Иллюзион
Шрифт:
«Оставляю его тебе, — писала Настя. — Я сделала себе копию, так что диск твой. Хочешь, пользуйся. Хочешь, уничтожь — если сочтешь, что все это не для тебя. Одна просьба: никому не говори о нем. Есть люди, готовые на все, чтобы заполучить эти материалы. Так что молчание — залог твоей безопасности».
Отложив записку, я достал диск из коробки, задумчиво покрутил его в руках. Затем сунул обратно и положил в ящик стола. После чего поздравил себя со столь замечательной выдержкой.
Увы, моей выдержки хватило всего на два дня. Каждый раз, когда я подходил к компьютеру, мой взгляд неизменно цеплялся за ящик
Диск оказался заполнен примерно на двадцатую часть — чуть больше тридцати мегабайт информации. Но и этого оказалось более чем достаточно: скопировав на компьютер содержимое, я понял, что для того, чтобы все это перечитать, понадобится не одна неделя.
С самого начала изучения материалов стало ясно, что они не систематизированы. В одну кучу были собраны самые разные файлы: книги, письма, статьи, материалы с каких-то интернет-форумов. Среди них я отыскал и дневник Сергея: в нем он выдвигал какие-то идеи, сам же их прорабатывал. Что-то принимал, что-то отвергал. Море информации, и во всем этом мне предстояло разобраться.
В какой-то момент, читая одну из заметок Сергея, я вдруг почувствовал, что все это меня заинтересовало. И ощутил страх — веяло от собранных на диске материалов чем-то сатанинским. Ведь не зря же, в конце концов, церковь так негативно относится к колдовству. Не может человек влиять на реальность такими методами, не имеет права. Богу — богово. Кесарю — кесарево…
Признаюсь, эти мысли в очередной раз заставили меня спрятать диск, я стер материалы с компьютера. Был готов даже уничтожить сам компакт-диск, чтобы разом избавиться от сомнений. Но что-то меня удержало. Вечером следующего дня я уже не был уверен в правильности своих мыслей. Еще через сутки снова скопировал материалы на компьютер, поздравив себя с тем, что не уничтожил их.
Это были сложные месяцы. Моя жизнь разделилась на две части: работу и изучение материалов Сергея. Все остальное перестало существовать. Настя мне так и не написала, поэтому оставленный ею компакт-диск с материалами стал единственным напоминанием о нашей встрече.
Несмотря на то что материалы я читал достаточно хаотично, постепенно у меня начали вырисовываться контуры системы, которой придерживались Сергей и его друзья. Именно придерживались — в какой-то момент я с удивлением понял, что для их пути были характерны именно бессистемность, отсутствие каких бы то ни было догм. Казалось, эти люди принимали какие-то положения только для того, чтобы впоследствии от них отказаться. Все это они называли магией хаоса — элементы первозданного хаоса собирались в связанную картину, но только для того, чтобы впоследствии вновь распасться. Не было ничего стабильного и неизменного — их мир напоминал сон.
Все, что я читал, порой казалось откровенным бредом. Но я видел, что Настя сделала с тарелкой. Я помнил о том, что Сергей знал час своей смерти. Не час даже — минуту. И от этого уже нельзя было так просто отмахнуться.
Через какое-то время после начала изучения материалов я понял, что именно статьи и письма Сергея представляют для меня наибольший интерес. Было в них что-то необычное, что-то такое,
Примерно к исходу третьего месяца я проникся истинным уважением к тому, что делали Сергей и его друзья. Да, у них что-то не получилось, они проиграли. Но это никак не отменяло их заслуг. Они смогли бросить вызов неведомому — читая материалы диска, я начинал понимать, что такое Джара. Начинал чувствовать ее.
Были и неприятные моменты: чем больше я знакомился с материалами, тем лучше понимал, как мало знаю, об умениях говорить пока вообще не приходилось. Мне уже под тридцать, упущена бездна времени. Можно ли наверстать упущенное? Как это сделать?
К началу августа я вроде бы нашел ответ. Причем нашел его не в материалах диска, а в одной из книг, купленных в книжном магазине. Книга называлась «Тень ведьмы» и принадлежала перу Флоринды Доннер. Именно эта самая «тень» меня и заинтересовала. Из книги я понял, что «тень» представляла собой некое абстрактное звено связи с Колесом судьбы. «Тень» падала на человека, Колесо судьбы поворачивалось, меняя его жизнь. Ведьма, умирая, могла передать свою «тень» ученице — чтобы та вошла в поток ее жизни, получила ее силу. Для этого ученица должна была присутствовать при смерти своей наставницы. Когда я прочитал об этом, то подумал, что у меня произошло что-то подобное — я был рядом с Сергеем в момент его гибели. Да, я не был его учеником. Но так ли это важно? Я становился его учеником сейчас, когда читал эти материалы.
Разумеется, я не был уверен в том, что поймал «тень» Сергея. Как минимум не чувствовал этого. Так, может, следовало как-то приманить ее?
Я не знал, как это сделать, а спросить было не у кого. И в какой-то момент решил сделать все наобум — так, как подсказывала мне интуиция. Внешне все выглядело очень просто: читая очередное сообщение Сергея, я заметил в нем опечатку. Две буквы поменялись местами — банальность. Подобные опечатки я встречал в материалах сплошь и рядом и даже не пытался их исправлять. На этот же раз, подталкиваемый каким-то непонятным побуждением, исправил опечатку. При этом ЗНАЛ, что совершаю магический акт по входу в «тень» этого человека. Это было мое волеизъявление, мое решение. Нечто, не подлежащее изменению.
Следующие несколько недель не принесли никаких перемен. Тем не менее в моей жизни начало появляться что-то новое. К этому времени я стал практиковать одну из описанных Сергеем техник — «Игры с реальностью». Суть техники сводилась к тому, что маг начинал по-новому относиться к окружающему его миру. Для нас в этом мире нет ничего необычного — все давно известно, мы твердо знаем, что есть что. Сергей же предлагал наделять уже известные нам элементы мира новыми значениями.
Сначала на первый план выходили Знаки силы — или Знаки Джары, как предпочитал говорить Сергей. На первых порах в контекст реальности вносились пять знаков: знак явной опасности, знак направления движения, знак знания, знак действия, знак бонуса. В качестве самого знака могло выступать что угодно, начиная от пролетевшей птицы или упавшего листка до цвета сумки, пакета в руках проходящей мимо тебя женщины. Любая из деталей окружающего мира могла стать Знаком Джары.