Игрушка императора
Шрифт:
И вот теперь я опять ничего не понимаю.
— Да, — кесарь усмехнулся, — меня с рождения ненавидели и боялись, опасались и не любили, страшились и презирали. И я создал такие же условия для тебя. Получилось?
— Несомненно! — прошипела взбешенная я.
— Напротив! — голос императора внезапно стал жестким. — Ты разрушила все, что я упорно пытался создать: Лориана, столь прекрасная и восхитительная, оказалась пустышкой! Я ждал иного, я искренне надеялся, что твоя мать, воспитанная последним магом жизни, воспитает столь же чудесную дочь. Но избалованная
— Снова разочарование? — предположила я.
— Хуже, — печально ответил кесарь. — Несмотря на всеобщую ненависть, ты была слишком доброй, отвратительно отзывчивой, у тебя даже появились друзья, пусть всего трое — няня, министр Авер и повар Кинтар, но все же.
И вдруг сказанное обрело ясность — меня с самого начала оградили от матери, чтобы воспитывала не она?
— Да, — спокойно подтвердил кесарь. — Мне не нужна была милая принцесса.
— Да?! — я в ярости схватила листок со стола и начала разрывать его на мелкие клочки. — А кто же вам требовался? Злое, эгоистичное, жестокое, ненавидящее весь мир отродье?
Император рассмеялся, громко и язвительно. Затем кивнул и даже подтвердил:
— Совершенно верно.
Каково это — в двадцать лет узнать, что ты никакая не всесильная и обладающая властью наследница Оитлона, а всего лишь игрушка одного не в меру могущественного кесаря?! Гадко это! Гадко, мерзко и страшно! Я в ужасе взирала на императора Араэдена и просто не желала верить в очевидное… Это же я! Я, Катриона Ринавиэль Уитримана, способная выжить везде и в любых условиях! Это я, правящая железной рукой процветающим Оитлоном, а отныне и Прайдой! Это я… я… всего лишь игрушка… просто его игрушка…
— Поверить не могу, — простонала я.
Кесарь продолжал играть с моими волосами, пропуская пряди между пальцами, и почему-то грустно произнес:
— Я тоже. До сих пор не могу поверить. Должен признать, нежная моя, увидев тебя, я осознал крайне неприятное — на отведенную роль ты не годишься совершенно. — И как-то совсем печально кесарь добавил: — Впрочем, и принять тот факт, что пророчество имеет реальный шанс исполниться, я также не смог… не сумел… не пожелал в тот миг.
— И вы швырнули меня в стремнину политических игр! — догадка пришла внезапно.
— Именно, Катриона, — кесарь загадочно улыбнулся. — Именно так…
— Зачем? — в очередной раз спросила я.
Император вновь рассмеялся. Его смех, негромкий и издевательский, становился все громче… Вот только появилось ощущение, что насмехался Араэден скорее над… собой. И хохот стих, а странные, подобные кристаллам глаза чуть сузились, пристально взирая на меня.
— Я устал от одиночества, Катриона… — глухим, столь незнакомым мне голосом произнес кесарь.
Некоторое время напряженно ждала продолжения, но Араэден молчал,
— У тебя это хорошо получается, — отозвался кесарь.
— Мне бы хотелось узнать еще кое-что…
Скептическая усмешка императора Араэдена была плохим утешением, зато явным намеком.
— Не здесь и не сейчас? — догадалась я.
— Именно, нежная моя.
А мне вдруг вспомнился разговор с Динаром и его возмущение по поводу того, что наш бессмертный делал мне подарки, причем каждый раз это были весьма полезные дары.
— Каждый раз это была еще и проверка, — кесарь вернулся к поигрыванию моим локоном. — И ты разочаровала меня лишь раз.
— С собакой?
— Именно.
— Но она же была магическая, — возмутилась я. — Поэтому я и обратилась к магам.
— Следовало думать головой, а ты поддалась страху наказания, страшась моего гнева.
Не думать, не думать, не думать… Делать выводы я буду потом, позже… значительно позже… В тишине и одиночестве.
— Наивная моя, — кесарь потянулся и легко поцеловал локон, с которым поигрывали его длинные пальцы, — я скажу лишь раз, Кари Онеиро, и постарайся запомнить…
— Кто? — невольно перебила я.
— Ты, — раздраженно пояснил кесарь. — Кари Онеиро.
— В каком смысле?
Он усмехнулся в ответ, и стало ясно — смысл останется максимально скрытым в тумане.
— Хорошо, но что означает это ваше «Кариэонеириэ»?
— Кари Онеиро, — поправил император. — Черная Звезда.
— Это значение?
— Дословный перевод.
Невольно задумалась над именем Катриона… Других Катрион во всей Прайде не имелось, что наталкивало на размышления. Вспомнила, что лучше не думать… компания неподходящая.
— Так что я должна запомнить? — вежливо интересуюсь у кесаря.
Араэден как-то недобро глядел на меня и все же ответил предельно лаконично:
— В Рассветном мире для меня нет тайн.
— Это похвально!
Мне хотелось уйти, и вообще имелась объективная необходимость пойти все обдумать. И срочно. Попыталась встать повторно, но мне этого вновь не позволили.
— Ты не поняла, да, наивная моя? — вопросил кесарь.
— Да! — решительно согласилась я. — И мне требуется время на обдумывание, посему отпустите меня, пожалуйста!
— Не поняла-а-а… — протянул кесарь.
— Я все поняла! — угрюмо сообщаю супругу. — Но мне следовало бы осознать раньше, почему все вокруг убеждены в том, что император мне благоволит. Или почему я получаю бесценные по своему значению дары, в то время как о днях рождения остальных подданных вы и не вспоминаете. Мне следовало бы о многом задуматься ранее, но… — Я нервно прикусила губу, пытаясь успокоиться. — Но понимание происходящего ничего не изменило бы, так?
Величественный кивок кесаря подтвердил мои худшие предположения.