Иисус Навин. Давид
Шрифт:
Через несколько месяцев Саулу пришлось немало сделать, чтобы завоевать крайне важную для него поддержку колена Иуды. Наас, царь аммонитян из-за Иордана, осадил Иавис Галаадский на территории Манассии, и Саул нанес ему сокрушительное поражение, позволив Израилю впервые ощутить сладость настоящего успеха со времени унижения на полстолетия раньше в Афеке. Самуил и Саул быстро использовали эту победу. Царя проводили на собрание южных колен в их культовом центре, Галгале, где Иисус Навин впервые вступил на хананейскую землю примерно за 250 лет до этого. Там Самуил снова помазал Саула, чтобы почтить его ропщущих южных подданных. Самуил провозгласил права и обязанности монарха, чтобы восполнить отсутствие их в законах и утвердить свое собственное превосходство в правящей иерархии. Иуде понравился жест Саула, его победа
Израиль, до сих пор лишь народ, стал нацией. Но ему еще предстояло завоевать свою свободу. Фактически он все еще оставался в подчинении князей Филистии. Саул создал и обучил первую постоянную армию Израиля. Он разделил своих бойцов на мелкие отряды и расположил их против филистим-ских гарнизонов на высотах как партизанскую ударную силу. Отряд под командой сына Саула Ионафана напал без предупреждения на филистимский гарнизон в Гиве и полностью истребил его. Когда филистимские князья получили известие о провозглашении Саула царем и о нарастающем восстании в горах, они направили свои основные силы в Михмас, приказав им утихомирить израильтян. Но израильские наемники восстали против своих филистимских командиров и перешли на сторону Саула. Царь удачно расположил свои войска и, снова с помощью Ионафана, одержал блестящую победу при Михмасе. Могущество филистимлян ни в коем случае не было ломлено, но князья не сумели раз и навсегда усмирить непокорную нагорную страну.
Саул продолжал наносить мощные удары в ходе приграничных столкновений с Едомом, Моавом, Аммоном, Совой и с совершавшими набеги кочевниками амаликитянами, которые пытались воспользоваться тем, что Израиль поглощен войной с филистимлянами. Помимо того, что Саул умел командовать, как никто, он также дал нации наследника, воистину достойного быть его преемником, — Ионафана. Последний не только унаследовал воинское мастерство своего отца, включая блестящее тактическое искусство, но и проявлял похвальную скромность, которая одинаково нравилась и населению, и солдатам.
Меж тем царский дом демонстрировал, что у него нет ни малейшего желания выглядеть всего лишь ставленником Самуила. Последний был глубоко встревожен, но ум и преклонный возраст побуждали его оценивать события предельно. трезво.
Самуил отдавал себе отчет в том, что он свою игру полностью проиграл. Принимая Саула и Ионафана с таким энтузиазмом, народ тем самым отвергал его, Самуила, а стало быть — Яхве. По крайней мере, именно так воспринимал Самуил успехи Саула. Израиль никогда больше не захочет вернуться к древним обычаям. Пророк был охвачен муками бессилия. Зависть, гнев и сознание своей правоты довели его до безрассудства.
Что ж, филистимляне — по крайней мере, на данный момент — были посрамлены. Сейчас самое время поставить на место Саула.
Глава 2
ИБО ЭТО ОН
Священники Израиля, служители Господа, охраняли Завет, полученный Моисеем на Синае, и свод законов, проистекавший из него. Они неустанно твердили, что наипервейший долг каждого человека — достижение морального совершенства, что спасение человека кроется в верности и прославлении Яхве. На священных алтарях Израиля богатые люди и бедняки жертвовали часть своего мирского достояния верховному Правителю, и еще часть — на содержание священства. Самуил главенствовал над священниками, считавшими, что у израильского народа нет более неукоснительных обязанностей, чем эти. В суровой пустыне, по которой еще недавно странствовал народ Израиля, у людей еще не существовало понятия государственности, монархии, представления о фиксированных границах, не было напряженных внутренних и внешних раздоров.
