Игрушка для кардинала
Шрифт:
Она взяла за правило думать о том, что если она проснулась и поела, то день уже удался. Не ждать многого и не надеяться ни на что - вот её новые правила, и еще одно главное - все время бежать, не останавливаться ни на секунду, потому что остановка приведет к смерти, а Нейрис четко решила для себя выжить несмотря ни на что.
– Эй, буфет на втором, - восклинула она, как только они зашли в лифт и Калеб нажал на кнопку нулевого этажа.
– Перекусим по дороге.
Он смотрел прямо перед собой, явно до сих пор прибывая в собственных мыслях. Нейрис лишь отметила, как желваки пару
– Куда мы едем?
– Тебе ведь скучно? Пришла пора немного повеселиться, - он улыбнулся. Улыбки восьмого кардинала никогда не выходили нормальными, они всегда казались ей зловещими или просто злыми. Похоже этот человек не умел улыбаться душой, как Билли своей улыбкой от уха до уха.
2
Ему было страшно. Он неуверенно ступал по кафельному полу, подошва ботинок ужасно скользила, пару раз он даже беспомощно взмахнул руками, кое-как удержав равновесие. Человек, облаченный в красное одеяние, выхватил у него из руки маленький коричневый чемоданчик и улыбнулся одними уголками губ.
– Тебе нечего боятся. Теперь это твой дом, а мы твоя семья.
Мальчик кивнул. Добрые слова человека не избавляли от страха, скорее наоборот. Неужели он больше не увидит маму? Он помнил её лицо: красивое, карие глаза и самая теплая улыбка. Пожалуй, она была настоящей красавицей, когда улыбалась, а делала она это часто, до того самого дня, когда отца арестовали. Тогда она начала плакать, много плакать.
– Ну вот мы и пришли, - сказал человек и толкнул тяжелую деревянную дверь.
Она открылась и перед ними предстала комната, погруженная во мрак, было видно лишь окно и что в углу стоит двухъярусная кровать. - Давай включим свет. Выключатель - вот здесь.
Человек щелкнул по выключателю на стене и мальчику пришлось сощуриться, свет оказался очень ярким. Спустя несколько секунд, он смог различить кровать на толстых ножках, две тумбочки, а также два стола. Второго человека в комнате не наблюдалось.
– Теперь ты будешь жить здесь. Завтра я приду за тобой, чтобы отвести на завтрак, а потом передам тебя твоему наставнику.
Мальчик кивнул. Он не хотел думать о завтрашнем дне. Только о маме, которая осталась там, о том, как она плакала, когда его посадили в машину, и как она пыталась улыбнуться на прощанье, а еще как она обняла его и потрепала по волосам.
Она пыталась ему объяснить почему и зачем, но десятилетнему мальчику не нужны были эти объяснения.
Ночью он практически не спал, все время казалось, что за окном кто-то стоит и смотрит на него. Пару раз он даже осмелился и подошел к нему почти уткнулся носом в холодное стекло, но так никого и не увидел.
Темнота.
***
Он протянул ей бургер и пластиковый стаканчик с колой, а затем расплатился с кассиршей, на половину высунувшись из окна. Раздалось чересчур вежливое «Приятного аппетита. Будем рады видеть вас снова» и машина тронулась с места.
– Предлагаешь жевать на ходу?
Калеб кивнул.
Они ехали не быстро, хватало времени, чтобы есть не торопясь, а еще разглядывать город. Бесконечные высотки со стеклянными окнами, мосты, а также трассы для скоростной езды, которые прокладывали на уровне десятых этажей. Нейрис
– Куда мы едем хоть скажешь?
– На место последнего преступления. Хочу узнать твое мнение.
– Неужели?
– Нейрис закинула в рот последний кусок бургера и громко швыркнула остатками колы, пытаясь высосать их черед трубочку, на что Калеб Стоун поморщился.
– Прости что веду себя как деревенщина, - она пожала плечами, - неоконченное образование, сам понимаешь...
На лице Нейрис никакого раскаянья не наблюдалось, наоборот, она снова попыталась допить остатки напитка выбранным способом, на что Калеб отобрал у неё стаканчик, едва она успела поднести трубочку к губам.
– Вау, ты, оказывается, человек у которого есть свои слабости.
Он не ответил, лишь снизил скорость у первой попавшейся мусорки и безжалостно распрощался со стаканчиком из-под колы. В этот момент Нейрис зажала двумя пальцами нос.
– Я видел, что ты прекрасно умеешь пользоваться вилкой и ножом, даже одновременно и не замечал, чтобы ты издавала лишние звуки при еде.
– И что из этого следует?
– Что мне следует быть с тобой строже?
Они свернули во дворы. Сделав пару хитрых петель, машина остановлюсь и Нейрис неохотно вышла из неё. Она уже знала, что в подобных местах стоит специфический запах, который распространяется на километры. Все из-за бывших водохранилищ, содержимое которых уже давно протухло, поскольку в век Великой глобализации в них принялись сливать производственные отходы, которые обещали утилизовать, но руки, очевидно, так и не дошли. Если окно в машине можно было держать закрытым, то затыкать нос при местных жителях, недоверчиво провожающих их взглядом казалось неприличным.
Калеб тоже дышал только через рот, мужественно они пересекли расстояние отделявшее их от подъезда, возможно, чересчур поспешно. В подъезде запах уже не чувствовался так сильно, они поднялись на пятый этаж, и восьмой кардинал сорвал желтую ленту, а затем достал из кармана кольцо и надел на указательный палец.
Он приложил ладонь к двери, та поддалась и открылась.
– Последнее убийство произошло здесь.
Он прошел внутри, не осматриваясь по сторонам, двинулся по коридору в большую комнату.
«Он явно здесь не в первый раз», - отметила для себя Нейрис.
– Когда это случилось?
– Месяц назад.
Она только кивнула.
– А ваш магический цепной песик осматривал это место?
– Рейдж, - сообщил Стоун, остановившись в центре комнаты у дивана в нелепую цветочную расцветку.
– Девочку нашли здесь. Она сидела на диване, ей расчесали волосы и, как и в предыдущих случаях одежда выглядела очень аккуратной. На теле нашли несколько ссадин, по заключению эксперта она умерла от остановки сердца, но мы нашли еще нечто странное...