Игры с драконом
Шрифт:
Я возмущенно вскинулась.
— Я?! От этого?! Ты сейчас издеваешься, да?!
— А что, — пожала плечами явно разочарованная жена эльфа, — это было бы отличным выходом из ситуации.
— Из какой ситуации? — сощурилась я. — Эльза, чего я снова не знаю?
— Да все ты знаешь, — отмахнулась от меня собеседница и пригубил чай из изящной фарфоровой чашки с необычными узорами. — Ты и кронпринц. Ты правда думаешь, что он добровольно отпустит тебя? А если нет, в смысле, не отпустит, что тогда? Да и нужен ли тебе Димирий после Шаринаса? А так — ты беременна, рожаешь дракону ребенка, остаешься с ними обоими, как мать…
Я хохотала. Сложившись в кресле, я чувствовала, как из глаз льются слезы, а тело сотрясается от дикого хохота. Божечки, но вот где она начиталась такой пошлой чуши?!
— Вера, — обиженно насупилась подруга, отставив в сторону чашку и этим жестом как бы намекая на серьезный разговор, — ты так изменилась за эти дни! Как будто и не ты вовсе!
— Ага: и Берта тискала тоже не я… — выдумщица, ей-богу. Надо же такое придумать…
— Вот только это меня и примиряет с новой «тобой», — фыркнула Эльза, подумала немного, но все же потянулась за воздушным пирожным. — Вот что ты смеешься, а? Ведь вы вместе живете! А значит, чувства должны быть! Скажешь, я не права?!
— Права, — пожала я плечами, полностью соглашаясь со сказанным, — Конечно же, чувства есть: например, прибить его мне хочется с каждым днем все сильней.
— Все шутишь. А я серьезно, — собеседница угрюмо уставилась в чашку с чаем, вернувшуюся из «ссылки» и радовавшую хозяйку очередной порцией горячего напитка.
— И я, — моя чашка опустела, пришлось тянуться к чайнику, наливать новую порцию. — Эльза, подумай сама, какие могут быть чувства, когда вы всем княжеством, между прочим, меня, как рабыню, на блюдечке ему преподнесли? Кто-то спрашивал моего желания? Нет, естественно. Вы все боялись великого и могущественного кронпринца. Ну вот и живем мы с ним вдвоем. Без чувств.
— Тогда это… Знаешь, что это?! — раздраженно буркнула подруга.
— Знаю, — кивнула я. — Моральная проституция.
Сказала и подумала, есть ли такой термин в реальности? Впрочем, Эльзе хватило и моих слов. Она покраснела и опустила глаза.
— Глупости ты говоришь. Нельзя жить ни с кем вообще без чувств. А ты, как обычно, все ото всех скрываешь. Вот здесь и сейчас задумайся! Скажи, что ты чувствуешь к дракону!
Я насмешливо посмотрела на подругу.
— Уверена, что хочешь услышать правду?
Эльза упрямо кивнула.
Ладно, пришлось откинуться на спинку кресла, прикрыть глаза, немного подумать.
— Что я чувствую? Досаду, раздражение, иногда — унижение, злость, отчаяние… Ну… Может, самую каплю уважения и признательности. Довольна? — я открыла глаза и повернулась к Эльзе.
Та только головой покачала.
— Вот зачем, а? Зачем ты себя накручиваешь постоянно? Вера, он же… Он же мечта многих женщин! Умный, богатый, титулованный, щедрый, красивый…
— Вот пусть приходят и добровольно спят с ним, эти многие женщины, — раздраженно прервала я собеседницу. — А у меня еще гордость есть.
— Гордость? — на лице у Эльзы появилось изумление. — Какая гордость? Не в гордости дело. А в гордыни. Ты вбила себе в голову, что обижена, что твои чувства растоптали, с тобой не посоветовались. А были они, чувства те? И если да, то к кому? К Димирию? Сомневаюсь. Тогда к кому?
— Ты не понимаешь, — я устало вздохнула. — Не должен один человек принуждать к чему- либо другого.
— Правда? — на этот раз в голосе подруги
— Меня — никто, — раздосадованно буркнула я, понимая, что в данном случае Эльза права, а я идеализирую отношения, в том числе между мужчиной и женщиной.
Эльза открыла рот, явно желая что-то добавить и таким образом «добить» меня, но промолчала и перевела разговор.
— Меня преследует Дорион..
Мои брови сами собой взлетели куда-то выше переносицы.
— Эльфийский кронпринц? Тебя? Преследует?
Видимо, скептицизма в моем голосе было предостаточно, потому что подруга недовольно фыркнула.
— Я не сошла с ума и не преувеличиваю! Сколько мы с тобой не общались? Меньше недели? Вот смотри, с тех пор он дважды, понимаешь, дважды, появлялся там же, где и я! И если в первый раз, когда мы с княжной пили чай в ее покоях, это можно объяснить тем, что он любит свою сестру и изредка бывает у нее, то второй… На следующий день мы с Лорианом направились к его матери, и что? Он, Дорион то есть, уже был там! Что-то обсуждал с моей свекровью, увидел меня, подскочил, выдумал глупую причину и быстро сбежал! Нарушил при этом, между прочим, все правила этикета!
— Может, потому и сбежал, что боялся, как бы ты его в преследовании не обвинила? — иронично поинтересовалась я. — Эльза, кто из нас живет в идеальном мире? Ты перепугалась последствий детской шалости, глупого гадания, начала набирать вес, затем скинула его, а теперь тебе везде мерещатся преследования.
Еще долго после разговора с подругой я вспоминала ее слова и думала, думала, думала. Неужели я действительно, как говорили на Земле церковники, впала в грех гордыни и живу в идеальном мире? Возможно ли это? Правду ли говорила Эльза: не в принуждении дело, а в отношении к нему? Да если и так. Отношение… Там; на Земле, меня и правда редко к чему-то принуждали, но только потому что такую невзрачную серую мышь можно было только пугалом заставить работать, чтобы галки и вороны в ужасе от моих прыщей шарахались. Кому я там нужна была? Вот именно, что никому… А здесь… Вылечилась, получила мужа, статус. Но при этом и поняла, что от меня мало что зависит. На Земле тоже не зависело, но там я не думала на эту тему. Здесь… Здесь, вместе со статусом и чистым лицом, пришло желание жить так, как хочу сама. Можно ли назвать подобное желание гордыней? С другой стороны… Даже если Димирий примет меня обратно, после Шаринаса, я не смогу жить так…
— Судя по зверскому выражению на твоем лице, спать мне сегодня лучше в другой комнате, — вырвал меня из мыслей насмешливый голос Шаринаса.
— Я правда слишком гордая? — не обратив ни малейшего внимания на его слова, спросила я. — Верней, не так. Чего во мне больше: гордости или гордыни?
— Дурости, — ни секунды не сомневаясь, ответил любовник. — Кто тебя посетил? Эльза? Агнесса Ларская? Или Кирана?
— To есть, никто другой меня на неправильную дорожку толкнуть не может? — уточнила я, поднимая глаза на любовника. Как обычно, идеально одет: костюм, булавка, белоснежные манжеты. Картинка, а не мужчина. И вот действительно, чего мне не хватает?