Ихтиандр
Шрифт:
Прошел месяц, но время как бы остановилось для Сальватора: пациентов с черепно-мозговыми травмами, совместимых по генотипу, не было. На запросы по поводу судьбы пропавшего профессора Джонсона, его людей и самой лаборатории пришли отрицательные ответы.
Карлос Менес хорошо справился со своей легендой… За столь длительное отсутствие на службе ему предложили отставку, на что он согласился с большим удовольствием, так как собирался серьезно заняться политикой.
Профессор постоянно получал информацию об этом человеке — надежды оправдывались, и это
— Сальватор! Как ты вовремя! Жаку и Диане нужен крестный отец, у них родилась девочка!
Друзья крепко обнялись, когда доктор спустился на подлодку. Жак, присутствовавший здесь, горячо поприветствовал Сальватора, и, приложив руку к груди, торжественно произнес:
— Клянусь считать человека, научившего меня искусству врачевания, своим вторым отцом!
— О, это уже из клятвы Гиппократа! Но я тебе о ней не рассказывал?!
— Ты не знаешь, Сальватор, что творит сей юный эскулап… он у нас теперь бог и царь медицины. Перечитал всю медицинскую литературу, что ты привозил. Пытается догнать тебя.
— Отец!
— Ну ладно, ладно, шучу, Сальватор, но он старается.
Профессор дружески похлопал Жака по плечу…
Вечером, когда чуть улеглась радость от приезда гостя, все собрались на террасе. Сальватор стал рассказывать о том, над чем работал в последнее время.
— Дедушка, так это ведь страшно — человек с мозгом дельфина, — прижимаясь к профессору, произнес внук.
— Эдди, ты же сегодня рассказывал о том, как любишь дельфинов, они ласковы и добры, так почему же страшно?
Мальчик неопределенно пожал плечами.
— Человек умирал, его нужно было спасти, как ты думаешь??
— Нужно, дедушка, но все равно страшно.
Присутствующие сдержанно рассмеялись.
— Я пойду собачек покормлю.
— Вот молодец, беги! — одобрил Ихтиандр и отправил сына.
— Отец, — проговорил Ихтиандр, — не нужно ему пока об этом знать.
— Пожалуй, ты прав, — ответил доктор.
Из дома напротив вышла Диана, она уложила, наконец, ребенка и присоединилась к остальным.
— Сальватор, а ты просчитал варианты его дальнейшего поведения? — спросил Винсент.
— Ну, все просчитать невозможно. И в то же время… если бы я не был уверен, я не покинул бы его. Не волнуйтесь, друзья мои, — это совершенно нормальный человек со здоровой психикой, к тому же он остается под наблюдением доктора Вейслина. Пока рано говорить об отдаленных результатах, но то, что заявляет он о Гитлере и что ушел в отставку (а возможность продолжить службу у него была) — говорит в пользу моих предположений и с ними связанных надежд…
На следующий день Сальватор был посвящен в результаты всех исследований, проводимых учеными. Собственно
После обеда он долго играл с внуком, потом они пошли на побережье вместе с Гуттиэре, Ихтиандром и Жаком, рассуждая о самых разных проблемах. Через час Эдди закапризничал, и Гуттиэре увела сына домой. Провожая их взглядом, Сальватор медленно произнес:
— Да, бывает же так в жизни…
— Ты о чем это, отец?
— Скорее о ком… Вчера, в присутствии женщин, я не стал рассказывать о случае, происшедшем в поезде, на обратном пути из Бразилии…
Жак и Ихтиандр напряженно посмотрели на Сальватора.
— Успокойтесь, ничего страшного не произошло. Просто мне пришлось ехать в одном купе с известной тебе, сын, девушкой.
Ихтиандр недоуменно посмотрел на отца:
— Даже представить не могу, о ком идет речь.
— Мадемуазель Луизу помнишь?
— Я не знаю никакой Луизы.
— Ах да, она говорила, что имя ее тебе неизвестно… Это девушка, спасенная тобой от пиратов.
— Поистине тесен мир, — воскликнул Жак, — сначала ты спасаешь меня и мы встречаемся, потом ты помогаешь девушке и с ней знакомится твой отец!..
— Мало того, Жак, — проговорил профессор, — она полюбила его, отказала своему жениху и мечтает встретиться с тобой, Ихтиандр. Вот уже сколько лет.
Ихтиандр, присев на камень, задумался. Перед глазами встал образ девушки, спасенной им… Как будто они виделись вчера…
— Отец, ты сказал ей обо мне?
— Нет, — ответил Сальватор и подробно рассказал о встрече.
— Похоже, это настоящее чувство, — произнес Жак.
— Но… я люблю только Гуттиэре… А Луизу… очень жаль… Отец, ты не говори ей обо мне. Пусть лучше она считает меня дельфином…
Неожиданно со стороны океана подул резкий порывистый ветер, и беседа была прервана…
Выпив по чашечке кофе, Винсент, Сальватор, Арман и Ихтиандр отправились в лабораторию.
— Видимо, шторм будет, — проговорил Вильбуа.
Расположившись поудобнее, ученые некоторое время работали.
— Да, Арман, я не сказал, что Мишель де Луэстен, ассистент кафедры биологии университета, считает информацию, полученную через Международный банк рыбных промыслов, мягко говоря, фантазией. А богатые рыбные уловы — простым совпадением, счастьем моряков…
— Ну и что ты ему ответил?
— Я подтвердил, что банк существует и проверить эти данные практически не сложно. Ведь ими пользуются, и с большим успехом, многие страны… На это он мне задал вопрос о способах добычи такой информации…
— Конечно, — произнес Арман, — официальная наука по-прежнему считает невозможность контактов между дельфинами и человеком. Он не рассказывал тебе о строении мозга млекопитающих с их точки зрения?
Сальватор утвердительно кивнул головой.
— Вот это они могут. Недавно мы получили журнал «Вестник биологии». Один уважаемый профессор вновь рассуждает о факторах, развивших мозг дельфинов. Он добросовестно перечисляет их: