Игры Смерти

Те Илья

— Знаешь, заткни-ка свой юморок. Быстрее можешь?

— А ты не перебивай! Так вот, если не хочешь погибнуть смертью храбрых, делай как я!

Зевс быстро огляделся, проворачивая череп на пустых позвонках и хрустя шейными суставами, словно зомби из старых фильмов. А ведь зомби ещё только предстоит побывать! И то, если повезет. Или мумией? Зёма даже подзабыл градацию, виденную в распределителе пере Игрой. Вот же черт!

Зиновию вдруг очень сильно захотелось попасть на другой уровень. Чертовски сильно! Какой-то не пропатченный, недоработанный у них первый уровень. Поторопились

с выпуском на рынок? Или все сделано специально?

Стремительно осмотревшись, Зевс понял, что в западном направлении «толщина» строя из столпившихся скелетов чуть меньше. Кроме того, в том же направлении виднелся небольшой перелесок. Не бог весть какой, но, по крайней мере, то была не равнина, на которой рыцари разносили скелетов в стиральный порошок.

Расталкивая соседей, Зевс настойчиво двинулся туда, с каждым шагом ускоряясь.

— Ну, чего стоишь? — бросил он однокласснице через плечо.

— А что я должна делать?

— Как что?! БЕЖАТЬ!!! — они бросились делать ноги!

Пример оказался заразительным. Как только первые скелеты, а именно Зевс и Веда принялись что-то делать и, таким образом, вышли из общего ступора, поле мгновенно ожило, массы Игроков пришли в неописуемое хаотическое движение!

Сначала побежали ближайшие к Зевсу скелеты, затем, увидев разбегающихся товарищей — спасаться принялись все остальные. Даже передовые линии скелетонов, почти смирившиеся со смертью и стоявшие неподвижно, вдруг стали разворачиваться и, безуспешно толкая стоявших сзади, пытаться бежать назад.

Тем, кто стоял по краям, повезло больше всех. Они разбегались в разные стороны, как можно дальше от места битвы. Группами, поодиночке, вперед, назад, куда увидят глаза!

Те же, кого зажали в центре, оказались почти обреченными. Всадники хрустели их разрушаемыми скелетами, и треск по всей поляне стоял такой, будто стадо людоедов работали челюстями. Сравнение было так себе, но Зевс другого не знал.

В отличие от «крайних» разбегающихся кто куда скелетов, Зёма и группа случайно примкнувших к нему Игроков упорно мчались к спасительному перелеску.

Думая о том, что будет делать, когда окажется среди деревьев, Зевс вдруг осознал себя бегущим со скоростью спринтера и перепрыгивающего через кочки. Он бежал так, что мог позавидовать любой тренированный атлет. Скорость была просто бешеной!

Ведьмочка пошла на обгон, будто всю жизнь только и делала, что убегала от наездников. Даже роллер на турбованных движках двигался медленнее! «А сама физ-ру в школе прогуливает, — подумал Зевс. — Вот лентяйка!»

Стоп, остановил себя он. Ни Зиновий, ни Ведьмочка никогда так не бегали. В чем подвох? Не переставая бежать, Зевс задумался — именно задумался, как бы странно для бегущего это не звучало. Странно бежать, когда не устают ноги, не колотится бешено сердце и не сбивается дыханье. Можно думать вполне свободно, как при прогулке по парку. Добавьте к этому ничтожную относительно человеческого тела массу костей и черепа — и вы получите отменного бегуна, за которым не угонится ни один живой.

Это был реальный шанс на спасение! Даже если лошади рыцарей смерти также не устают,

скакать под тяжелым всадником они будут немногим быстрее, чем улепетывающий со всех ног скелетончик.

Тем временем, в центре поля костяные воины продолжали умирать.

Не имея ни оружия, ни брони, они гибли в ужасных количествах. Не столько под ударами копий и булав рыцарей, сколько под копытами лошадей, сшибленные нагрудными «таранами» их брони.

Наконец, через тягостные минуты, сопровождаемые противным треском ломающихся костей, топотом железных подков и скрежетом металла, атакующая волна прошла сквозь последние ряды скелетов, и таким образом, прошла через толпы Игроков до конца! Затем, развернувшись, всадники разметалась на отдельные рыцарские отряды.

В первые мгновения Зевс подумал, что на этом все кончится. В конце концов, от первоначальной толпы Игроков осталась не так уж и много.

Но не тут то было.

Пройдя поле насквозь, и перегруппировавшись, стена рыцарей разбились на отдельные клинья — около десяти или двадцати крупных групп. Как видно, предводители рыцарей-убийц распределили между собой направления и, мгновенно рассеявшись, бросились преследовать наиболее многочисленные толпы скелетов-беглецов.

Отряд Зевса к тому времени, благополучно лежал под деревьями, зарывшись черепушками в чернозем.

— Ведьма! — окликнул Зевс, приподнимая голову. — Веда-а-а!

— Чего? — Бегунья тоже приподнялась.

— Я понял! Они просто производят отсев. Возможно, Игре необходимо ограниченное количество тех, кто начнет первый уровень. Перед нами, вероятно, уровень ноль, никакой. Нам надо просто продержаться, пока программа не насчитает в живых именно то количество, которое ей нужно.

Мозг Зевса, без участия хозяина, выдал интересную версию. Боялся погибнуть, жалкий кусок плоти! Впрочем, плоти то, как раз в Зевсушке не имелось.

— И сколько же это? — удивился соседний, незнакомый скелет.

— Может быть два Игрока. Может быть тысяча. Черт его знает!

— А с чего ты так решил? — скептически спросила Ведьма.

— Да просто логически домыслил. Сама посуди — это ведь не Игра. Это просто избиение. Нам не дали ни оружия, ни брони! Нас просто хотят всех истребить! Нам специально не дали шансов!

— Точнее!!!

— Блин, — Зевс с досадой покачал черепом. — Понимаешь, это такая задачка для балбесов. В чем смысл происходящего? В результате. Каков мог быть результат столкновения безоружных скелетов с рыцарской кавалерией? Только тот, который мы видим! Следовательно, именно его разработчики и ожидали. Это первичный отсев — или я ничего уже не понимаю.

Веда покачала головой.

— М-да… — сказала она мрачно, — если ты прав, то Ким точно не выживет, он думает слишком долго. А Эля так вообще… Хотя это испытание на скорость. Может и повезёт — у них есть Дема. Его мыли на твёрдом топливе — на граните.

— Думаешь, они бегают быстрее, чем соображают?

— Вряд ли. У нас есть плюсы перед ними.

— О, неужели? — язвительно спросил Зевс.

— Мы не задыхаемся и не устаём, — заметила Веда, — в нашем случае это многое значит.