Игры наследников

Барнс Дженнифер Линн

– Речь пойдет о моем среднем имени. Помнишь, я спрашивал, уж не в честь ли отца ты меня назвала.

Скай немного помолчала, а потом сказала:

– Подай мне шампанское, а?

Я услышала, как Джеймсон шагает по комнате у меня за спиной – видимо, в поисках бокала.

– Так что же? – спросил он чуть погодя.

– Будь ты девочкой, я бы тебя назвала в честь себя, – певуче, на манер барда сообщила она. – Скайлар, к примеру. Или Скайла. – Скай шумно глотнула – по всей видимости, шампанское. – Тоби вот получил свое имя в честь моего отца, это ты знаешь.

Упоминание о ее давно

почившем брате привлекло мое внимание. Я и сама не знала, почему и как, но смерть Тоби и впрямь положила всему этому начало.

– Итак, мое среднее имя, – напомнил Джеймсон. – Откуда оно взялось?

– С удовольствием отвечу на твой вопрос, солнышко, – пообещала Скай, а потом, выдержав паузу, добавила: – Только оставь нас на минутку со своей очаровательной подружкой: нам надо перекинуться парой слов.

Глава 39

Знай я заранее, что мне предстоит остаться один на один с обнаженной, покрытой густой пеной Скай Хоторн, я бы тоже хлебнула бурбона.

– Отрицательные эмоции старят. – Скай улеглась в ванне поудобнее, и у ее стенок заплескались волны. – Против ретроградного Меркурия мало что можно сделать, но… – Она театрально вздохнула. – Я прощаю тебя, Эйвери Грэмбс.

– А я и не просила у вас прощения.

– Но ты, разумеется, продолжишь оказывать мне скромную финансовую помощь, – произнесла она, пропустив мимо ушей мои слова.

Мне уже начало всерьез казаться, что эта женщина прилетела с другой планеты.

– С какой стати мне вас спонсировать?

Я ждала от нее в ответ какой-нибудь резкости, но услышала только снисходительный смешок, будто это я тут забрасываю ее нелепыми требованиями.

– Если вы не собираетесь отвечать на вопрос Джеймсона, то я ухожу, – заявила я.

На полпути к двери она снова меня окликнула.

– Ты будешь платить мне, потому что я их мать, – беззаботно сообщила Скай. – А на твой вопрос я отвечу сразу же, как ты ответишь на мой. Какие у тебя планы на моего сына?

– Прошу прощения? – Я обернулась и уставилась на нее, но только секунду спустя вспомнила, отчего же все это время так старалась этого избежать.

Пена и впрямь скрывала все то, чего мне совсем не хотелось видеть, – но едва-едва.

– Ты прокралась ко мне в ванную вместе с моим полураздетым сынишкой, который вдобавок сам не свой от горя. Вполне себе повод для материнской тревоги, тем более что Джеймсон – мальчик особенный. Золотой, весь в моего отца. Да и в Тоби.

– В вашего брата, – проговорила я, и вдруг желания уходить из комнаты как не бывало. – А что с ним случилось? – спросила я. Алиса вкратце описала мне произошедшее, но чересчур схематично.

– Мой отец испортил Тоби всю жизнь, – проговорила Скай, не сводя глаз со своего бокала. – Он его избаловал вкрай. Все ведь думали, что Тоби станет наследником. А когда его не стало… остались только мы с Зарой. – Скай помрачнела, но спустя мгновение улыбнулась.

– А потом… родились мальчики, – уточнила я. В голове пронеслось: а может, они появились как раз потому что Тоби не стало?

– Ты не задумывалась, почему именно Джеймсон стал папиным любимчиком, когда по логике

вещей им должен был сделаться послушный, безупречный Грэйсон? – спросила Скай. – Вовсе не из-за того, что мой Джейми чертовски талантлив, харизматичен и прекрасен. А потому что Джеймсон Винчестер Хоторн вечно чего-нибудь жаждет. Он всегда в поиске. И так было всю его жизнь, с самого рождения. – Она одним глотком допила шампанское. – В Грэйсоне воплотились все качества, которых не было в Тоби, а вот Джеймсон очень на него похож.

– Таких, как Джеймсон, больше не найти, – проговорила я и тут же спохватилась. Слова сорвались с языка сами собой, помимо моей воли.

– Ну вот видишь. – Скай многозначительно посмотрела на меня – точь-в-точь как Алиса в мой первый день в Доме Хоторнов. – Он тебя уже покорил! – заметила она и откинулась на спину. – Когда он был маленький, мы часто его теряли. Он пропадал на несколько часов, а иногда и на целый день. Стоило только отвернуться на секундочку – и он точно сквозь землю проваливался, и это в четырех-то стенах. А когда мы его отыскивали, я хватала его на руки и прижимала к себе, но в глубине души знала, что больше всего ему хочется заблудиться снова. – Скай открыла глаза. – Тебе и самой это знакомо. – Она поднялась и взяла халат. Я отвела глаза и дождалась, пока Скай оденется. – Разве что блуждать ты предпочитаешь в других сферах. Такой была и она.

Она.

– Эмили, – произнесла я вслух.

– Красивая была девушка, – задумчиво произнесла Скай. – Но даже будь она гадким утенком, они все равно бы любили ее. Что-то в ней было такое особенное…

– Зачем вы мне это говорите? – спросила я.

– Но ты совсем не Эмили, – сочувственно продолжила она. Потом наклонилась, подняла с пола бутылку шампанского и наполнила свой бокал. Направилась ко мне – босиком, усеивая пол капельками воды, – и протянула шампанское. – Для меня оно стало чем-то вроде лекарства. Держи и ты, выпей, – велела Скай, пригвоздив меня взглядом.

Это что, шутка? Я отступила на шаг назад.

– Я не люблю шампанское.

– А я, – она сделала приличный глоток, – не выбирала средних имен для своих сыновей, – призналась она и подняла бокал, точно хотела выпить за меня – или за мою погибель.

– Если не вы их выбирали, то кто?

Скай допила шампанское.

– Мой отец.

Глава 40

Я пересказала Джеймсону наш со Скай диалог.

Он удивленно посмотрел на меня.

– Так, значит, это старик нас так назвал, – проговорил он. Казалось, я отчетливо слышу, как вертятся шестеренки у него в мозгу, а потом вдруг останавливаются. – Вот кто выбрал нам имена, – повторил Джеймсон, расхаживая по длинному коридору из стороны в сторону, точно плененный зверь по клетке. – Выбрал, а потом выделил их в Красном Завещании… – Джеймсон снова остановился. – Выходит, двадцать лет назад он лишил всю семью наследства, а вскоре – спустя немного времени – выбрал для нас средние имена, для всех, кроме Нэша. Грэйсону сейчас девятнадцать. Мне – восемнадцать. Ксану через месяц семнадцать.