Игры Смерти

Те Илья

«Если Светлые души знают такие теологические подробности, то почему они стоят лишь на втором месте в иерархии Игры? Если не брать в расчёт Игру, что могут люди, находящиеся на верхних ступенях лестницы развития? Вершине этакой огромной горы, по которой все мы — всё человечество вообще — ползём вверх, стоим на месте или скатываемся назад? Сколько раз в жизни мы задумываемся о подобных вещах? А сколько делаем, чтобы стать лучше? Нет, как вернусь в свое тело, обязательно займусь этим делом, попробую изменить свое восприятие мира. Да! Пора брать мировоззрение за шиворот и поворачивать,

поворачивать!»

Дементор парил над облаками, сияющие контуры его шарообразного тела постоянно менялись и светились изнутри. Чистый, нежный свет лился из глубины. Знак, что мыслит в правильном направлении, не несёт агрессии к миру, но стремится его понять.

— Тёмный Путь и Серая Дорога воюют за право перехода на следующий этап, — продолжал слать мысли Дементор. — А мы воюем сами с собой, мы Светлые! Доказываем, опровергаем, движемся. Вот ведь в чем штука! Эльфийка, я понял: смерть тела — всего лишь возможность души оглянутся назад. Увидеть свой путь, передохнуть и снова пойти вперёд, взбираясь по горе вверх. Или откатится назад… Тут уж кто как! А значит, смерть — это Переход. Её не стоит бояться! Ведь если мы победим страх смерти, уже ничего нас не остановит. Логично?!!

— Во-первых, не спеши воевать, — опять неожиданно для себя ответила Эльфийка. Она как будто находилась вдалеке и наблюдала процесс разговора со стороны, — сначала надо понять смысл действия! Во-вторых, не каждая битва — это обязательно звон мечей. Войны могут вестись в сердцах. И некоторые из них гораздо страшней, чем те, что ведутся оружием!

«Говорят у дураков мысли схожи, — растерянно подумала Эля, слушая себя, — вот мы — дураки. О чем мы трепимся?!»

И, правда, они говорили о многом.

Обмен мыслеформами увеличивал темп, словно отстающий бегун делал последний рывок перед финишем. Дементор и Эля боялись чего-то недосказать друг другу. Такие непохожие и разные в жизни, они открылись здесь, в Игре. Им с друзьями будто выдали определённое время для осознания и развития. И они старались быть именно теми, кто двигает мир вперед. Последние столетия люди неслись по своему пути с огромной скоростью, стараясь если не понять, то хотя бы уловить волю Творца. Возможность ошибки была велика, но было и много возможностей для исправления.

Главное идти, — кричал Дема, — или даже ползти, если осталось сил вовсе! Конечно, на пути человечества всегда находилась пара искусителей, сулящих легкие дороги. Но стоило к ним прислушаться, развитие прекращалось.

Спи, придурок. Ты мёртв.

Пока они спорили, Игра наблюдала за Игроками. Кто-то светлел и осознавал, кто-то чернел и терялся. Медленно засыпал, растворяясь в собственном свете и небесах.

На следующий этап, как водится, должна была перейти только половина. Как и на прошлом уровне, отбор шёл по жестким правилам. Те, кто понял, — могли пройти дальше. Те, кто не понял — нет.

Дементор и Эля, к счастью, оказались в числе осознавших.

Чтобы человечество шло вперёд, нужно было объединиться. Третья Мировая война не являлась необходимостью, и не было тупика. Имелись другие пути — и много. Просто грабли выбора оказались, словно заложены

в человеческом генофонде. На каждый шаг приходился один удар в лоб. Нужно было совершить все ошибки, и только тогда — приучить себя перепрыгивать.

Человечество, закрытое экологическими Куполами, медленно сходило с ума. Человечество уравнивало своих детей, выхолащивая различия между ними.

Но вот Игра работала проще.

Она выискала только Сильных и Мудрых, плевав на всех остальных!

Великие Игровые поля. Уровень третий

Битва

ТЁМНЫЕ

Зевс и Ведьма

Следующий этап понравился Зевсу больше чем предыдущий. Теперь они с Ведьмой очнулись в образе «воинов смерти». Не гуляющих наборов костей, но в чем-то вроде рыцарей-скелетов в великолепных доспехах и вооруженных вполне достойным оружием.

Открыв глаза, Зевс увидел перед собой широкую каменную поляну, абсолютно лишенную травы и вообще, какой-либо растительности. Впрочем, назвать поверхность «каменной» он явно поторопился. Скорее, под ногами находилась застывшая глина, слежавшийся песок и щебенка. А также, возможно, мёртвая почва, то ли промороженная, то ли ядовитая, поскольку растения на ней не росли.

Вдали виднелись довольно высокие столбы, почти вертикальные, скалистые и очень крутые. Под ними, как ни странно, рос большой лес — обычный лиственный из средней полосы Европы. Только деревья в нем поражали какой-то странной узловатостью, а также величиной. Дубы — а именно они составляли основную массу вековых деревьев в лесу под колоннообразными каменными столбами, — напоминали извращённым видом стволов и веток японский бонсай — до безобразия кривой, но оригинальный и явно что-то означающий.

Размер деревьев удивлял ещё более. Зевс мог прикинуть по выступам скал, величину каменных столбов — они были очень большими. Но это означало, что деревья под ними также до неприличия велики. Каждый — метров под тридцать высотой!

Присвистнув от удивления, Зевс решил отвлечься от окружающего и осмотреть себя дорогого.

Он опустил взгляд и заметил, что тело его полностью запаяно в латы с головы до ног. От металлических сапог до рогатого шлема мертвый костяк плотно облегала сверкающая полированная броня иссиня-черного блистающего цвета. О том, что Зевс по-прежнему скелет, можно было судить по симпатичным черепушкам соседей, один из которых наверняка являлся Ведьмой.

Костяные физиономии казались чистыми, на удивление гладкими и поразительно белыми — почти матового цвета, словно полированная слоновая кость. Латы представляли собой не рыцарский, а, скорее, кирасирский доспех. Торс и ноги защищались толстой кожаной курткой и такими же плотными штанами с нашитыми на них железными кольцами. Поверх куртки красовалась кираса из единой стальной пластины. Предплечья и локти закрывались массивными поручами и наплечниками. Колени скрывали высокие металлические поножи, а голову (вернее, конечно же, череп) — массивных шлем-бацинед, с длинным, вытянутым вперёд и немного уродливым носом-забралом.