Ильхо
Шрифт:
– Когда нас встретят? – подала голос Кайя.
– Хозяин, с семьёй и прислугой, уже ждёт вас во внутреннем дворе, – с всё так же удивляющей белизной улыбкой отвечал сухонький человечек.
– Прелестно, – мрачно заметила сестра, опустив лицо к его плечу. – Не перед воротами, а во внутреннем дворе.
– Здесь нет ворот, – ответил Кай, хоть ему и самому было не по душе всё, начиная с прибытия.
– Но есть арка.
Арка и впрямь виднелась впереди – словно белый камень оплавился от здешней жары, потёк да так и застыл под дуновением свежего ветра с моря.
– Но мы же не будем делать из этого
Она тут же подобралась и ответила более чем спокойно:
– Разумеется, нет.
За аркой их встретил фруктовый сад, а следом, за одним из поворотов дорожки, показался замок.
– Ты видела когда-нибудь подобную красоту?
И остров, и замок на нём называли Коралловым – теперь Кай понимал почему. Белый, как песок на здешних пляжах, камень и впрямь выглядел словно коралл. Весь из плавных, округлых линий, с витражами, что узорами напоминали крылья стрекоз, с башней, что казалась плодом трудов скорее невероятных гигантских насекомых, которым было под силу проточить в твёрдой породе ходы-окна, нежели человеческих рук. Совсем небольшой по меркам остального мира, но оттого не менее изумляющий своей красотой.
С трудом даже верилось, что простой смертный мог в одиночку закончить строительство чего-то настолько изящного. Ходила в свете легенда, что Тео попросил помощи у моря и земли под его ногами, и те возвели замок по задумке архитектора из пены и песка. Теперь Кай не считал её такой уж глупой; при взгляде на замок он понимал, как уместно это сравнение, ведь тот идеально вписывался в местный пейзаж, будто поднялся когда-то вместе с островом из-под океанских вод.
Он так залюбовался, что не сразу заметил людей, что поджидали их перед ступенями, поднимающимися на террасу. Зато Кайя была бдительна: она отпустила его руку и подняла над головой зонтик, чтобы предстать перед хозяевами здешних мест со всем достоинством и превосходством. Даже походка её сделалась легче.
Немногочисленные слуги выстроились рядком, и, хоть все они были приезжими с Большой земли, казались похожими друг на друга цветом кожи и оттенком тёмных волос, словно солнце и просоленный воздух за годы жизни здесь сделали из них один народец.
Зато семья на их фоне выделялась не только одеждой, но и светлой кожей: трое стояли впереди, приветствуя гостей, – мужчина и две женщины.
Фигура Герцога приковывала взгляд. Немолодой уже мужчина, ростом выше среднего, худой, но крепкий с виду, с серебрящимися на свету волосами, с глубоко посаженными, пронзительно светлыми глазами, низкими прямыми бровями и жёсткой линией тонких губ. Он был одет по-простому: никакого пиджака или куртки, только серый жилет поверх рубахи, рукава которой были закатаны и оголяли крепкие жилистые предплечья; на кистях виднелись следы плохо смытой глины.
– Рад видеть вас в Коралловом замке, – в меру доброжелательно поприветствовал их он. – Окажите нам честь, будьте нашими гостями.
Его губы растянулись в сдержанной улыбке, но глаза глядели холодно. Кай подал Герцогу руку, засвидетельствовав крепкое рукопожатие.
– Мы с удовольствием примем ваше приглашение. – Он был научен выказывать расположение, даже когда ничего подобного не испытывал. Не в отношении этого человека.
– Позвольте мне познакомить вас с
Герцог представил им свою сестру Регину – женщину с недовольной, брезгливой миной на лице. Это выражение не могла сгладить даже очень фальшивая, чрезмерно льстивая улыбка.
А затем им была представлена её дочь, девушка по имени Лолли. Симпатичная, белокожая, тоненькая, но с абсолютно глупым, растерянным взглядом. Она захлопала от удивления ресницами, завидев его, и Каю сделалось чрезвычайно неловко: так неумело с ним ещё ни разу не флиртовали. Он поторопился представить хозяевам Кайю.
Его сестра и на Большой земле до сих пор вызывала ажиотаж в свете, что уж было говорить об этом Богом забытом месте. Герцог продолжал смотреть холодно, но, как Кай уже понял, это был его взгляд на все случаи жизни: как для близких, так и для чужаков. Зато сестра Герцога и её дочь невероятно оживились, стоило им заслышать мягкую, плавную речь его сестры и убедиться в утончённости её манер. Отец был прав, Кайя была их лучшим оружием. Даже слуги принялись перешёптываться.
– Пройдёмте внутрь, – рассыпалась в любезностях Регина. – Вы, должно быть, устали и проголодались. Мы уже накрыли для вас стол с винами и деликатесами, не хуже чем на Большой земле.
«Сомневаюсь», – прочитал Кай во взгляде сестры, но вслух она ответила лишь:
– Мне не терпится попробовать местную кухню! Но, дорогой Герцог, я не вижу здесь ещё одного члена вашей семьи. Где же ваш сын? Почему он не встречает нас?
Регина тут же переменилась в лице. Кай и это подметил: она уже очень давно была недовольна племянником.
– Ильхо будет позже, к ужину, – заверил без всякой заминки Герцог. – У него много… дел на острове.
Едва заметный вздох разочарования, сорвавшийся с уст хозяина замка, не ускользнул от внимания Кая. Что ж, кажется, этот Ильхо и в самом деле тот, кто им нужен.
* * *
Чаща, куда они забрели, глушила вокруг все звуки и зеленила рассеянный солнечный свет.
– Ты ведь так и не ответила.
– О чём?
Этерь шла впереди, перелезая через высокие гибкие корни и иногда срывая то ягоду, то цветок. Последний, белоснежный, она заткнула за ухо.
– Ты русалка?
– Отвали!
На её губах заиграла улыбка, а на щеках – ямочки, и по её хитрому взгляду Ильхо понял, что прав.
Они выбрались из-под крон деревьев на открытое пространство. Неподалёку земля обрывалась под ногами и устремлялась к скалистому берегу отвесной стеной, у подножия которой разбивались такие буйные с этой стороны острова волны.
– Я здесь впервые, – оглядевшись, произнесла Этерь.
– Отсюда недалеко до Цехов, – Ильхо указал в ту сторону, где, пробравшись по тропинке через холм, можно было выйти прямо к цеху сборки. – Слышишь шум? Это вагонетки.
– А ты тоже работаешь? Участвуешь в семейном деле? – спросила она, прищурившись.
Ильхо улыбнулся и покачал головой.
– А какое у тебя дело?
– Дело?
– Чем ты здесь занят?
Прихватив за спиной одной рукой локоть второй руки, Ильхо двинулся ей навстречу, рассуждая:
– Я люблю кататься на волнах.
– Как это? – Этерь с любопытным блеском глаз потянулась к нему.
– Заходишь в воду, ждёшь волну, а потом встаёшь на доску и пытаешься удержаться на ней.