Самуил понимал историю не как череду человеческих деяний, но как действия Яхве, проводимые через посредство людей. И если Яхве через свой народ ныне постановил, чтобы в Израиле был царь Саул, который призван помочь Израилю в эти тяжкие времена, тот же самый Яхве, действуя через своих священников, может в определенный момент и сместить его.
Права и обязанности светской власти сталкивали Саула совсем с иными реальностями, и они не соответствовали Самуиловым. Они не допускали такого теологического преимущества. Саул правил от имени Яхве.
Священники стремились сохранить давно установившееся представление израильтян об отношениях между человеком и Богом, тогда как Саул рассматривал свою миссию как установление надежного якоря на земле для Божьего Царства. Неясное представление Саула о новом национальном порядке было представлением о некоем треугольнике власти: внизу равенство духовных и светских властей, а на вершине — Яхве. Но Самуил отказывался принимать какой бы то ни было порядок, основанный на постоянном союзе или хотя бы на сосуществовании с Саулом.
Враги Израиля все еще не были побеждены. У Саула не было ни времени, ни желания вступать в борьбу за власть со священниками. Он был вождем-вои-ном, всецело поглощенным созданием единой победоносной боевой силы из ополчения истово независимых племен.
И все же Саул был в достаточной степени политиком, чтобы попытаться предотвратить прямое столкновение между его новорожденным правительством и старейшим институтом священства. Такая борьба, неизбежно ведущая к расколу, была крайне нежелательна, особенно в то время, пока идет война. Но он также понимал, что Самуил рассматривает каждый военный успех как поражение старого порядка. Саул старался по возможности учитывать мнение Самуила, советоваться с ним по поводу важных решений, когда это было разумно, и не реагировать на происки, наскоки и оскорбления Самуила, каждый раз, когда старый священник пытался спровоцировать прямой разрыв. Ибо единственной целью старика было падение Саула, и тот прекрасно понимал, что авторитет Самуила у народа был все еще велик, и зачастую, видимо, превышал его собственный.
Враги Израиля не давали Саулу хоть какой-то передышки, чтобы тот мог полностью утвердить новую центральную власть. Самуил, с другой стороны, управлял сложным аппаратом священников и их помощников-левитов, которые обслуживали местные и региональные культовые святыни по всей земле. Через них Самуил получал свободный доступ фактически к каждому члену своей паствы, а штат священников, в свою очередь, обеспечивал его немедленной информацией обо всем, что им становилось известным, начиная от жалкой деревушки и до дворца Саула в Гиве.
Самуил без колебаний использовал это преимущества в своей борьбе с царем, и его клевреты охотно присоединялись к заговору. Самуил проповедовал перед народом, вызывая грозный образ Яхве: «Вы узнаете и увидите, как велик грех, который вы сделали перед очами Господа, прося себе царя». Он несколько раз повторил свои предостережения, которые он делал еще в те времена, когда старейшины впервые собрались в Раме, чтобы просить о монархии:
«Вот какие будут права царя, который будет царствовать над вами: сыновей ваших он возьмет, и приставит их к колесницам своим, и сделает всадниками своими, и будут они бегать перед колесницами его; и поставит их у себя тысяченачальниками и пятидесятниками, и чтобы они возделывали поля его, и жали хлеб его, и делали ему воинское оружие и колесничный прибор его. И дочерей ваших возьмет, чтобы они составляли масти, варили кушанье и пекли хлебы. И поля ваши и виноградные, масличные сады ваши лучшие возьмет и отдаст слугам своим. И от посевов ваших, и из виноградных садов ваших возьмет десятую часть, и отдаст евнухам своим и слугам своим. И рабов ваших, и рабынь ваших, и юношей ваших лучших, и ослов ваших возьмет, и употребит на свои дела. И от мелкого скота вашего возьмет десятую часть; и сами вы будете ему рабами. И восстанете тогда на царя вашего, которого вы избрали себе; и не будет Господь отвечать вам тогда» [8] .
8
I книга Царств 8: 11–18.