго почувствовал, что всякое желание покинуло его. Он не мог заставить себя «настроиться», не получалось. Этот облом привел его в ярость. Он отстранился.
– Мне холодно, я пошел. Получай удовольствие напоследок, только не опирайся на эту штуковину – никогда не знаешь, что может случиться, – сказал он, чтобы скрыть смущение.
Но в глубине души он чувствовал себя униженным.
– У тебя что, мотор внутри? – воскликнул А. С., перекрикивая рев бензопилы.
Юго с энергией, граничащей с яростью, распиливал заготовленные накануне бревна.
– Нужно разрядиться.
– Вижу… Постарайся не забывать о правилах безопасности, особенно о положении тела по отношению к пиле, о’кей? Как-то не хочется, чтобы в порыве гнева ты срезал себе все мясо с голени.
Через несколько минут А. С. вернулся к сути вопроса:
– Ты из-за бабы? Часто мужики так бесятся из-за баб.
– Нет, из-за себя самого. Я бы не прочь, чтобы ты угадал, но нет…
На этом разговор закончился.
Выбиваясь из сил весь вторник, к ужину он почувствовал себя бодрее. Он знал, что это просто вопрос времени и терпения. Он больше не был призраком, оказавшимся на земле проездом, он вновь контролировал свои эмоции, интересовался другими людьми, вновь обретал способность иронизировать, и, самое главное, к нему возвращались желания, даже если он не мог пока их удовлетворить. Вскоре ущерб, нанесенный расставанием с Люси, станет не более чем воспоминаниями, едва заметными затянувшимися
Только вот эпизод в бассейне саднил как заноза. Секс на одну ночь, чтобы снова почувствовать себя с женщиной как рыба в воде… Забавный получился каламбур. Уже неплохо. Весь день он колебался, не решаясь попытать счастья в последний вечер Алисы – развлечься, доказать себе, что все системы работают нормально, обрести былую уверенность… Но, вернувшись в квартиру, понял, что не станет этого делать. Побоялся получить отказ, опасался последствий. Оказаться не на высоте. Нет, даже хуже: убедиться, что на самом деле желания у меня нет.
Даже Люциен Страфа и его поместье вылетели у него из головы. Ему было все равно, у него просто не хватало душевных сил, чтобы беспокоиться об этом.
Сегодня ему не хотелось ужинать в одиночестве, и он надеялся, что в столовой будут хотя бы Лили, Эксхел или даже Тик и Так, как он прозвал Армана и Поло.
Вся компания сидела за одним столом, за исключением старшего поколения, которое, как обычно, отсутствовало. Людовика и А. С. тоже не было. И Алисы, заметил Юго. Они ужинали, развлекаясь обычной перепалкой между водопроводчиком и электриком, и Юго заметил, что Лили, похоже, кого-то ждет.
– У тебя с кем-то встреча?
– Я жду Алису. Она должна подойти, чтобы договориться на завтра. Я повезу ее на вокзал.
Вспомнив о своеобразной манере вождения инструктора по лыжам, Юго мысленно пожелал Алисе мужества и удачи, чтобы они добрались до долины целыми и невредимыми. Все немного задерживались, Арман поделился с Мерленом косяком, не заботясь о детекторах дыма.
– Это я их устанавливаю, – ухмыльнулся электрик. – Могу настроить, чтобы работали вхолостую! И открою секрет: хорошая трава не звенит, по этому ее и можно распознать.
Дальше последовал цирковой номер: он залез на стол и, несмотря на протесты Лили и Эксхела, стоял там, пока не запищала сирена. Все замерли, опасаясь последствий, но Арман предусмотрительно отключил ее от остальной системы, и пожарная сигнализация не сработала.
Юго мыл на кухне посуду, и, когда все разошлись, туда заглянула Лили:
– Она не заходила, пока меня не было?
– Алиса? Нет.
– О’кей. Тогда пойду к ней в комнату.
– Я с тобой, – сказал он и выключил воду; руки все еще были в белой пене.
Все, что угодно, лишь бы не оставаться одному в своей постели. Наверное, перепил кофе, подумал Юго; его тело было словно заряжено током, а мысли неслись как угорелые.
К своему огромному удивлению, он обнаружил, что квартира Алисы не только находится в том же здании, что и его, но даже на том же этаже, только в другом коридоре, на западной стороне. Если бы я знал… Если бы ты знал, то тем более ничего бы не сделал, заговорил в нем здравый смысл. Нужно перестать использовать условное наклонение, за которое он слишком сильно цепляется.