Ильхо
Шрифт:
Кай был с ней согласен.
Сестра была права: моряки пялились на неё. Особенно теперь, когда за ними вот-вот должны были прислать. Его люди, не менее вымотанные долгим ожиданием да и самим путешествием, всё же не теряли бдительности, всегда держась поблизости. По возвращении домой Кай собирался щедро вознаградить наёмников.
– Это неучтиво, – прошипела сестра ему на ухо. Они были почти одного роста, и ей это не составляло труда. – Нас выставляют на посмешище.
– Терпение и ещё раз терпение, – ответил он,
– Ты не прав. Как мы заявим о себе, так к нам и будут относиться. В конце концов, они тоже аристократы, им известны правила.
– Я бы не был так уверен.
– Вон там! – наёмник указал куда-то в сторону водной глади, отделяющей остров Встречи от Кораллового острова. – Плывут!
Кай и сам теперь видел.
– И это всё? – Кайя подалась вперёд, к самому борту, всматриваясь вдаль. – Они издеваются?
Кай тяжело вздохнул. Он тоже был обескуражен: к ним плыла одна-единственная лодка. С одним гребцом.
– Как это понимать? – без приветствий крикнул он сверху вниз, стоило лодке стукнуться о бок корабля.
– Герцог приветствует гостей и приглашает вас ступить на свой остров, – прокричал в ответ сухонький человечек, одетый как простолюдин.
– Как мы все поместимся туда? – выкрикнула сестра разъярённо.
– Лодка рассчитана на двух пассажиров, – с доброжелательной улыбкой заметил гребец, с прищуром глядя наверх. – Я вас мигом домчу до берега.
Кайя истерично рассмеялась.
– А как же наши люди? – возразил Кай.
– На остров могут высаживаться только гости Герцога. Больше никто. Вас обеспечат всем необходимым, в том числе прислугой.
– Это же бред! – Кайя обратила к нему беспомощный, разгневанный взгляд.
– Кайя, – пришлось произнести с нажимом, – давай воспользуемся гостеприимством Герцога.
Сестра прожгла его взглядом тёмных, таких же как у него, глаз.
– Раз ты настаиваешь, – процедила она сквозь зубы.
– …А как же наш багаж? – спохватилась Кайя, когда они не без неприятностей спустились по верёвочной лестнице и разместились в лодке, что неспокойно покачивалась на волнах.
– Его доставят в течение дня, – «успокоил» их добродушный человечек и принялся очень резво и сноровисто для своего телосложения грести в сторону Кораллового острова, окутанного лёгкой дымкой пасмурного тумана.
Кай вслед за сестрой обратил взгляд к месту, о котором так много слышал. Что из этого правда, а что выдумки – ещё предстояло узнать.
Словно прочитав его мысли, Кайя обернулась к нему.
– Думаешь, это правда?
– Что именно?
– Что он пытался пересадить сердце живого человека одной из своих машин. За это его сослали?
Кай бросил взгляд на гребца, но тот и бровью не повёл: наверное,
Только немногие, в том числе сам Кай, знали, что это было правдой.
* * *
– Так откуда ты, девочка?
Барудо устало опустился на табурет. Этрь уже суетилась в его лавочке: отпускала редким покупателям товары, налила ему воды.
– Я ищу отца, – ответила она уверенно. Даже в полумраке навеса прозелень её глаз будто светилась.
– Ты же нездешняя.
– Я приплыла с прошлым караваном. Наверное… Закавыка в том, что мне нельзя было просто высадиться на остров: у меня не было при себе документов. Поэтому в ночь перед отплытием я прыгнула в море и добралась до острова вплавь.
При этих её словах Барудо обмер – ему вновь вспомнилось то чудище.
– Но мне не повезло. В темноте я не различила волнорез – а может, обыкновенную скалу, – и волна ударила меня о камень. Я потеряла сознание. Меня чудом вынесло на берег, а утром меня нашёл Руго, священник. Это то, что я помню.
– А как ты оказалась на судне без документов?
Этрь нахмурилась, но даже это выражение не испортило её красивое лицо.
– Переоделась мальчишкой! – нашлась она вдруг и рассмеялась. – Это похоже на меня.
– Верно, – усмехнулся Барудо.
Вот как бывает. Его сын сбежал, отправившись на Большую Землю, отца бросил. А Этрь объявилась здесь, безрассудно преодолев волны в ночи, в поисках отца…
– Хочешь стать моим подмастерьем?
– Серьёзно? – обрадовалась девочка. – Возьмёте?
– А почему нет? Ты кажешься смышлёной и не боишься трудностей…
– Я с радостью, – перебила она его. – Мне нужно дело.
– А где ты живёшь?
– В часовне. Священники очень добры ко мне. А я помогаю им, чем могу.
Сердце Барудо оттаяло: наконец-то он перестал чувствовать сковывающий, леденящий ужас прошлой ночи. Даже тоска по сыну на мгновение отступила.
– Ну? – натянув на голову красную повязку, выуженную из кармана шаровар, и подбоченившись, деловито спросила Этрь. – Когда вы будете меня учить?
– Вряд ли я сегодня на что-то гожусь. Приходи завтра…
– Нет, нет. Так дела не делаются! И вам же здесь нужна помощь…
– Дядя Барудо! – донеслось издалека. – Вы про морского дьявола рассказываете?
Барудо отдернул край занавески и посмотрел наружу. Это были местные шалопаи: Ильхо и его верный спутник, Тео. На их коже виднелись капли, и с волос капало в пыль под ногами – наверное, они шли с озера.
Он улыбнулся. Ильхо-то наверняка выслушает его и не будет высмеивать, не назовёт пьяницей.
Но тут мальчишка застыл как вкопанный, уставившись на Этрь.
– Ты! – недовольно произнёс он, словно одним своим присутствием она оскорбляла его.
Девушка поглядела на него в ответ без капли страха или непонимания.