Игры невидимок
Шрифт:
– Война – весьма прибыльное занятие, уж я-то знаю. – Наместник самодовольно усмехнулся, – Очень выгодное для невоюющей страны… Пусть война с Наргалией длится как можно дольше, иначе кто его знает, что взбредет в голову дакенским владыкам…
Наместник правил почти пятьдесят лет и в совершенстве владел искусством манипулировать другими, оставаясь в стороне. Когда-то в умении сталкивать лбами народы и государства ему не было равных. Достигнув преклонного возраста, Наместник нисколько не утратил вкус к интригам и, как
– Бигнус, передайте главному повару, что он превзошел самого себя – завтрак отвратительнее, чем обычно. – Старый правитель бросил на стол салфетку. Тотчас к нему двинулся Мэйшер с любезной улыбкой на бледных устах.
– Не желает ли белл Наместник выслушать рассказ о подготовке к турниру? О мистериях, которые будут разыгрывать на празднике? Может быть, доклад о том, как идет работа на верфях, развлечет вас?
– Отличное развлечение, – пробурчал Наместник, отхлебнув из серебряного кубка разбавленное водой вино. – Послушай, Мэйшер, если с утра меня будут развлекать рассказом о том, как идет работа на верфях, я прикажу отрубить тебе голову.
Мэйшер изменился в лице, правитель довольно хмыкнул.
– Пригласи-ка эту старую сплетницу Эрайн, – приказал он. – Узнаем свежие новости и послушаем, кому она сегодня примется перемывать косточки. Пожалуй, после этого я выслушаю доклад.
Эрайн бросила на придворных торжествующий взгляд и двинулась вперед.
Хевден вошел в покои шагрита и тихо притворил за собой дверь. При нем не было ящика писца, с которым он редки расставался, но, без сомнения, переписчик только-только оторвался от работы: его волосы все еще перехватывала узкая коричневая лента, а тонкие пальцы были испачканы чернилами.
В большой комнате, устланной мягкими коврами, горел камин. Рутис, слуга шагрита, накрывал на маленьком столике чай: уже заняли свое место серебряная вазочка с печеньем, пузатая чашка и фарфоровый чайник. Рутис чрезвычайно гордился службой у шагрита, хотя тот подозревал, что с высоты своих шестнадцати лет юный слуга считает его существом необыкновенно древним, чем-то вроде замшелого каменного дракона в городском саду Доршаты.
Увидев Хевдена, Рутис с улыбкой поклонился и поставил на столик еще одну чашку.
Старый шагрит сидел в кресле, держа на коленях развернутую рукопись, испещренную мелкими буквами. С возрастом он утратил остроту зрения и пользовался при чтении увеличительным стеклом – линзой, выточенной из цельного куска горного хрусталя.
Отчего ты не прикажешь переписать книгу более крупным почерком? – мягко спросил Хевден, останавливаясь напротив кресла. – Тисан с удовольствием сделает это для тебя, и не нужно будет разбирать текст с лупой в руках.
Закиф потер уставшие глаза.
– У вас и без того дел хватает. – Он кивнул слуге: – Ты свободен, Рутис.
Юноша
– В детстве нянька иной раз пугала меня полной луной. Говорила, что там живет старая злая ведьма, и если долго смотреть на луну, то ведьма успеет пересчитать твои ресницы, нашлет злое колдовство, и ты умрешь. Лет до двенадцати я этого ужасно боялся. Сейчас это смешно, а тогда было страшно.
Шагрит отложил рукопись.
– Никогда не знал, что эта старая дура тебя пугала, – недовольно проговорил он. – Почему ты не говорил мне об этом?
Хевден пожал плечами:
– Ты уже был в Доршате в то время, учился в воинской школе и нечасто приезжал домой.
Он вынул из рукава свернутый в трубку пергамент:
– Вот, Тисан переписал реестр, как ты и заказывал. Два экземпляра.
– Положи на стол, куда-нибудь с краю…
Хевден бросил пергамент на стол, придвинул кресло к столику, уселся и принялся разливать чай. Движения его были быстрыми и точными. Военачальник усмехнулся:
– Ты двигаешься, как юноша… омолаживающее зелье?
– Конечно. – Хевден поставил чайник и аккуратно накрыл его салфеткой. – Глава Ордена Невидимых не может стать развалиной, сам понимаешь!
Военачальник хмыкнул:
– Развалиной… да ты на одиннадцать лет моложе меня!
– Время течет лишь в одну сторону, Закиф… остановить его не под силу даже самому искусному магу, но замедлить его бег мы можем. – Хевден с улыбкой поглядел на военачальника. Тот покачал головой:
– Нет, не хочу. Пусть все идет своим чередом. Моя молодость прошла, и я не собираюсь возвращать ее при помощи колдовства.
Он осторожно принял из рук Хевдена чашку с горячим чаем.
– Не любишь магию, брат? – с улыбкой спросил тот.
Закиф сдвинул брови:
– Не люблю. Но много лет назад мы выбрали наши пути. Я предпочел меч, ты – магию. Пусть так и будет.
– Даже Наместник признал, что в наше время невозможно обойтись без магии, не зря он разрешил создать Орден. А ты знаешь не хуже меня, что чародеям на земле Доршаты не очень-то рады. Им запрещено объединяться в Ордена. Люди, конечно, пользуются их услугами, но…
– Я знаю, Хевден, – отмахнулся старый шагрит. – После войны магов чародеев невзлюбили, но и то сказать, весь мир чуть не раскололся на две части! Ведь ты читал в летописях об этой войне? Так что пусть маги сидят в Аркабе. плетут свои козни, словно пауки. Да еще эти глупые слухи, что вот-вот начнется новая война! Потому-то и появился твой Орден Невидимых: Наместник должен чувствовать себя в безопасности!
– Может быть, – заметил Хевден, – то, что говорят о войне магов, – не только пустые слухи? Не зря Наместник дал нашему Ордену большие полномочия…