Игры Высоких
Шрифт:
– Война… Извини, парень. Хоть это, возможно, и глупо звучит, но мне жаль.
Кора, поняв, что увлеченным разговорами мужчинам не до вина, сообщила, что у нее дела в казарме, и ушла, пообещав вскоре вернуться за Андреем.
– Хорошая девочка, – сказал Джон, проводив ее взглядом. – А уж попка какая… Ты бы знал, какая она была тощая, когда Госпожа привезла ее сюда. Она весь день только и делала, что ела. Даже не ела, а жрала. Я думал, она так и останется похожей на обтянутый кожей скелет… Ты знаешь ее историю?
– Да, немного. – Андрей грел ладонью бокал
– В ней что-то изменилось после той голодовки в Маргоре. Она никак не могла наесться… Госпожа пробовала изменить ее, но у нее не очень получалось. Самое интересное, что Кора совершенно не набирала веса, сколько бы ни съела. У нее словно работала какая-то топка внутри, где все сгорало. А потом она постепенно пришла в норму. Ну, не совсем, конечно. Она все еще постоянно голодна. Но уже может сдерживаться. И округлилась немного – теперь есть за что подержаться.
– Да уж, – хмыкнул Комков.
– Как там наш сумасшедший мир? Мы все еще воюем с вами?
Андрей пожал плечами.
– Официально – лучшие друзья. А если неофициально – всякое бывает…
– Постой-ка. – Джон вдруг испуганно посмотрел на Комкова. – А как ты встретился с Госпожой? Она не пришла…
– Нет, Джон. Успокойтесь. Наш мир пока убивает себя сам, без помощи Темной Богини.
– Не иронизируй, Андрей. Это не смешно.
– И не думал, Джон. Просто это на самом деле так.
– Какими бы чокнутыми ни были наши политиканы, всегда есть пусть крохотный, но шанс, что они остановятся на краю пропасти. Если же в мир приходит Темная Богиня – шансов нет… Поверь мне, я видел. – Джон вздохнул и вновь пригубил вино из своего бокала. Когда он ставил его обратно на стол, Андрей заметил, что рука у него слегка подрагивает.
– И что ждет тот мир, куда пришла Темная Богиня, Джон? – спросил Андрей.
Бывший пилот посмотрел на Комкова так, словно не видел его. Глаза у него стали какими-то пустыми, стеклянными.
– Она приходит порою совершенно незаметно, а иногда во всем блеске своего величия, и все вспыхивает вокруг… С нею всегда три всадника апокалипсиса: война, мор, голод… Люди истребляют друг друга, словно взбесившиеся псы… Как правило, уничтожается девять десятых населения. Остаются отобранные Верные и прячущиеся в труднодоступной местности горстки людей. Цивилизация умирает.
– Жестоко.
– Да уж! – невесело хмыкнул бывший пилот. – Самое ужасное – это безысходность… Ощущение конца всего. Мы всегда воевали во имя чего-то, каких-то идеалов…
Джон торопливо выставил перед собою ладонь, останавливая готового вот-вот перебить его Андрея:
– Я понимаю, понимаю, что нам всем всегда много лгали. Мы защищали демократию, вы – коммунистические идеалы. Нас обманывали, да… Но мы лили кровь, надеясь на что-то светлое там, впереди. И каждая война мнилась последней… А когда приходит Темная… Это не война, Андрей. Это казнь обреченного мира.
– Тогда почему Высокие просто не сжигают эти миры?
– На что годен
– Пастыри миров… Знаешь, Джон, я знаю, что они убивают, берут человеческий «скот»… – При последнем слове Комков поморщился. – А чем они помогают? Тебе не кажется, что Высокие выродились в паразитов, сосущих кровь из миров Облачной Дороги?
– Опасные слова. – Пилот невольно глянул в сторону входа в шатер. – Если честно, иногда кажется. Хотя помощь от них в самом деле есть. Они предотвращают угрозы из пространства, из других параллелей. Незаметно, но эффективно помогают гасить крупные эпидемии. Поддерживают и продвигают перспективные технологии. Делают много и других крупных и мелких полезных вещей. Далеко не все Высокие похотливые кровожадные чудовища – просто дерьмо всегда заметнее, Андрей. Да, их мир жесток, и первое знакомство с ним внушает неприятие и ужас. Но с этим, поверь, ничего не поделаешь. Надеюсь, ты не попытаешься устроить здесь революцию на манер вашей Октябрьской?
Комков рассмеялся.
– Пока не планирую… Но чем черт не шутит?
Кора влетела, бешено вращая глазами.
– Хватит болтать, пошли уже! Вот-вот салют, и бал начнется. К выходу Сестер ты должен быть в Мраморном зале, среди представляющихся.
Андрей крепко стиснул ладонь Джона на прощание.
– Надеюсь, еще заглянешь на огонек, – сказал бывший пилот. – Я о многом хотел бы тебя расспросить, парень…
– Зайду обязательно, – пообещал Андрей. – Если Госпожа отпустит…
Джон окликнул его уже возле самого порога:
– И смерть бывает милосердной, а жизнь – невыносимо жестокой, Андрей. Помни это и хорошенько подумай, если вдруг придется делать выбор…
Андрей замер. К чему это Джон? У него вдруг все сжалось внутри от нехорошего предчувствия. День со смертями, угрозами и прочими прелестями сменился ночью. И бал скоро начнется… Какие сюрпризы приготовила ему Элизабет?..
Украшенный к балу Высокий замок походил на новогоднюю елку. Водили причудливые хороводы разноцветные плавающие светлячки, на ярко освещенных балконах звучала праздничная музыка, слышался смех.
– Красиво, – признал Комков.
– Смотри не вывались. – Кора ухватила его крепкой рукой за рукав. Паланкин летел относительно невысоко, но лучше было не проверять надежности работы системы безопасности.
– Госпожа чем-то обеспокоена. Я почувствовала ее тревогу, когда она позвала. – Амазонка отстегнула от своего пояса и протянула Андрею кинжал в ножнах. Свой длинный меч в честь праздника она оставила в казарме.
– Это еще зачем? – спросил он. – Мне его и нацепить-то некуда.
– В штаны засунь! – привычно, по-солдафонски рявкнула та. – С короткими клинками, если не ошибаюсь, ты работать обучен. У меня тоже предчувствие нехорошее. С десяток наших там ошиваться рядом будут, но кто знает…